Граф Суворов. Книга 18 (СИ) - Шаман Иван - Страница 3

— И? В чём она была не права? — подняла бровь супруга. — Мы же знаем, что и муж оказался жив, и наследник вполне выздоровел. Так что она всё делала правильно.

— Теперь знаем, — покачав головой, сказал я. — А на тот момент всё это было недоказуемо. Она хотя бы с братом могла на эту тему поговорить… Ладно. Закончили препираться ни о чём.

— Тогда я спрошу ещё раз: ты собираешься так это оставить? Бросить дело на полпути? — решила дожать меня Мальвина.

— Нет. И когда вопрос будет закрыт окончательно — ты узнаешь. А до этого, дорогая, придётся принять тот факт, что мы не можем пойти на открытый необоснованный конфликт с половиной мира. По крайней мере, пока.

Нужно было что-то делать с раздражением, уж слишком чётко оно прослеживалось в последнее время. И хотя причина его очевидна, я не могу себе позволить срываться как Мария. Но и отрешиться от мира, уйдя в медитацию на пару десятков лет, тоже не вариант. И, как верно заметила супруга, оставлять всё как есть я тоже не собирался.

Пора готовить страну к войне. Как говорится, у России два союзника — армия и флот. Хотя найти ещё нескольких нам определённо не помешало бы.

Где-то в России…

— Дамы и господа, поздравляю вас! — проговорил старый тучный мужчина, единственный не скрывающий своего лица. — Многие ждали этого момента всю жизнь, другие надеялись, что он никогда не наступит. Ваша лицензия на убийство и цель находятся в конверте перед вами.

Несколько человек молча взяли конверты и, не раскрывая, спрятали их во внутренних карманах, а то и вовсе в подкладках одежды. Другие положили на них ладони, подвинув к себе. И лишь пара потянулась их открыть, но в последний миг, видя реакцию остальных, замерла.

— Методы и способы вы выбираете самостоятельно. Единственное, в чём мы вас ограничиваем — сроки. У вас есть год на то, чтобы выполнить работу и предоставить доказательства, — продолжал мужчина. — До окончания заказа вы сами по себе, и наша страна будет всячески отрицать свою причастность. После мы сможем вас вытащить по дипломатическим каналам. Удачи вам, дамы и господа, и да будет с вами бог.

Агенты поднимались и выходили по одному, стараясь ломать привычную походку и движения. Ведь мимика была прикрыта одеждой, и об этом можно было не беспокоиться. Те двое, что нетерпеливо собирались вскрыть конверты, сделали это и теперь вчитывались в содержимое.

— Кто это вообще? — окончательно выдав себя молодым голосом, спросил первый, прочитав имя цели. — И где я его искать буду?

Остальные, куда более опытные или просто более сдержанные, покачали головами, ничего не отвечая. Не хватало ещё раскрыть себя и поставить всю миссию под угрозу. Ведь если их схватят, они смогут рассказать под пытками только то, что знают, не больше, но и не меньше.

— Я возьму, — неожиданно спокойно сказал второй, явно искажённым хриплым басом, хотя его фигура, тощая и угловатая, такого не предполагала. — Разрешите?

— Если сможете, будет отлично. А вы, молодой человек, отдохнёте ещё несколько лет… — недовольно сказал главный. — После ознакомления — сжечь.

Увалень, известный старым друзьям как Валера Хорьков, забрал из рук недоумевающего агента второй конверт и, взглянув на имя, с трудом сдержался, чтобы не выругаться и не проявить эмоции внешне. Затем положил оба конверта в подкладку сюртука и без спешки вышел в предрассветную темноту.

Дурак, конечно. Надо было оставить всё как есть, но это задание сулило идеальные перспективы — после его выполнения агента ждала только скучная официальная работа. Второй раз после убийства на чужой территории аристократа его сразу будут брать под наблюдение. Вот только он взял два имени… а значит, после устранения первого, барона Плуситского-младшего, придётся суметь уйти непойманным.

Где-то в Персии.

— Подходи — не зевай, уходи — не страдай. Похвала сладкая, как твои мечты, и кофе чёрный, как твои страдания, — зазывали торговцы на рынке. — Ткани заморские из дальних стран. Вах, молодой человек, подходи-посмотри! Такого товара ты в жизни не видел! Настоящее китайское качество!

— А ну, стоять! Стоять! — поверх толпы орала пара стражников, пытаясь поймать юркого пацанёнка. — Держи вора!

Парнишка лет девяти, запыхавшись, бежал между людьми, сжимая обеими руками кошелёк и затравленно оглядываясь. Вот он в очередной раз обернулся и не заметил, как с другой стороны сильная рука схватила его за воротник и дёрнула в сторону. Он вскрикнул, но звук потонул в крепкой ладони, прикрывшей ему рот.

— Держи вора! — продолжая орать, стражники промчались мимо закутка между лавками. Даже не заметив, как в нём притаилось две тени. А стоило им скрыться в толпе, как мальчишка попробовал выкрутиться, укусил подставленную ладонь и ударил пяткой по ноге спасителя. Вот только все усилия прошли зря. Его взяли за шкирку и повернули.

— Неблагодарный, — с угрозой в голосе, но весельем в глазах проговорил парень лет семнадцати. — Кто же так отвечает своему спасителю?

— Я тебя не знаю! — дёрнулся паренёк и чуть не упал, обнаружив, что больше его никто не держит. — Что тебе от меня нужно?

— С чего ты решил, что мне что-то нужно? — веселясь спросил юноша.

— Он прав. Всем всегда что-то нужно, — проговорил твёрдый голос на исковерканном языке.

Резко обернувшись, мальчик увидел ещё не старого, но крепкого, даже жилистого мужчину, одна рука которого была словно высушена.

— Нам тоже нужно. Уходим, — сказал третий, мускулистый молодой мужчина с цепким взглядом и неестественно светлой кожей. — Этого отпускаем?

— Проводим его до дома и поможем купить еды, чтобы его не обобрали, — весело произнёс юноша. — Мы в ответе за тех, кого спасли.

Глава 2

— Румыния? У них же сейчас множество групп интересов, должны появиться и наши сторонники, — проговорил я, стоя перед интерактивной картой в большом штабе.

Сегодня мы обсуждали два главных вопроса: кто может стать нашим союзником, и кто наши противники. Ответ оказался неочевиден.

— Есть несколько влиятельных родов, которые рады отстранению короля от власти, — ответил Багратион, ставя на карту новые метки. — Но в целом общество сплотилось против нашей агрессии и разрушения исторических памятников. Максимум, чего мы сможем добиться — хаоса внутри власти. И то ненадолго. Полгода-год, не больше. Это если у них не будет стимула объединиться против нас. И тут вы правильно сделали, что заявили о мире.

Мы проигрываем информационную войну почти везде, кроме самой Российской Империи, — тяжело вздохнула Ангелина, пролистывая отчёты. — Все наши репортажи в оригинале тут же удаляются из внешних сетей и появляются только в качестве сатирических разборов. Хорошо хоть дома у нас всё в порядке.

— Это уже великая ваша заслуга, — чуть поклонился Леонид. — К тому же вы не правы. Среди немногочисленных православных общин ваши ролики идут на ура, об этом ещё Филарет позаботился. — К слову, вопрос с новым патриархом тоже пора решать.

— Вселенские выборы? Или просто утвердить туда Иоанна?

— Лучше, конечно, именно выборы. Собрать митрополитов со всего мира, дать им возможность высказаться, — уточнил Багратион. — Пусть православных не миллиарды, но учитывая Грецию и общины староверов — хватает. Миллионов триста в сумме. Только на нашей территории больше ста двадцати.

— Ну, конечно, у нас же не одни православные живут. Есть и мусульмане, буддисты, шаманисты и кришнаиты разные, — перелистывая очередную страницу отчётов, как бы между прочим сказала Ангелина. — Возможно, с ними нам ещё Варвара поможет? Договорится с другими конфессиями?

— В Европе церковь давно не имеет такого влияния, как у нас. Это у нас обострение, — недовольно проговорил Пётр, кучу времени и сил потративший на борьбу с Филаретом. — Даже удивительно, как выросло количество верующих.