Выжившие - Кларк Люси - Страница 55

Выхожу, словно во сне, из терминала и сажусь в такси.

Скользнув в кондиционированную прохладу салона, слышу бодрый голос водителя:

– Куда желаете?

Без всякого выражения произношу три слова.

Такси катит по оживленным улицам – магазины, рестораны, рекламные щиты и здания сливаются в неразличимую массу. Гудки автобусов и чехарда за окном нещадно врываются в мой мозг. Чтобы успокоить нервы, смотрю вниз на руки, поворачиваю серебряное кольцо на большом пальце.

– Здесь? – спрашивает таксист, останавливаясь у тротуара.

В зеркале заднего вида ловлю его настороженный взгляд.

Я киваю. Наклоняюсь вперед, подаю двадцать долларов – мои последние деньги. Взяв рюкзак, ступаю на обочину и погружаюсь в густую теплую влагу.

Для меня все кончено.

Пора передать расследование другим.

Такси исчезает в потоке машин. Я стою на тротуаре, глядя на выцветшую голубую вывеску Центрального полицейского участка.

Толкаю тяжелую стеклянную дверь. Захожу. Немытые волосы как проволока, одежду три дня не меняла – наверное, я выгляжу как туристка, очнувшаяся после трехдневного запоя, которая пришла сообщить о потере паспорта.

Ах, если бы…

– Я хочу поговорить с сотрудником, расследующим дело об исчезновении рейса FJ209, – сообщаю я молодому человеку с тонкими черными усиками за приемным столом.

Он подозрительно меня оглядывает.

– Погодите, я узнаю.

Я с силой хлопаю ладонью о стол – мы оба подскакиваем – и командую:

– Позовите его немедленно!

И тут все начинается.

Я рассказываю двум младшим сотрудникам все, что знаю.

Описываю остров, где и как лежат останки самолета, об отметках дней на стволе. Подробно говорю об окровавленном платье и найденных в его кармане слипшихся фотографиях. Я выдаю все, что успела выяснить о Дэниеле, пропавшем ноже, сообщениях сестры.

Им нужно понять: в авиакатастрофе Лори выжила, но ее убили на том острове.

Глядя на меня, растрепанную и грязную, они переглядываются, и один из них недоверчиво спрашивает:

– Вы на самом деле плавали на этот остров?

Они мне не верят.

– Подождите! – говорю я, доставая из сумки оба телефона.

Сначала я показываю фотографии, которые снимала на свой телефон, чтобы остались доказательства. А потом прокручиваю видео, снятые сестрой. Мы смотрим на ожившее лицо Лори, на фоне остова самолета. В это время заходит старший детектив по делу.

Спустя час в комнате собралось человек шесть.

Кто-то принес кофе. Есть холодная вода. Включили вентилятор. Они задают вопрос за вопросом. Откуда-то принесли карту. Я показываю, отвечаю, объясняю. Они все записывают, куда-то звонят.

Выхожу из полицейского участка уже под вечер.

Я сделала все, что могла. Остальную часть головоломки решать другим.

Все кончено.

На такси денег нет, и не знаю, хватит ли у меня сил на часовую прогулку до отеля.

Уходя прочь от полицейского участка, где я устроила переполох, я шепчу:

«Лори, я сделала все, что могла. Прости, что опоздала».

Глава 60

Теперь | ЭРИН

До отеля я кое-как добралась. Сначала встаю под горячий душ: вода льется на голову, кожа пропитывается мыльным ароматом. Вытираюсь и надеваю свежую одежду.

Открываю мини-бар: его недавно обновили. Присев на корточки, смотрю на ряды миниатюрных блестящих бутылочек и закрываю.

Выхожу из номера и плыву, как призрак, по коридору. Меня словно нет… я лишь фантом. Прохожу мимо длинного зеркала и даже не останавливаюсь, не смотрю в него – боюсь не увидеть собственного отражения.

В вестибюле ждет Натан.

Он сидит на низком квадратном кресле, постукивая большим пальцем о подлокотник. На этот раз на нем рубашка с короткими рукавами и никаких рабочих ботинок.

– Эрин, – поднимается он мне навстречу.

Я ничего не объяснила по телефону.

Направляюсь к нему, не зная, куда девать руки.

Подойдя ближе, решаю затолкать их в передний карман джинсового сарафана.

Мы ничего не заказываем, сидим так. Я начинаю рассказ. О карте, которую нашла в комнате его отца, об острове, о крушении самолета, о визите в полицию.

Он внимательно слушает, широко раскрыв глаза, все больше напрягая спину.

Рассказ окончен. Натан смотрит на меня, не произнося ни слова.

О чем он думает? Он зол, расстроен, не поверил мне?

Парень откашливается и спрашивает:

– Ты нашла карту в комнате отца, когда я там был?

– Прости, – искренне извиняюсь я.

Понимаю, что причинила ему боль.

Он смотрит на свои колени, потом снова на меня. Наверное, сейчас спросит еще что-нибудь о карте, но он говорит:

– А ты смелая – одна поплыла на остров.

– Смелость и отчаяние всегда идут рука об руку, – говорю я, выдавливая легкую улыбку.

Он улыбается в ответ.

– Натан, я хотела тебе кое-что показать.

Достав старый телефон, устанавливаю на столик и включаю видеосообщения Лори. Он, склонившись к экрану, смотрит в телефон, а я слышу исходящий от него аромат мыла и мятной свежести. Замечаю, что кончики его бровей выцвели на солнце, а на скуле – бледный шрам. При виде места крушения самолета глаза Натана наполняются слезами.

В этой аварии были и другие жертвы – об этом легко забыть.

Досмотрев последнее видео, он поворачивается ко мне:

– Ты не сдалась, пошла до конца.

– Что толку? – развожу я руками.

– Ну, может, полиция найдет что-то еще? Выяснит больше?

– Может быть.

Некоторое время мы молчим.

– Утром я лечу в Перт, – сообщает он. – Похороны в среду.

Его семье есть кого хоронить, с кем прощаться… Стискиваю зубы, чтобы не сказать, как ему завидую.

– А ты куда?

– Сначала забронирую рейс.

– А потом?

Глядя в куполообразный потолок, я отвечаю:

– Потом надо как-то жить дальше. – Чувствую, он на меня смотрит. Старательно разглядываю резные узоры на деревянном потолке, чтобы не заплакать. – Я не знаю, как жить без нее.

Какое-то время он молчит, а потом говорит:

– А ты не думай, какая у тебя будет жизнь. Просто верь, что справишься.

Он произносит эти слова так убежденно и с такой нежностью, что я отрываю взгляд от потолка и замираю.

Мы молча смотрим друг на друга. Я слышу, как стучит мое сердце.

Он встает с кресла во весь свой огромный рост.

– Мне пора возвращаться, – произносит он.

Я тоже встаю.

«Ну вот и все», – думаю я.

– Знаешь, а я бы с тобой поехал, – говорит Натан.

Я на мгновение теряюсь. Потом понимаю: он имеет в виду поездку на тот остров. Он поехал бы со мной, если бы я рассказала о найденной карте.

– Ты не доверилась мне.

Я не умею доверять.

Пристыженно опускаю взгляд.

– Что ж, Эрин, прощай, – говорит он и направляется к выходу.

Внезапно меня пробивает как током: я не хочу, чтобы он уходил! Увы, у меня нет сил, чтобы что-то исправить.

Я одиноко стою посреди зала, а мимо проходят, шумно смеясь и разговаривая, толпы отдыхающих постояльцев.

Заметивший меня официант подходит и, улыбаясь, произносит:

– Добрый вечер! Вы присоединитесь сегодня вечером к ужину?

Мне нельзя возвращаться в номер, где я останусь наедине с мини-баром и такими манящими перилами лоджии…

– Да, – отвечаю я официанту.

– Будете ужинать одна?

Я киваю.

– Прошу за мной, я покажу столик.

Мы проходим мимо столов, заполненных семьями и дружескими компаниями; разговоры текут рекой и пузырятся смехом в ночном воздухе, пропитанном специями и сладким ароматом жареного кокоса.

Оказавшись в этом ресторане, я понимаю, что должна сделать еще кое-что.

Я касаюсь плеча официанта.

– Можно я сяду там? – Указываю на угловой столик на краю террасы, откуда открывается вид на освещенный сад. Когда-то я уже там сидела.

Официант кивает и провожает меня в дальний угол.