Отбор невест, или Три орешка для темного (СИ) - Самсонова Наталья - Страница 69

— А как же редчайшие акварели?

— Ну не сгорят же они,— отмахнулась подруга.

— Бзз-бзз!

— Вот и Марк Аврелий говорит, что лучше в сад,— добавила Эрмина.

— Вообще, он сказал, что у дворца устаревшая охранная система,— улыбнулась я. — Но и спорить с тобой я не хочу. В сад так в сад! Заодно можно будет навестить Сайарда и рассказать ему про предсказательницу.

«И кто знает, быть может, зная ее настоящее имя, он сможет выудить из призрака что-нибудь еще», подумала я.

Мы не спешили. Вежливо раскланивались со всеми встречными-поперечными придворными, улыбались и даже обменивались сплетнями.

— Мы потратили почти час, а до выхода в сад еще два коридора,— простонала Эрмина. — Это невыносимо!

— Смотри на это, как на тренировку выдержки,— посоветовала я ей.

Хотя меня саму уже подташнивало от лицемерных улыбок и перешептывания. Став невестой последнего некроманта, я, внезапно, оказалась на виду у придворных. Не могу сказать, что они спешили выразить мне свое почтение или же, напротив, унизить и оскорбить, но… Они стали меня замечать, что тоже приносило определенные неудобства.

— Если здесь свернуть, то можно будет выйти в сад через окно,— шепнула я.

— Идеально,— выдохнула Эрмина.

Мы свернули в маленький коридор, прошли его насквозь и, открыв окно, перемахнули через низкий подоконник. Теперь нужно обогнуть вот этот пышный розовый куст и…

— Ты действительно будешь отрицать, что подмешивал в мои сладости зелья?! — дрожащий, полный гнева голос драэ Мирсонай застал нас врасплох.

Мы с Эрминой замерли за кустом. Обратно мы залезть не сможем — охранка сработает. Гости могут выйти из дворца любым способом, а вот войти внутрь… Войти внутрь можно только через двери.

— Любовь моя…

— А любовь ли это, Хол? — с горечью спросила драэ Мирсонай. — Как ты мог? Зачем? Наш брак был устроен нашими семьями, я бы никуда от тебя не делась!

За кустами воцарилась тишина. Таинственный Хол явно подбирал аргументы, а драэ терпеливо ждала. Я же ждала нетерпеливо, мне хотелось как можно скорее оказаться подальше от этой ситуации. И, как назло, в голову ничего не приходило!

— Лиэ,— задушено выдохнула подруга. — Марк Аврелий…

В ее едва слышном голосе явственно звучала паника. И я, подняв руку к волосам, похолодела — мой крылатый артефакт куда-то запропастился…

Ох, нет. Не куда-то.

Марк Аврелий вполне целенаправленно полз по траве. Куда именно он целенаправился? На источник шума! Еще минута и его увидят. Или на него наступят, потому как трава высокая, а он вполовину ладони и…

— Высокомерная и холодная,— в мужском голосе прозвучало отвращение,— ты смотрела на меня, как на насекомое, запутавшееся в кружевах твоего платья. Я сделал тебе одолжение, Мирсонай. Я сделал этот брак желанным для тебя. Если бы ты не была настолько равнодушна, то мне не пришлось бы использовать зелья.

Несколько секунд тишины, а после звонкий шлепок оплеухи:

— Подите прочь, драр. Помолвочные дары будут возвращены через посредника.

— Ты не посмеешь! Наши семьи…

— Бзз! Бзз-бзз-бзз!

Марк Аврелий внезапно взлетел с земли и скрылся из виду. Коротко выругавшись, я рванула за ним и, обогнув куст, резко остановилась. Оценив обстановку, рявкнула:

— Ко мне!

Удивительно, но это сработало. И Марк Аврелий, и драэ Мирсонай за считанные секунды оказались рядом со мной, под защитой моего барьера.

Вот только…

— А он не очень сильный маг, да? — с интересом спросила я, глядя, как смазливый блондинчик силится выдавить из себя проклятие.

— Позорное пятно на исключительно великолепном родовом древе,— драэ Мирсонай устало прикрыла глаза. — Вот только из-за уже подписанного контракта я не могу атаковать его.

— А щит?

— И защищаться тоже,— скривилась драконица. — Холлас, хватит. В этот раз я не буду тебя спасать. Это магическое истощение станет для тебя последним. А ведь твоему отцу еще предстоит найти тебе новую невесту.

— Какая дура на него польстится? — страшным шепотом спросила присоединившаяся к нам Эрмина.

— Никакая,— невесело хмыкнула драэ,— но вот глава семьи может и соблазниться. Меня спасает контракт — он не имел права применять ко мне зелья и магию. Так что, с того момента как он признал свою вину…

Она сделала паузу и я понятливо договорила:

— Брачный контракт самоуничтожился.

— Исключительно приятное чувство.

Блондинчик же, наконец, смог исторгнуть из себя слабенькое проклятье. Медленное и недоделанное, оно масляной пленкой размазалось по моему щиту, а после сгорело.

Холлас же рухнул на колени. Его била крупная дрожь, на висках выступила испарина, а губы посинели. Каков его магический потенциал? Минус один?!

— Ты все равно будешь моей. Отец не позволит «десятке» ускользнуть.

— Ты плохо учился,— с долей насмешливого сочувствия проговорила драэ Мирсонай. — Магический брачный контракт, не закрепленный телесной связью, самоуничтожается в тот момент, когда виновная сторона признает свое нарушение. Ты признал. А я — свободна.

Она подняла руку, закатала рукав и показала обычное, чистое запястье.

— Надо позвать слуг,— обеспокоенно проговорила драэ Мирсонай. — Драр Холлас Алларис должен быть немедля доставлен в родовое гнездо.

— Алларис?! — оторопела я. — Величайшие алхимики и…

— И слабый маг,— он посмотрел на меня с ненавистью.

— И тупица,— припечатала я. — Мог бы изучать теорию магии и сильнейшие из сильнейших стояли бы в очереди за твоей консультацией. Боги, имея доступ к библиотеке рода Алларис… Да там немаг мог бы стать великим!

— Бзз-бзз. Бз!

Драэ Мирсонай с интересом посмотрела на мой летучий артефакт, после чего вскинула вверх правую руку и зажгла над собой несколько огоньков. И уже через минуту подле нас оказалось трое гвардейцев и один из придворных магов.

— Драр Алларис более не имеет права находиться в королевском дворце,— с нескрываемым удовольствием проговорила драэ Мирсонай,— доставьте его в городской особняк рода Алларис. Немедленно, пока юноша не погиб от магического истощения.

Блондинчика подхватили под руки и унесли, а я, проводив его взглядом, тихо спросила:

— Значит, вы должны были стоять и ждать, пока проклятье вас настигнет?

— Да. Самоуничтожение брачного контракта можно обратить вспять, если обе стороны нарушили условия соглашения.

— Лучше пару недель в госпитале, чем всю жизнь с таким мужем,— проворчала Эрмина.

Я посмотрела на драэ Мирсонай, отметила нездоровую бледность ее лица и тихо проговорила:

— Вам бы закрыться от всех и от души поплакать. А потом порадоваться.

— А мы никому ничего не скажем,— добавила моя подруга. — Мы ничего не видели, и не слышали.

Драконица отмахнулась:

— На счет этого не беспокойтесь. Характер Холласа Аллариса таков, что он будет жаловаться всем и каждому, кто пожелает слушать.

— А кто не пожелает? — заинтересовалась я.

— А кто не пожелает, тот будет вынужден слушать это все и страдать, ибо мой бывший жених та еще пиявка,— скривилась драэ Мирсонай. — Не могу поверить, что все закончилось. Спасибо, драэ-ри Лиэхарис. Если бы не вы… Я бы так и осталась легковерной влюбленной идиоткой. И тебе спасибо, странный красивый артефакт. Ты был готов принять удар на себя.

— Бзз! Бзз-бзз.

— Ему нравится, что вы считаете его красивым,— перевела я.

Драэ Мирсонай улыбнулась, затем плавно развернулась и пошла вглубь парка. Не в сторону логова Сайарда, но и не во дворец.

— Надеюсь, с ней все будет в порядке,— вздохнула Эрмина. — Жаль, что я больше не могу писать Генриху. Я бы сообщила ему, что он настоящее сокровище.

— Вот уж точно,— поежилась я. — Вот уж точно.

Надо признать, что мы с Эрминой не сразу вспомнили, зачем вообще вышли в парк. Если изначально собирались прогуляться по дворцу, посмотреть акварели…

— Бабочки! — вскрикнула подруга. — Ты сказала, что умеешь их призывать.

— Точно,— цокнула я и подхватила с земли Марка Аврелия,— только давай отойдем куда-нибудь подальше.