Отбор невест, или Три орешка для темного (СИ) - Самсонова Наталья - Страница 19

— Самому известному и уважаемому... Ты видишь мое будущее таким?

— Да,— торжественно кивнула я. — И у меня даже есть коварные мысли о том, как ты можешь этого достигнуть. Со стороны оно всегда видней.

— Да? — удивился принц.

— Ага, чужую беду руками разведу, а со своей не справлюсь,— засмеялась я. — Ты просто послушай, может тебе и понравится!

— Так может, и я твою беду руками разведу? — заинтересовался Сайард.

Но я отмахнулась:

— А какие у меня беды? Все эти жизненно-отборочные неурядицы вполне преодолимы. А то, что непреодолимо...

Я коснулась своих губ. Много ли проблем у обычной девицы? Да уж немало, вот только большую часть этих самых проблем создаю себе я. И я же их и решаю.

— Я бы полюбить хотела,— тихо сказала я. — И чтобы меня полюбили. Сильно-сильно, да только...

— Драэ-ри Ильгертон! Драэ Мирсонай ждет вас в изумрудной гостиной! — незнакомая служанка, выскользнувшая на улицу, бросила на принца опасливый взгляд.

— Это не я,— рефлекторно выдохнула я, а Сайард поперхнулся смешком. — Нет, правда, я сегодня еще ничего не успела сделать!

«Кроме призыва Эрсы, а об этом еще никто не мог узнать!», добавила я мысленно.

— Драэ ждет вас,— пролепетала девушка, ежась под взглядом принца,— мне… Мне пойти к ней и сказать, что вы… Что мне сказать?

— Ничего, просто проводи меня до гостиной. Хотя нет, ты меня еще не нашла. Я занесу вещи в свою комнату и приду сама.

— Но, как же...

Служанка так откровенно растерялась, что мне даже стало ее жаль. Но и таскать тяжелючую драгоценность мне тоже не хотелось. И что делать? Не в саду же прикапывать будущую реликвию рода Ильгертон!

— Я провожу и придержу,— Сайард забрал из моих рук сверток. — Ого, солидно.

— А то ж. Приходи посмотреть, только ты, наверное, и сможешь оценить,— улыбнулась я.

— Приду,— серьезно сказал принц, а затем посмотрел на служанку. — Иди, ты можешь быть свободна.

До изумрудной гостиной мы шли в молчании. А я никак не могла понять, Сайард собирается меня под дверьми ждать или мне потом за свертком зайти в его лабораторию? Или...

За Сайардом тоже прислали слугу. Его Величество желал узреть своего сына. И я, опасаясь за нового друга, поспешно дернула его к себе, обняла за шею и принялась заполошно шептать на ухо:

— Они хотят повесить на тебя все-все случаи с Избранницами. Как будто из-за тебя проклятья и яды действуют сильней.

Я шептала и шептала, делясь тем, что успела придумать. И чувствовала, как каменеют плечи Его Высочества. Прижавшись к нему всем телом, я умоляла его быть осторожнее. Малограмотные и суеверные люди способны на чудовищные поступки. Уж я-то это точно знаю!

— У меня даже шрам остался, потом покажу,— я отстранилась от принца. — Будь осторожен, обещаешь?

— Д-да,— выдавил он. — Обещаю.

— Ой, погоди.

Смутившись, я вытащила платок и стерла с уха принца свой бальзам для губ. И чего он такой розовый-то?!

Сайард немного покраснел, кашлянул и, бросив на меня странный, темный взгляд, поспешно ушел.

— Неловко вышла,— проворчала я. — Ох, вот я идиотка.

Умудрилась забыть про собственное подпространство! А как платок понадобился, так даже думать не пришлось, сразу его выхватила.

Убрав и орешки, и сверток с будущей реликвией, я не без трепета толкнула дверь. Что мне хочет сказать драэ Мирсонай?

«И откуда у нее вообще свободное время? Могла бы и другим Избранницам время уделить!», пронеслось у меня в голове.

Оправив одежду, я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Сдается мне, что Избранница перед лицом драэ Мирсонай вид должна иметь виноватый и покорный. А я что? Как будто не попадала к ректору на ковер раз в пару месяцев!

Аккуратно приоткрыв дверь, я проскользнула в Изумрудную гостиную. Весь мой вид выражал скорбь и страх, что вкупе позволяли надеяться, что драэ поверит в мое: «Клянусь, я больше так не буду!».

— Драэ-ри Ильгертон,— мягкий голос драконицы заставил меня вздрогнуть. — Я позвала вас не как Избранницу, а как дочь своей матери.

Перестав рассматривать пушистый зеленый ковер, я подняла взгляд на драэ:

— Прошу прощения?

На щеках драэ Мирсонай цвели малиновые пятна, она нервничала, кусала губы и выглядела как неуверенная в себе девчонка. Что для ее должности непозволительно, но мне ли судить?

— Прошу вас изучить вот эти сладости. Я… Я не трогала их.

Я подошла к столу и увидела несколько коробок конфет, каждая из которых была… Вскрыта?

— Их вскрывали после покупки,— уверенно сказала я. — Посмотрите, вот тут и тут, аккуратный срез. А еще, посмотрите, коробка слегка деформирована, потому что содержимое увеличилось.

— Он не доставал конфеты, он их просто добавил,— глухо проговорила драэ Мирсонай.

Я покосилась на нее, вспомнила про те сладости, которыми она угощала меня и прикусила язык. Похоже, что драэ ради разговора со мной поделилась своими конфетами. А не подсунула их специально.

— Вы вряд ли сможете пойти с этим в управлении по делам магов,— вздохнула я. — Могу вскрыть?

— Да,— она криво улыбнулась.

— Все зелья легальны,— я грустно улыбнулась,— это дает кратковременное улучшение настроения, это располагает к задушевным разговорам.

— А все вместе дает упоительное ощущение легкой влюбленности в собседника,— прошипела драэ Мирсонай.

Чуть задумавшись, я медленно кивнула. Да, наверное. Глаза горят, настроение прекрасное, хочется говорить не останавливаясь, а приятный мужчина рядом, подливает чай, подсовывает под руку конфетки и свидание длится и длится…

И при этом нет никакого риска присесть на пару лет за употребление запрещенных афродизиаков!

— Мне оставить вас? — тихо спросила я.

Драэ покачала головой, потом кивнула, а потом начала суетливо собирать конфеты. И я понимала, что драконица держится на остатках самоконтроля. Что одно неловкое движение, одно неосторожное слово и она сломается, разрыдается и сама себе этого никогда не простит.

— Съеште,— я выхватила у нее из под рук конфетку и, ловко развернув, сунула ей же в рот. — Ну, жуйте же!

— Мвяф,— очень по-кошачьи отозвалась драконица, вынужденная прожевать сладость. — Что вы себе…

— Вы на грани,— резковато выдохнула я. — У вас впереди рабочий день, проблемные Избранницы и куча придворных, которым только дай повод пнуть слишком высоко взлетевшую драэ. Еще одну берите, ну же. Пусть подлость этого мерзавца поработает на ваше благо.

Притравленные конфетки сделали свое дело. Из глаз драэ Мирсонай исчезло затравленное выражение, поджатые губы чуть расслабились, а щеки немного порозовели.

— Вы хотите объяснений? — скупо спросила драконица.

— Я? Не приведи боги, драэ. Да и потом,— я кривовато улыбнулась,— мой бывший жених, судя по всему, использовал тот же самый способ.

«Понять бы только, почему я ничего не почуяла?!», пронеслось у меня в голове.

А потом вспомнила, что в тот год я едва оправилась от магической лихорадки. И мои первые чувства зародились именно в момент, когда колдовские способности были на нуле.

«Потрясающий мерзавец», пронеслось у меня в голове. «Просто первостатейный!».

— Могу ли я идти?

— Идите,— улыбнулась драэ Мирсонай. — Спасибо за помощь.

— Не за что,— я изобразила что-то среднее между реверансом и книксеном, после чего выскользнула в коридор, оставив драконицу наедине с конфетами.

«Хотя я бы хотела знать, кому пришло в голову так поухаживать за распорядительницей отбора!», подумала я.

А затем чуть-чуть ускорилась. Конечно, сегодня только понедельник, и до среды у меня оч-чень много времени, но представление новой реликвии — это вам не кот начхал. Это историческое событие, и надо приложить усилия, чтобы оно не стало истерическим!

Продумать каждое слово и каждое движение, а также объяснение, почему именно эта вещь — реликвия для двух поколений нового рода.

«Интересно, как мне обратится к собравшимся? Дружелюбно или…»

Додумать я не успела. Чья-то сильная рука втянула меня в уединенный альков. Я, на мгновение, подумала на Сайарда, но некромант никогда не был со мной так груб!