Дневник невестки: замужем за мамсиком - Идрисова Аиша - Страница 18

Почему все кажется таким серым? Почему мне так одиноко? Почему вместо того, чтобы наслаждаться беременностью, я думаю о том, как я буду жить, когда появится ребенок – без поддержки, без опоры, без какой бы то ни было финансовой помощи…

Звонок выдернул меня из грустных размышлений.

– Привет, малыш! – голос мужа был бодр и весел, – Маме лучше, отвез ее к терапевту – сказали, давление скачет. Ну оно и понятно, возраст… А ты как? Ты не забыла, что завтра мы должны на свадьбу идти?

Ах да. Свадьба. Выходит замуж двоюродная сестра Эдика – Регина. Мы приглашены в ЗАГС и на банкет.

– Ты знаешь, меня вряд ли отпустят… – сказала я, – Можешь пойти один. Регина говорила, что свадьба молодежная – скучно тебе точно не будет.

– Как же один… – растерялся Эдик, – По одному на свадьбы не ходят… Ладно, что-нибудь придумаю. Ну пока, не скучай.

13 февраля. пятница.

21:00

Лилька позвонила вечером, слегка навеселе.

– Слушай, ты бы видела своего благоверного – он пришел со своей маменькой, – Лилька расхохоталась, вспоминая прошедший вечер, – Все с женами, а он весь вечер от мамы не отходил, даже танцевал с ней – как же, верный и любящий сын. А Зинаида Ивановна держалась английской королевой! Все шикала ему, чтобы много не пил: «Эдик, поставь рюмку, ты же знаешь – мне нельзя волноваться» – «Да, мама, конечно, мама, как скажешь, мама». Господи, как ты с ним живешь? Это же настоящий маменькин сынок! Таскает свою маму везде. Я бы на его месте вообще не пришла – у него жена беременная в больнице…

Лилька еще продолжала говорить и рассказывать все подробности вечера, но я уже мысленно отключилась. Да, Эдик – не лучший муж. Подозреваю, что и отцом он будет так себе. Но ведь говорят, что из маменькиных сынков получаются самые верные и любящие мужья? Значит, это не так? Или Эдик – исключение из правил?

– Зубы отрастить пора! – Лилька словно подслушала мои мысли, – Муж он тебе или не муж! Научись требовать!

– Не хочу быть сварливой женой! – возразила я.

– А хочу быть бесхребетной лошадью, – закончила Лилька.

Я разозлилась и нажала «Отбой».

• «Молодец. Уже получается!» – немедленно пришло от нее сообщение.

22:00

Так. Мне срочно нужно стать стервой.

Глава 23

16 февраля. Понедельник. В тот вечер после разговора с Лилькой я долго не могла заснуть. Все лежала и думала о ее словах «Бесхребетная лошадь». Это ведь не про меня? Если подумать, кого я тащу на себе? Да никого.

Перед глазами сразу всплыла подруга, регулярно привозившая мне на занятия своего семилетнего сына: «Ань, позанимайся с ним, у тебя же все равно выходной».

Ни «пожалуйста», ни «спасибо» я от нее в жизни не слышала. Что уж там говорить о деньгах – она же моя подруга, как я могла брать с нее деньги?!

Или вот еще свекровь, хозяйничающая на моей кухне. И что, я ей когда-нибудь возражала? Высказывала свое недовольство? Да боже упаси! Она ведь мама моего мужа, надо относиться к ней уважительно!

А Эдик? Разве нормально то, что я со своей небольшой зарплаты покупаю взрослому, местами даже упитанному мужчине сигареты, пиво, оплачиваю бензин? «Ну как же иначе, мы ведь семья, и бюджет у нас общий»…

И кто же я, если не бесхребетная лошадь?! Посадила всех на свою шею и тащу, тащу эту неподъемную ношу. Чем тяжелее, тем лучше! Тем благороднее кажусь я в собственных глазах!

Уснуть не удавалось. Тихо, как мышка, стараясь не шуметь и не светить экраном телефона, чтобы не разбудить соседок по палате, я натянула тапки и выскользнула в столовую – мама вчера привезла мне из деревни целую кучу продуктов: чай в пакетиках, сыр, бутылку молока, пирожки с мясом и картофелем, домашнюю пиццу, конфеты, фрукты… Мы немного попировали с соседками, но большая часть продуктов все еще лежала в холодильнике и не давала мне покоя.

Усевшись в темной столовой с чашкой дымящегося чая и огромным пирожком, я полезла в интернет читать статьи «Как стать стервой».

Информации было очень много. Я читала одну статью за другой, и постепенно в моем сознании рисовался образ Стервы. Который, конечно же, был полной моей противоположностью.

Итак, я выделила для себя 3 шага по изменению собственной жизни:

1. Я – первая буква в алфавите.

Я и только я, мои приоритеты, цели и желания. С этого дня меня больше не интересует чужое мнение, я не ставлю желания других превыше своих собственных и думаю прежде всего о своем комфорте – как физическом, так и психологическом.

2. Эффектный внешний вид, а также манеры и умение вести интересную беседу.

Долой безликие рубашки, дурацкие туфли и учительские «брюки». Меняю стиль полностью! А также каждый день читаю что-нибудь интересное: пусть Эдику будет интересно со мной разговаривать… Ну сколько можно говорить о кастрюлях, борщах и о том, какие акции сегодня проводились в «Пятерочке».

3. Слово «Нет». Говорить «Нет», когда другие переходят границы моего личного пространства, пытаются манипулировать мною и использовать меня в собственных целях. Научиться отказывать – не испытывая при этом всепоглощающую вину и раскаяние.

Перечитала список, подчеркнула в нем пункты из своего новогоднего списка. Ну вот и встретились снова! Это судьба!

Осталась пара пустяков: реализовать этот план, претворив его в жизнь.

17 февраля. Вторник.

9:00

Ура, угроза выкидыша миновала. Врач на обходе сообщила, что меня сегодня можно выписать. Радостно принялась складывать вещи. И даже жидкая манная каша на завтрак меня сегодня не раздражала.

11:00

Собиралась вызвать такси и ехать домой, но вовремя вспомнила, что я теперь стерва – а значит, меня нужно встретить у дверей роддома и отвезти туда, куда скажу.

Позвонила Эдику и голосом, не терпящим возражений, сказала, что меня срочно нужно забрать из роддома – койку нужно освободить для другой женщины. К моему удивлению, Эдик согласился сразу и обещал приехать через час.

12:00

– Вырвался как смог, начальство просто озверело, – нервничал Эдик, пока мы ехали по проспекту к нашему дому, – представляешь, говорят о сокращении зарплаты и уменьшении штата сотрудников. Надеюсь, меня это не коснется…

Я сочувственно слушала и кивала головой в такт его словам. И тут заметила, что Эдик полез за сигаретами.

– Эдик! У тебя жена беременная, а ты курить собрался! – возмутилась я, – Немедленно положи сигареты!

– Слушай, извини, но я так перенервничал, это единственное, что поможет мне успокоиться, – Эдик завелся сразу, вспыхнув, как спичка, – Я открою окно, отвернись в сторонку.

Раньше я бы в лучшем случае замолчала и отвернулась к окну. В худшем – принялась бы плакать и жаловаться на его равнодушие к моим чувствам. А сейчас я властно сказала:

– Останови машину!

– Тебе плохо, тошнит? – «догадался» Эдик, тормозя у ближайшей остановки.

– Да, мне очень плохо, когда ты не слышишь моих просьб, – я вышла из машины, оставив дверцу открытой.

– Анна Александровна! – услышала я знакомый бархатный голос. В недоумении оглядевшись по сторонам, я заметила припарковавшегося у остановки Ромашкина в форменной куртке. Он выскочил из машины и распахнул передо мной дверь.

– Вот и увиделись, Анна Александровна! – он внимательно оглядел мой округлившийся живот, деликатно отвел глаза.

– Куда Вас подвезти? – галантно спросил он.

– Домой, на Революционную. – попросила я, – Хорошо, что я Вас встретила.

– Муж? – коротко поинтересовался Ромашкин, заводя машину. Мне показалось, что он немного сердится. Боже, как неловко. Он ведь, наверное, на задании, а я тут веду себя с ним, как с таксистом. Вовремя вспомнив, что я стерва – а стервам не положено мучиться угрызениями совести, я кивнула головой.

В зеркало дальнего вида увидела вытянутое лицо Эдика, маячившего на остановке. Странно, наверное, видеть жену, усевшуюся в полицейский автомобиль. Ну и пусть! Пусть думает, что хочет!