Граф Суворов. Книга 18 (СИ) - Шаман Иван - Страница 25

— А Единая монархия, которую ты никогда не возглавишь и даже надеяться не сможешь, какая? Двадцать пятая? Шестидесятая? — не осталась в долгу Луиза.

— После того как в неё войдут остальные европейские страны, станет первой! — на эмоциях выпалила Жанна, и на неё с укоризной посмотрела даже подруга. — Добровольно, естественно. А не то, что вы подумали.

— Кажется, тучи сгущаются, — проговорил Велемир.

— Они постоянно сгущаются, все готовятся к войне, — безразлично проговорил Харальд. — Главное — какие будут союзы.

— Нет, я не про это. В прямом смысле тучи заполняют небо, — указав вверх, конкретизировал Велемир. — Видимо, Романову надоело, и он решил закрыть небо.

— Нет! Я же ещё даже не успела позагорать как следует! Что этот идиот себе позволяет! — громко возмутилась Жанна.

— Очевидно, всё, что захочет, — проговорил Харальд. — Уверен, подойди мы к нему сейчас или передай просьбу через Луизу, он бы ответил, что это его небо, и что он вправе распоряжаться им как угодно.

— Вы все упускаете очевидное, — вздохнул Велемир, подозвав слугу, чтобы тот собрал вещи. — Какой ранг у одарённого, способного создавать конструкт размером с пару километров?

— Вне категорий, конечно, — пожал плечами Харальд.

— А у того, кто способен удерживать такой конструкт больше недели? — с лёгкой улыбкой уточнил царевич королевства Молдова.

Все заметно напряглись. Кроме Луизы, которая начала улыбаться ещё шире.

Глава 10

— Знаешь, а ведь дождь — это не так уж и плохо, — с улыбкой сказала Мария, держа на руках белокурую Леночку. — По крайней мере, они все разъехались.

— Но надо будет повторить этот трюк в другом городе. Жители будут в восторге! Император, приносящий солнце, как тебе такой титул? — довольно спросила Ангелина. — Мне лично нравится, будет шикарно смотреться в заголовках и новостях.

— Главное — в это время никакие переговоры не вести, — тут же уколола Мальвина. — Но зато можно проводить показательные порки.

— Я бы предпочёл оставаться со своим характером. А не меняться под влиянием резонанса. Тем более что у меня не одна стихия.

— А когда ты применяешь огонь, тебе становится лучше? — с интересом посмотрела на меня Ангелина.

— Я бы не сказал. Скорее, по-другому. Глупо сравнивать, но они вполне соответствуют названиям.

— Что, от меня бросает в дрожь и холод? — усмехнулась Мария. — А от сестрёнки в жар?

— Если бы всё было так просто, — притянув к себе супругу, я поцеловал её в щеку, и Лена тут же ухватила меня за шею маленькими пальчиками. — Лёд скорее делает раздражительным, холодно-ломким и колким. А огонь вспыльчивым и легко поддающимся эмоциям. Когда живёшь с одним из характеров постоянно — никаких проблем. Привыкаешь. Но если то и дело переключаться или держать две стихии одновременно, начинаешь потихоньку сходить с ума. Если бы я не контролировал чакру души, давно бы свихнулся.

— А для разгона облаков тебе как раз нужны сразу обе? — расстроенно проговорила Ангелина, но затем улыбнулась. — Может, лучше мы это будем делать? Для нас-то это естественно, мы с предрасположенностью родились.

— Такие конструкты требуют очень много внимания и тонкого контроля, в том числе для поддержания, а вам ещё и координировать свои действия придётся.

— Ну, это, мягко скажем, не первый раз, когда нам нужно будет поделить… обязанности. И точно не последний, — хитро взглянув на Ангелину, произнесла первая жена. — Мы справимся. К тому же в эти месяцы ты только и делаешь, что торчишь рядом с нами.

— Нам очень приятно, правда, — тут же дополнила лисонька, прижавшись ко мне.

— Да. Но это снижает твою активность и сильно ограничивает передвижения. И наши в том числе, — кивнула Мария. — Даже сюда мы вместе поехали не потому, что поддались на уговоры Варвары. А потому что здесь ближе… ну, ты сам знаешь.

— Я никому ни о чём не расскажу. А даже если расскажу, они об этом забудут, — раздался голос от Мишиной кроватки.

— Всегда есть место случайности. Так что не будем загадывать, — успокоила её Ангелина. — Мы и до этого не самые открытые вещи обсуждали.

— Если вы хотите попробовать, то запрещать я вам точно не стану. Но вначале без усилителей и костюмов, — сразу обозначил я рамки. — И только когда у вас начнёт получаться, можно будет использовать стандартный набор.

— Их сделали такими удобными, что я даже не вспоминала, — улыбнулась Мария. — А ещё украшения… Жаль, новых давно не было.

— Окстись, сестрёнка, куда тебе ещё? — удивлённо посмотрела на неё лисонька. — И так вешать некуда: и в ушах, и на шее, и в виде брошек.

— В корону, — уверенно сказала Мальвина. — Мы уже больше двух лет правим, а личных корон ни у тебя, ни у меня нет. А у Саши только шапка Мономаха.

— Короны… В принципе, неплохой вариант, хоть и не самый удобный. Она будет весить больше килограмма, — подумав, ответил я. — Если что, в ваших костюмах-усилителях и скрытных каркасах живых алмазов куда больше, чем в украшениях.

— Ты же знаешь, дорогой, за корону я готова на многое, — с юмором произнесла Мальвина и поцеловала, не забирая, впрочем, повисшую у меня на шее Лену.

— Посмотрим, что можно сделать, — кивнул я, действительно задумавшись.

Алмазы размером с голубиное яйцо я создавал регулярно. Вернее, создавали их в Уральском горном университете, а я оживлял, делая их проводниками резонанса. Так что и для корон можно было сделать подобный. И как усилитель, и как показатель статуса.

Нательный арамидный костюм с резонаторами, бриллиантовые колье и серьги для девушек и амулеты для меня, дополнительные резонаторные контуры, надеваемые перед механизированным доспехом и, наконец, сама броня с проводящим скелетом и множеством улучшений, полученных как благодаря материалам, так и благодаря гению конструкторов. Даже без резонансного щита она выдерживала попадания любого ручного оружия, кроме крупнокалиберных винтовок и гранатомётов.

На этом фоне личные армейские бронежилеты даже не считались защитой, и многие их пытались игнорировать. Но армейские старшины тщательно следили за тем, чтобы молодняк приучался тягать железо. Потому что вдруг и правда война, которая затронет не только флот, но и армейские части? А бронежилет и каска могут спасти не только от пули, но и от шального осколка.

Примерно такими же свойствами обладали и наши парадные одежды. С тонкими, незаметными взгляду баллистическими пластинами и тканью из арамидного волокна. В теории, даже если во время покушения откажет резонанс, корсеты девушек и мой парадный китель должны выдержать прямое попадание пистолетной пули.

Именно такую одежду я надел на встречу с прибывшими тайно сторонниками Турецкой республики. Не знаю, чего именно я ожидал. Что передо мной будут люди в халатах и фесках? Вместо этого в холле стояли трое одетых на европейский манер господ в чёрных и серых деловых костюмах. От них едва заметно пахло дорогим табаком и парфюмом. Гордые и чванливые, они смотрели друг на друга свысока. И единственное, что принципиально отличало их от тех же принцев, с которыми я недавно общался, — смуглая кожа.

— Его императорское величество, самодержец всероссийский Александр! — не громко, но торжественно объявил Василий, хотя, уверен, они и без того понимали, к кому едут.

— Приветствую вас, господа. Присаживайтесь, — сказал я, когда они раскланялись, причём каждый старался наклониться чуть меньше, чем остальные. И при этом достаточно, чтобы проявить уважение. Затем они начали рассаживаться, да так, что чуть ли не дрались за стулья ближе ко мне. — Мои советники настаивают, что нам есть о чём говорить, так что давайте не будем терять время на разговоры о погоде.

— Тогда позвольте сказать мне, Искандер-паша. Вы король королей и вряд ли поймёте страдания нашего маленького народа. Но все знают вас как новатора, первого истинного правителя на территориях бывших ханств, — начал с откровенной и неуместной лести турок, единственный не постеснявшийся национального головного убора. В досье говорилось, что он Энвер аль-Алдан, бывший военный и владелец обширного бизнеса по ремонту автомобилей. — Сотни лет мы стремились к независимости, Османская империя ослабла и чудом не развалилась ещё сотню лет назад. Пора освободить наших людей и дать право выбора.