Ты – мой подарок (СИ) - Фави Ксения - Страница 15

Я ошибаюсь или она правда считает меня досадной помехой в своих планах на Арсения?

— Куда-то торопишься? — ее голос звучит подчеркнуто вежливо, но глаза остаются злыми. — Арсений просил его не беспокоить. Он в гостиной, один. Поверь, сейчас не лучшее время, чтобы испытывать его терпение.

Я даже не замедляю шаг. Как будто мне нужен ее Арс! И как будто она нужна ему… Пфф.

Это их дело, а меня уже достал этот назойливый негатив.

— Подвинься, Милена, — бросаю я через плечо, чувствуя раздраженный взгляд в спину. Оборачиваюсь. — Мое терпение тоже не надо испытывать.

Прохожу в гостиную. Здесь приглушенный свет, а ещё рыжие, неспокойные блики от камина пляшут по стенам и потолку. В комнате пахнет огнем.

Арс сидит в глубоком кресле прямо перед ним. Он в тонкой черной водолазке, которая подчеркивает его широкие плечи. Да, этот парень в отличной физической форме. Поэтому так уверен в себе, как в защитнике?

Его голова опущена, он трет переносицу и явно о чём-то думает.

Он не оборачивается на звук шагов, лишь пальцы на секунду замирают.

— Я же сказал, оставить меня одного, — произносит низким, вибрирующим от напряжения голосом.

— Арс, это я, — мой голос дрогнул, но я нет. — У Мари проблемы.

Вот теперь он встает из кресла. Хмурится, но больше не прогоняет.

— Какие проблемы?

Я буквально подбегаю к нему. Начинаю рассказывать, время от времени хватая ртом воздух.

— Разгромили ее квартиру в Питере… Кое-что забрали… И замок, он… Он не был взломан! Это тоже связано с папой? Потому что ему угрожают?!

— Я не сказал, что твоему отцу угрожают.

Невыносимый!

— Я боюсь за своих близких, Арс!

Настолько глубоко дышу, что начинает кружиться голова. Пошатываюсь.

Или это потому, что кроме какао я толком ничего не ела.

— Присядь, — велит Щербинский.

Впрочем, он сам берет меня за локоть и подводит к креслу. Я плюхаюсь туда безвольно.

Арс присаживается напротив меня прямо на столик. Он выдержит его вес?..

Боже, о чём я думаю!

— Арсений, — смотрю в темные глаза, — Мари живет в этой квартирке больше двух лет. Ни разу туда никто не влезал. Да и вообще сейчас это редкость. Везде же камеры!

— И что они показали?

— Она ещё не ответила мне…

— Камеры можно обмануть, замаскироваться.

— То, что случилось с Мари и со мной как-то связано? Кто-то хочет навредить нашей семье? Папе?!

— Я узнаю.

— Через Андрея?

— Может быть. Если он меня не заблокировал.

Арсений усмехается. Встает со столика и проходит к креслу рядом. Присаживается.

— Почему ты?

— Что? — он вздергивает бровь.

— Почему ты мне помогаешь? И твои братья? Вы даже меня не знали.

— Алекс тебя знал, — Арс хмыкает.

Хмурюсь.

— Ну да, по школе. А ты знаком с моим другом Сашуликом… Но это же ерунда, не считается. Ты привез меня сюда, на своем вертолете, в свой дом! А теперь кто-то ходит рядом, и ты считаешь, что один меня защитишь. У тебя сверхспособности?

— Перечиталась фэнтези?

Закатываю глаза.

— Арс!

— Предлагаю сделать рыбу на гриле на ужин. Это быстро. В морозилке есть стейки.

Теперь мои глаза расширяются.

— Ты думаешь о чём-то кроме еды?!

Парень пожимает плечами.

— Я привык употреблять достаточно белка. А тебя уже от голода шатает.

— Меня шатает от нервов! И от твоих тайн! Арсений, ну пожалуйста, расскажи всё! Кто мне угрожает, и почему ты спасаешь?! Как мне до тебя достучаться?!

Я кричу. Могу поспорить, таким тоном с этим парнем мало кто разговаривает. Из тех, кто не является его родственником, вообще никто.

Сейчас он обрушит на меня свой гнев…

Но вместо этого слышу глухой вопрос:

— А мне как достучаться до тебя? Я ведь сказал, что безопаснее тебе не знать. Чтобы потом, в городе, тебе не хотели заткнуть рот.

Не успеваю ничего ответить, как мы слышим возмущенное:

— Мне вот уже сейчас хочется ей рот заткнуть! Арсений, как ты это терпишь?

Конечно, это говорит Милена. Плавной походкой она приближается…

21

— Я вроде просил не входить сюда! Какого хрена, Мил?! Тебя это никак не касается!

А вот теперь мы видим гнев. И слышим. Громко.

Милена хлопает пушистыми ресничками. Ее пухлая нижняя губа вздрагивает. Блондинка вот-вот разревется.

Объективно она хорошенькая, конечно. И многие парни бы в этот момент растаяли. Но у Арса, кажется, сейчас пар повалит из ноздрей.

— Вы так кричите, я проснулся.

Ну всё, теперь все в сборе. К нам присоединился помятый Алекс.

— Смотри за своей гостьей, — злобно "просит" его Арс.

— Ого.

Милена разворачивается и вылетает из гостиной. У Арсения ходуном ходят желваки. Ему самому не в кайф от этого срыва.

Алекс ловит мой взгляд и безмолвно спрашивает — что случилось? Я лишь поджимаю губы.

Милена правда заигралась и обнаглела. Видит же, что атмосфера напряженная, и я тут не просто так.

— Успокой ее, — кивает Арс на выход, — мы приготовим ужин.

После скандала в гостиной тишина на кухне кажется странной и гулкой.

Хотя я как будто ещё слышу эхо тяжелого, властного голоса, от которого Милена буквально сжалась, прежде чем выбежать вон.

Алекс ушел за ней. Я видела его сочувствующий взгляд, брошенный то ли на меня, то ли на брата.

Теперь мы одни. В большом светлом пространстве кухни, где пахнет деревом и немного кофе.

Арсений замер у кухонного острова, уперевшись руками в гранитную столешницу.

Его спина напряжена, под черной тканью водолазки перекатываются мышцы. Он всё ещё взвинчен, я чувствую это кожей. От него исходит почти физическое тепло раздражения.

— Давай просто приготовим рыбу, — не оборачиваясь, произносит он.

Голос севший, но уже спокойный. Для меня он находит другие интонации…

Я молча киваю, хотя он меня не видит. Достаю из морозилки увесистую упаковку лосося. Холод пластика обжигает пальцы, возвращая в реальность.

— В аэрогриле? — уточняю. — Получится вкусно.

От нервов или нет, но аппетит у меня проснулся.

Арс оборачивается. Взгляд ещё жесткий, но сталкиваясь с моим, он заметно смягчается.

Парень подходит ближе, забирает у меня рыбу и включает размещённый на столешнице гриль. Его движения привычные.

Пока он занимается стейками — натирает их солью, сбрызгивает маслом, я принимаюсь за салат.

Нож мерно стучит по доске, нарезая помидоры и хрустящую зелень.

Напряжение в доме потихоньку гаснет. По крайней мере, больше оно не такое острое.

Мы стоим совсем рядом. Я чувствую аромат лимона и розмарина, который Арс добавил к рыбе.

Рыба греется на гриле, наполняя кухню аппетитным запахом.

Глядя на то, как уверенно Арсений управляется на кухне, я вдруг ловлю себя на мысли, что хочу кое о чём спросить.

Не о себе, не о похищении, а о нем самом.

— Ты часто готовишь? — спрашиваю я, не отрываясь от нарезки огурцов. — Ну, когда ты не вдали от наемного персонала и не в глухой тайге?

Арс усмехается. Коротко, одними уголками губ.

— Редко. Обычно на это нет времени. Но иногда, по выходным... это помогает разгрузить голову.

— А твоя мама? — я замираю с ножом в руке, глядя на его профиль. — Она готовила что-то особенное, когда вы с Алексом были маленькими?

Он на мгновение замирает. Взгляд уходит куда-то вглубь себя, и на лице появляется тень чего-то мягкого.

— Мама печет вкусный яблочный пирог, — негромко говорит он. — Весь дом пахнет корицей. В детстве мы с Алексом и Лёхой всегда воровали начинку, пока она не видела. Она ругалась, но всегда оставляла нам лишнюю чашку с яблоками.

Я улыбаюсь, представляя маленького, серьезного Арса с испачканным в сахаре лицом.

Потом хмурюсь.

— Лёхой? Неужели это тот самый близнец?

— Да, Алексей, — он понимает о чём я.

— Всё-таки "А", — выдыхаю с легким смешком, — но знаешь, наверное, вам это идет. Эти имена.