Смертная казнь. История и виды высшей меры наказания от начала времен до наших дней - Монестье Мартин - Страница 54

Депутаты Законодательного собрания — как оно стало именоваться с 1 октября, были поражены услышанным и, возможно, постыдились публично обсуждать проект машины смерти. Но научный подход произвел на них сильное впечатление, и все облегченно вздохнули: решение проблемы найдено. Доклад доктора Луи опубликовали. 20 марта 1792 года был ратифицирован декрет, гласивший, что «всем приговоренным к смерти будут отрубать голову способом, принятым на вооружение в результате консультаций с ученым секретарем Хирургического общества». В итоге депутаты уполномочили исполнительную власть выделить средства, необходимые для создания машины.

Ни разу за два столетия вплоть до отмены смертной казни в 1981 году гильотина не была упомянута во французском уголовном кодексе. Гильотинирование всегда обозначалось формулировкой — «способ, принятый на вооружение в результате консультаций с ученым секретарем Хирургического общества».

Как только идея «укорачивающей машины» была законодательно оформлена, осталось в самые сжатые сроки воплотить ее в жизнь. Ответственным за изготовление прототипа решено было назначить члена бюро парижского муниципалитета Пьера Луи Редерера, отличившегося при обсуждении финансовых и судебных законов.

Редерер начал с консультаций с автором идеи доктором Гильотеном, но быстро распознал в нем теоретика и обратился к практику — доктору Луи, единственному, кто был способен воплотить идею в реальность. Он свел доктора с Гидоном, плотником, работавшим на правительство. Привычный к строительству эшафотов, тот впал в глубокую и вполне понятную растерянность. Доктор Луи составил подробное описание устройства, максимально детализировав проект. Это описание стало самым подробным документом по гильотине за всю историю, подтверждая тот факт, что доктор Луи и был ее настоящим изобретателем.

Опираясь на техническое задание, Гидон за сутки подготовил смету работ и 31 марта 1792 года вручил ее доктору Луи, тот передал ее Редереру. Смета составила 5 660 ливров — огромную по тем временам сумму.

Гидон заявил, что таких денег будет стоить изготовление прототипа, и если «расходы на первую машину и выглядят чрезмерными, то последующие аппараты обойдутся намного дешевле, учитывая, что опыт создания первого образца снимет все трудности и сомнения». Он уверял, что машина прослужит по меньшей мере полвека. Возможно, Гидон запросил так много, чтобы избавиться от заказа. Древняя нерушимая традиция запрещала плотницкому братству изготовлять орудия казни.

Как бы то ни было, правительство в лице министра общественного налогообложения Клавьера отвергло смету Гидона, и Редерер попросил Луи найти «хорошего мастера» с разумными притязаниями.

Таковым стал немец Тобиас Шмидт, клавесинных дел мастер из Страсбурга, периодически выступавший с концертами. Шмидт, считавший себя человеком искусства, написал доктору после публикации его доклада и предложил свои услуги, уверяя, что почтет за честь изготовить «машину для обезглавливания», способную принести счастье человечеству.

1932 год. Казнь. Две корзины: одна для тела, вторая для головы. Фотография. Частн. кол.

Подготовка к казни. Фотография. Частн кол.

Доктор Луи связался со Шмидтом: тот уже активно разрабатывал тему, проектируя собственный вариант машины. Луи попросил его оставить «личные изыскания» и просчитать предлагаемый проект.

Менее чем через неделю Тобиас Шмидт представил смету на 960 ливров, почти в шесть раз меньшую, чем у Гидона. Клавьер для вида поторговался, и сумма составила 812 ливров.

Шмидт проявил пылкое рвение и сделал машину за неделю. Единственным, что он изменил в проекте доктора Луи, была высота стоек, по которым скользил нож: четырнадцать футов вместо десяти. Гидон в своей смете увеличил ее до восемнадцати футов.

Нож со скошенным под углом в 45° лезвием, изготовленный другим мастером, вместо шестидесяти весил сорок килограммов, включая груз.

1909 год. Казнь Берюйе в Балансе (департамент Дром).

Можно было приступать к испытаниям. Сначала на баранах, потом на трупах. 19 апреля 1792 года, по одним данным — в Сальпетриере, по другим — в Бисетре, гильотину собрали в присутствии участвовавших в проекте людей, среди которых были члены правительства, доктора Луи и Гильотен, Шарль-Анри Сансон и сотрудники больницы.

Машина оправдала все ожидания. Головы отделялись от туловища в мгновение ока.

После столь убедительных результатов уже ничто не мешало скорейшему поступлению «чудесной машины» на официальную службу.

25 апреля 1792 года ее установили на Гревской площади для предания смерти некоего Жака-Николя Пелетье, осужденного за грабеж с применением насилия, который таким образом приобрел сомнительную славу первооткрывателя гильотины. Казнь Пелетье положила начало беспрестанному движению ножа. Вскоре на гильотине будут тысячами рубить головы с плеч. За два века, с 1792 по 1981 год, помимо тридцати пяти — сорока тысяч казненных за годы якобинской диктатуры, на гильотине отрубят порядка восьми — десяти тысяч голов.

В соответствии с принятым законом во Франции отныне всех следовало казнить одинаково, и делегированные представители Республики разъезжали по стране с гильотиной в фургоне. Осужденным приходилось ждать, и каждый суд требовал собственную гильотину.

Декрет от 13 июня 1793 года определил их количество из расчета одной на департамент, в общей сложности — восемьдесят три машины. Так появился новый серьезный рынок.

Как первый строитель гильотины, Тобиас Шмидт истребовал и получил исключительное право на ее изготовление. Однако в мастерских клавесинных дел мастера, несмотря на переустройство и наем дополнительных рабочих, невозможно было исполнять заказы полупромышленного характера. Вскоре к производству Шмидта возникли претензии. Качество поставляемых им машин не вполне отвечало техническому заданию, и явные недоработки нескольких аппаратов подтолкнули конкурентов предложить свои услуги.

Некто Ноэль Кларен едва не захватил рынок, предложив построить совершенную гильотину за пятьсот ливров, включая покраску в красный цвет.

Редерер попросил чиновников разных ведомств осмотреть машины Шмидта и предоставить ему подробный отчет об их достоинствах и дефектах.

После принятия закона, провозгласившего, что в стране остается один палач, который будет занят полный рабочий день, во Франции сменились семь исполнителей:

Жан-Франсуа Гайденрайх (1871–1872 гг.). О нем говорили, что он слишком чувствителен для своей службы. Он участвовал в более чем 820 казнях.

Николя Рош (1872–1879 гг.). Ввел ношение цилиндра во время казни.

Луи Деблер (1879–1899 гг.). Сын палача Жозефа Деблера. Получил прозвище Хромой. Казнил не менее 259 осужденных. В частности, «усек голову» Равашоле Казерио, убийце президента Сади Карно.

Анатоль Деблер (1899–1939 гг.). Сын Луи Деблера. Заменил цилиндр котелком. Утверждал, что тратит меньше времени на отрубание головы, чем на произнесение по слогам слова «гильотина». 450 осужденных обязаны ему смертью, один из них — Ландрю.

Анри Дефурно (1939–1951 гг.). Шурин предыдущего палача, взял в жены его племянницу, которая была дочерью помощника палача. От котелка перешел к серой фетровой шляпе. Ему мы обязаны последней публичной казнью во Франции — в Версале в 1939 году. Во время войны по-прежнему «упражнялся» в тюрьме Санте на головах патриотов. В конце войны все еще находился на своей должности, в частности, обезглавил доктора Петьо, осужденного за 21 убийство.