Мастер Трав XI (СИ) - Мордорский Ваня - Страница 7

Вскоре исчезли сигнальные паучьи нити и даже насекомые перестали садиться на наши плечи (я знал, что это Лира). Седого я уложил в корзину — он пока не желал прыгать по деревьям и охотиться. Оно и немудрено: на крыше дома он нагонялся за ящерицами и прочей живностью, а потом обожрался меда — тут любой бы уснул.

Я мысленно отпустил поводок контроля и корнечервь, радостно завибрировав в моем восприятии, тут же зарылся глубже в рыхлую почву, рыская в поисках затерянных семян. Во всяком случае, команду я дал именно такую. Я не надеялся, что он найдет кристаллы, а вот какое-то спящее семя — вполне. В саду находить семена у него получалось хорошо.

Правда, учитывая его размеры и скорость нашего перемещения по лесу, возможно тут нужна целая группа корнечервей, которые будут прочесывать землю. Надо бы спросить у Рыхлого, не завалялась ли у него еще парочка таких существ. Или может он расскажет, где их взял. Для меня это не просто черви, которые улучшают почву, а по сути разведчики и искатели семян. С расширенным Анализом проблем с идентификацией находок больше не будет и не придется откладывать это на потом.

Виа же как только мы отошли на безопасное расстояние я позволил поохотиться — она была голодна. Я только сейчас заметил, что если использовать проценты эволюции и давать ей охотиться и утолять голод, то она растет быстрее. А если заставлять использовать эти проценты на приобретение устойчивости к огненной живе или к черной хвори, то физический рост незначителен. Пожалуй, если бы я просто давал ей расти и охотиться, она бы уже стала огромной. Но всё шло в устойчивость. И даже так, она уже большая, и в корзину помещается с трудом.

Чуть прибавив шагу, я поравнялся с Грэмом и передал ему живы, одновременно проводя Анализ.

Анализ.

[Черная хворь: 33%]

Похоже, сегодня сеанс лечения прошел более чем продуктивно. Ушло почти семь процентов хвори, а это немало. Кажется такого низкого процента черной хвори в Грэме еще никогда не было. Такими темпами Грэм скоро сможет применять навыки, а это сразу другой уровень его боевой мощи. И по Кромке можно будет ходить не так напряженно, как сейчас. Вдобавок, после полноценного лечения костей он станет сильнее, чем до того, как подхватил черную хворь.

— Ну как, полегче стало? — спросил я.

— Определенно, — кивнул Грэм, — В этот раз Рыхлый притащил на три пиявки больше. И они стали крупнее, еле пролезли. Надеюсь, дальше он как-то замедлит их рост, потому что иначе они уже не влезут.

— Может он новых… расплодит.

— Может. В любом случае, после сегодняшнего лечения мне прямо ощутимо полегчало. Сразу дышать стало легче. Я даже не замечал, что до этого дышалось тяжело.

Еще бы, семь процентов, и это при том, что хвори и так стало меньше благодаря выжимкам и прошлому сеансу Рыхлого.

Грэм глубоко и с наслаждением втянул лесной воздух, но уже через пару мгновений его лицо снова посерьезнело.

— А теперь, — посмотрел он на меня, — рассказывай. Что там с Клыком случилось на самом деле? И без утаек. Я не верю, что он там перенапрягся.

Я вздохнул.

— Ну…случилась моя глупость. Помнишь те куски кости, которые нашел Скиталец под землей?

Грэм прищурился:

— Припоминаю. Как припоминаю и то, как ты их выкапывал, и что земля вокруг них была мертвой. Хоть сразу так и не скажешь.

— Так вот, кости оказались не простые, — ответил я, стараясь говорить спокойно и размеренно.

— Да уж, простые не будут высасывать вокруг себя жизнь. — заметил Грэм.

— Помнишь костяную тропу и ту гигантскую кость в Глубинах, которую мы проходили, когда шли к…

— Помню я, куда мы шли, — оборвал меня Грэм.

— Так вот, — продолжил я, внимательно следя за его реакцией. — У меня возникло ощущение…а потом подозрение, что эти мелкие кости и та огромная кость — части одного целого существа. Просто оно было разорвано и разбросано по разным местам.

— Это просто предположение, — отмахнулся Грэм.

— Было, — ответил я, — До того, как моя кровь не попала на кусок кости и я не погрузился в нее.

— В кость? — уточнил Грэм.

— Да. Буквально. В каждом фрагменте кости остался осколок сознания Стража. И я слышал голос этого существа.

— Вот как… — задумчиво сказал Грэм, — А ты не думаешь, что тебе просто показалось? Почудилось?

— Дед, — серьезно сказал я, — То же самое произошло с Клыком, когда я попросил его срастить два осколка. Только в моем случае кость меня не атаковала, а на Клыка напала. Пыталась поглотить его разум и волю. Он начал говорить как-то существо из кости, понимаешь?

— Вот почему ты так ворвался в дом…

— Именно. Я боялся, что оно его поглотит, поэтому и просил тебя отколоть эти куски костей от него. Это бы точно прервало процесс.

— Теперь стало понятнее, — качнул головой старик, — Значит, ты дал ее Клыку, чтобы… срастить две части? Хотя знал, что там осколок чужого сознания?

Я молча кивнул. Да, звучало не очень.

— С такими вещами не шутят, Элиас. Представим, что всё это правда и всё так, как ты сказал. Там сознание некоего существа, а что было бы если бы Клык не справился? Что если бы даже отколов кости мы не прервали поглощение? Во что превратился бы Клык?

Я вздохнул.

— Я не знаю, во что он превратился бы, и не знаю, что было бы, но я знаю одно — он справился. Это единственное, что сейчас важно. И теперь Клык считает, что вросшие в его руку кости могут дать ему какие-то новые возможности или силу. Он сам отказался их отсекать.

— Это-то я помню, — прищурился Грэм. — И когда ты мне собирался это рассказать? Про вот это всё, про кости?

Я пожал плечами.

— Может, когда мы пошли бы за другими костями.

— То есть ты собираешься и дальше их искать?

— Да, дед, я считаю, что это ключ к чему-то важному. Кроме того, даже если я их не буду искать, то Клык сам этим займется. Он говорит, что эти кости «тянут» его куда-то. И я предполагаю, что они тянут его к ближайшей кости.

— Два идиота, — пробормотал Грэм, — Не знают что это такое, а связываются.

Спорить с этим утверждением было сложно. Вот только тут, в этом мире, в Кромке, в Глубинах, — всё было опасно. Простой выход в лес мог быть опасным, и не менее опасным было прикоснуться к «знаниям Древних», как их хотелось называть. Я помнил опыт с символом Роста, сути которого я не понимал, и управлять которым не умел, и чем всё это могло закончиться. И, тем не менее, эксперименты нужны. И изучение уцелевших фрагментов знаний, что в виде Символов на коре Древ, что в виде осклоков Стража. Не хотелось сейчас слушать нотации.

— Ладно, — недовольно сказал Грэм, возобновляя шаг. — Что случилось, то случилось. Но ты мог бы мне об этом сказать сразу.

— Мог бы, — согласился я, поравнявшись с ним. — Но ты мне ведь тоже далеко не всё говоришь.

— Ты о чем? — Грэм бросил на меня непонимающий взгляд.

— Я разговаривал с Хабеном, и он мне рассказал о «Проводниках». — я сделал паузу, — Людях, которые могут безопасно «проводить» в Глубины.

— Безопасно? В Глубины? — переспросил Грэм, — Бред какой-то! И нет, о таком я даже не слышал.

Я замер.

— Да, Элиас, я не обо всем знаю, — усмехнулся старик, — Возможно Хабен имел в виду какие-то свои контрабандные пути в Глубины — в места, где есть запрещенные ингредиенты. Не знаю…это очень странно звучит. Если бы существовали какие-то «особые тропы», то мы бы, охотники, об этом знали. Значит, дело не в тропах, а в людях, которые водят.

— В смысле?

— В Глубины можно нанять охотников, — группу ветеранов за большую цену, — и возможно тебя доведут, куда ты хочешь. Но по-настоящему скрытно провернуть подобное сложно, потому что неподготовленный и слабый человек будет подставлять своими слабыми навыками всю группу. Это слишком опасно. А мертвецам деньги ни к чему.

— Но Хабен говорил явно не об этом, — заметил я. — Он говорил о безопасных путях в Глубины. Именно в Глубины, а не просто за границу Кромки. И о людях, которые эти пути знают. Он говорил, что ходил туда таким образом не раз и не два. А Хабен, мягко говоря, не выглядит…сильным.