Некрофобия: Пробуждение мертвых (ЛП) - Хэмлин Джек - Страница 33

После этого мы были не в лучшей форме.

Рикки и Диана объяснили Марии все (кроме стрельбы и поджога), и она легко согласилась. Слишком легко. Через час она начала плакать и была безутешна. Девушки не могли ее успокоить. Мы все чувствовали такую чертову безнадежность. Лекарство, в котором она нуждалась, мы не могли ей дать, поэтому она искала свое: она забралась к Туку на колени и прижалась к нему так, будто не хотела отпускать. Я слышал, как он говорил: "Теперь все хорошо. Теперь все будет хорошо. Держись крепче... просто продолжай держаться. Я никогда тебя не отпущу. Никогда. Никогда. В его глазах стояли слезы, и мне пришлось уйти.

Я вышел вслед за Дианой на темную аллею, глаза у меня были на мокром месте. Она зажгла сигарету, и я выхватил у нее одну. Я не курил уже много лет, кроме одного раза в Ираке, когда стресс взял надо мной верх. Первая затяжка была дерьмовой на вкус и заставила меня закашляться. На второй затяжке я почувствовал тошноту в животе, так как никотин достиг своего максимума. Третья оказалась прекрасной на вкус, и в этом заключалась ужасная природа зависимости. Я докурил сигарету и бросил ее на перила.

Я должен был держать себя в руках.

Рикки присоединилась к нам, и я обнял ее. Потом Диана обняла нас обоих. Это было трудно. Все было очень тяжело.

Единственное, что нас разлучило, - это вертолет.

Я уже говорил тебе, что видел их время от времени, но на большой высоте. Этот был не более чем в нескольких сотнях футов от земли. Он пролетел над вышкой и обогнул территорию комплекса, освещая прожекторами землю под собой. Думаю, это был "Блэкхок". Невооруженный вертолет-разведчик. Он пролетел над дорогой, освещая зомби и, вероятно, нацеливаясь на них. В темноте трудно было понять. Мне стало интересно, о чем думал пилот. Наверное, летит на разведку, чтобы найти мертвецов, а видит башню и комплекс, горящие охранные огни.

Вертолет появился и исчез достаточно быстро.

Но его свет показал нам, что там было не несколько десятков мертвецов, и даже не сорок или пятьдесят, а сотни, целая армия. Их было столько, что мне стало страшно, очень страшно, потому что я увидел, как они всей своей мощью упираются в забор и ворота слетают с петель. Скажем так, в ту ночь я спал не очень хорошо, совсем не хорошо.

К рассвету ситуация ухудшилась.

Более того, она стала просто отвратительной.

Тук разбудил меня, и когда я вышел на улицу, Джимми уже был там, и Диана тоже. За оградой их количество снова удвоилось. Теперь они не сдерживались: прижались к забору, и напряжение, похоже, их ничуть не беспокоило. Они бились об него и царапали его когтями, размышляли, были активны и хотели войти. Я почувствовал в них отчаяние, которого раньше не замечал.

"Думаю, нам лучше уложить остальных Клейморами", - сказал мне Тук. "Если они забрались так далеко, я хочу проредить их как можно больше".

"Нужна моя помощь?" сказал Джимми.

"Нет", - сказал ему Тук. "Я хочу, чтобы ты был здесь с оптическим прицелом. Мы возьмем рации. Держи нас в курсе". Он повернулся к Диане. "Иди разбуди Рикки и расскажи ей о ситуации. Скажи ей, что, если дела пойдут плохо, нам придется срочно выезжать. Нам нужно начать собирать вещи на всякий случай".

Мы спустились к клетке, собрали "Клейморы" и окольцевали их вокруг башни для максимального эффекта. Мы соединили их проводами, готовясь к самому худшему. Прежде чем подключить их к клэкеру, мы сходили в сарай за джипом и таким же бронированным "Шевроле Тахо". Субурбан Каслберри я оставил там. Теперь он был бесполезен. Мы заправили машины бензином, наполнили топливом дополнительные канистры и приготовили их на случай, если нас обойдут.

В башне все собирали еду, оружие и провизию на случай худшего. Мария тоже помогала, ее глаза были красными и опухшими от слез. Я понимал, что мой мир сильно изменился за последний месяц, но мне было интересно, каково было ей. Молодая, хрупкая... родители умерли, брат погиб. Теперь она оказалась в компании незнакомых людей, которые выглядели так, словно готовились к Дню Д.

К полудню мы были в хорошей форме.

Тогда же появились первые вертолеты. Я увидел "Блэкхок" и два " Кайова". Они прошли над зомби, но не стали их атаковать. Ситуация становилась напряженной. Если учесть, что зомби были массовыми, а военные проявляли к ним интерес, то ситуация становилась явно неспокойной. Мы убедились, что хорошо накормлены, подготовлены и одеты для забега.

У Тука была рация, и он взялся за нее, пытаясь вызвать кого-нибудь, хоть кого-нибудь, но ничего не получалось. Затем, за несколько минут до двух, появились первые вылеты. Истребители F/A-18 Hornets с визгом пронеслись над деревьями и сбросили кассетные бомбы, которые взорвались быстрой чередой, покрыв дорогу и зомби взрывами, от которых содрогнулась башня. У забора начался пожар, дым и разлетающиеся обломки. Следующая вылазка сбросила еще больше кассетных бомб, и все было бы хорошо, если бы они на этом остановились. Массы зомби были уничтожены, но дальнейшие вылеты разрушили забор, снеся ворота и проделав повсюду большие дыры, если не снесли его совсем.

Это было нехорошо.

Потому что после того, как " Хорнеты" улетели, зомби снова стали перегруппировываться. Может быть, не сотнями, как раньше, а волнами по двадцать-тридцать человек, уцелевших после бомбардировки. Они продвигались вперед, перебираясь через забор и распространяясь по территории комплекса. Тук залил траншею мазутом и запустил в нее зажигательный снаряд, который с грохотом взорвался, выплеснув на нас волну жара. Это еще больше замедлило продвижение мертвецов. Многие спускались по дороге, но другие пытались пробраться через масло и сгорали, а третьи поднимались в пылающих кострах, блуждая по округе, охваченные пламенем. Другие пробивались к минным полям, и мины взрывались одна за другой: ТУМП! ТУМП! ТУМП! Они не убивали зомби. Они только калечили их... отрывали ноги и ступни, замедляя, но почти не останавливая их.

"Они все еще идут!" сказала Рикки, наблюдая за их приближением в оптический прицел. Она была на дорожке вместе с Дианой и Джимми.

"Да, черт возьми, они теперь повсюду", - сказал Джимми.

Диана осматривала поля в бинокль. "Я насчитала не менее пятидесяти или шестидесяти, идущих с севера", - сообщила она. "Впереди тяжелая полоса".

Я вышел туда, и там был хаос. Линия ограждения была, конечно, разрушена, ландшафт изрыт кассетными бомбами. В воздухе висел черный дым от бомб и от горящего мазута, который пылал жирной вонью, от которой у меня заложило ноздри.

Тук залил вторую траншею и зажег ее.

Она воспламенилась с порывистым, улюлюкающим звуком, и на нас снова накатил жар. Я не думал, что стрелять во вторую траншею было хорошей идеей, потому что там и так было плохо из-за дыма, огня и жара. С ходовой площадки это выглядело как кипящий, исходящий паром котел ведьмы. Через несколько минут нам пришлось закрыть люк, так как воздух был очень горячим и густым от дыма. Но перед этим я увидел то, о чем всегда беспокоился: от пылающего мазута загорелись окружающие сухие невозделанные поля, и теперь они тоже горели. Я думаю, что этот комплекс был настолько близок к аду, насколько я мог себе представить.

"Нам придется убираться отсюда", - сказал Тук. "По крайней мере, на некоторое время, пока все не выгорит само собой".

"Этот пожар уничтожит наши посевы", - сказала Диана, очень резко. Она была матерью этих полей, она лелеяла их кровью, потом и слезами. Ее нелегко вывести из себя. Но сейчас она была такой же горячей, как поля за башней. "Это все уничтожит. Обязательно было поджигать это масло? Это было чертовски глупо, мужик, просто чертовски глупо".

"Я пытаюсь спасти наши задницы!" крикнул ей Тук.

Диана только покачала головой. "Да, но я надеюсь, что твой план спасения не будет таким же беспорядочным, как этот".