Песок и доски (СИ) - "Cinder" - Страница 21

Печатает…

Кстати, поздравляю с прогрессом по квесту. Не знала, что ты умеешь договариваться, а не только махать топором. Приятно удивлена.

Ну хоть кто-то оценил мои дипломатические способности. Правда, осадочек от «проверять карманы» остался неприятный — надо будет проверить, не утащил ли уже пернатый компаньон что-нибудь втихую, пока я любовался пейзажем.

— Костя, у меня к тебе есть просьба. Не мог бы ты… — Сали мотнул головой в сторону скелета Капитана. — Ну это… Ну ты понял…

— Похоронить его здесь? — кажется, я правильно понял, что он от меня хотел. — Да, конечно. Думаю, ему здесь нравится.

— Да, здесь красиво, — печально вздохнул попугай. — Поищи, тут где-то лопата есть.

Походив вокруг места последней битвы Капитана Дрейка, я и правда нашёл лопату. Пока выкапывал яму, попугай сидел на клинке и как будто бы разговаривал с Капитаном и просил прощения. Слов я, конечно, не слышал, но по мимике и жестам можно было догадаться примерно, о чём шепчет попугай. Мимика и жесты попугая… шёпот… Да какого чёрта, куда я попал и почему мне всё это кажется таким увлекательным?

— Пора, — подошёл я к попугаю, когда закончил с могилой.

Сали перелетел на соседний камень и принялся пристально наблюдать за моими действиями — видимо, переживал, что я что-нибудь присвою. Присвоить, конечно, было что, но такое не в моих правилах.

— Простите, — пробубнил я, беря скелет и неся его к могиле.

На удивление, кости не развалились, одежда тоже не осыпалась при малейшем прикосновении. Вообще складывалось ощущение, что скелет находится в каком-то стазисе. Я бережно положил Капитана на его новое ложе, которое я заботливо выстелил листьями, а попугай принёс саблю Дрейка и положил её на скелет. Постояв минуту и помолчав, я начал засыпать могилу, предварительно накрыв скелет листвой.

Когда я закончил с землёй, я выложил сверху что-то наподобие кургана, а точнее, просто разложил камни так, чтобы они закрыли всю поверхность могилы. Я подошёл к озеру, зачерпнул ладонью воды — холодной, чистой, лучшей воды, что я пробовал в этом мире, — и напился вдоволь. А потом сел на камень, размотал тряпку и опустил левую руку в озеро.

Вот ради чего, если честно, мне всю неделю нужен был этот источник. Не ради квеста, не ради воды в кокосах, а ради вот этой минуты: чистая холодная вода, в которую можно опустить руку и не завыть. Я держал её там долго, пока пальцы не начало ломить от холода, и осторожно вымыл всё, что вымывалось. Легче не стало — краснота никуда не делась, да и запах, который учуял Билли, тоже, — но впервые за четверо суток я делал для этой руки хоть что-то похожее на дело.

Сали посмотрел на мою ладонь, потом на меня, и ничего не сказал, и вот это его молчание понравилось мне меньше всего. Сали всё это время сидел на камне и с явным превосходством наблюдал за процессом, будто лично разрешил мне эту привилегию. Ну, в общем-то, так оно, по сути, и было.

— Ну что, пойдём в лагерь? — спросил я, беря лопату в руки. — А чего добру пропадать, вон сколько лежала тут, а ей хоть бы хны.

— Ты иди, Костя, я тебя чуть позже догоню, — подлетев к могиле, сказал Сали. — Мне нужно немного побыть одному.

— Ну, как знаешь. Ты и так достаточно побыл один, — я развернулся и пошёл к деревьям, но, не дойдя до них пару шагов, обернулся. — Эй, Сали, это твоё, — я достал из кармана кулон и кинул птице. Сали ловко поймал его в полёте и надел на шею.

— Спасибо, Костя. Скоро увидимся.

Обратно я шёл уже в сгущающихся сумерках, с гудящими от целого дня беготни ногами, но с таким ощущением, будто провернул сделку века. Как ни крути, а трёхсотлетний пиратский попугай на моей стороне — это вам не жалкий десяток досок и ржавый топор. Может, у меня всё-таки получится обжиться в этом мире не только на кокосах и упрямстве.

И вот, когда я уже раздвигал последние заросли и выходил на пляжную зону — финишную прямую к лагерю, — я увидел фигуру в плаще. Сил уже не осталось, каждый шаг давался с трудом, но я застыл как вкопанный. На самой границе джунглей стоял тот самый человек в плаще, что был на причале.

Не знаю, как я смог его заметить, — может, моё обострённое зрение после инициализации, может, благодаря навыку «Чутьё», — но одно я знаю точно: раньше, в сгущающихся сумерках, человека в чёрном плаще на фоне тёмных деревьев я бы не заметил. А сейчас я даже с полной уверенностью могу сказать, в какую сторону направлен его взгляд. А смотрел он, естественно, не на меня. Кто он и что ему нужно? Эти вопросы мучили меня с нашей первой встречи.

Я повернулся в его сторону и, поудобнее перехватив топор и положив собранные бананы на песок, чтобы не мешались, двинулся на него. А он всё стоял, не шелохнувшись. Его капюшон был надвинут на глаза, и даже морской бриз как будто обходил стороной эту зловещую фигуру, потому что ни разу я не заметил, чтобы плащ или капюшон колыхались на ветру. Как же мне хотелось узнать, кто скрывается под этим плащом, но при этом я чувствовал страх, который никак не могло перебороть моё любопытство. Руки предательски вспотели, и топор то и дело хотел выскользнуть из них, ноги с каждым шагом становились ватными, но я упорно шёл вперёд.

— Эй! — выкрикнул я. — Кто ты? И что тебе от меня нужно?

Фигура ничего не ответила, хотя не скажу, что я ожидал ответа, просто хотелось услышать свой голос, чтобы набраться храбрости. Как в детстве, когда тебе страшно, ты всегда начинаешь напевать песенку, чтобы избавиться от этой гнетущей тишины. Вот и тут мой крик разрезал тишину, и мне стало чуть легче. А человек в плаще вдруг растворился в воздухе, и вот он уже передо мной.

Я рефлекторно отшатнулся от него, но он рывком приблизился и снова оказался вплотную. И вот тут меня пробрало окончательно: под капюшоном был не человек. Когда он снова метнулся ко мне, его капюшон колыхнулся, и я увидел белое свечение — такое тусклое, что издалека я бы не смог его заметить. Это что, призрак?

— К-кто ты? И ч-что ты от меня хочешь? — заикаясь, произнёс я.

— Приветствую, Константин. Меня зовут Капитан Френсис Дрейк. Хочу поблагодарить тебя за то, что ты похоронил мои останки, что держали меня тут. А ещё хотел тебя предостеречь. Сали хороший друг и компаньон, и если с ним что-то случится, — он выдержал зловещую паузу, — я найду тебя в любом месте, даже если ты сбежишь в другой мир.

И после этих слов призрак Дрейка растворился, оставив после себя кучу вопросов и плащ, что лежал у моих ног.

— Да какого чёрта, — проворчал я, поднимая плащ. — Что вообще происходит в этом мире? Это только мне так везёт, или это норма для местных? Надо расспросить Генри — может, говорящие попугаи и угрожающие призраки — это норма.

Генри я нашёл в лагере, как мы и договаривались, — он сидел, поддерживая костёр, и ждал меня.

— Костя, вы вернулись. Как всё прошло? Вы что-то бледный, но самое главное — живой.

— Да, живой. Но перед тем, как ответить, как всё прошло, мне надо задать тебе один вопрос, — присаживаясь на лежанку, сказал я.

— Я весь во внимании, как раз рыбка ещё не готова, и у нас есть время поболтать. — Генри перевернул шпажку с рыбой и повернулся ко мне в ожидании вопроса.

— Скажи мне, ты когда-нибудь встречал говорящих попугаев или призраков, парень? — Генри помотал головой, но я видел в его глазах разгоняющееся любопытство. Я улыбнулся. — Ну, тогда у меня есть отличная история для тебя. Но сначала еда.

— Да, на сытый желудок и слушается, и рассказывается лучше, — подмигнул он мне.

— Тут ты прав, но если вкратце, то моя прогулка скорее прошла успешно, чем нет. На водопад мы можем ходить без опаски, и более того, кажется, обзавёлся… как бы это сказать… деловым партнёром, — улыбнулся я, а вот Генри, наоборот, посмурнел.

— Партнёром? — Генри посмотрел на меня с явным подозрением, будто прикидывал, не посвятить ли меня в тонкости местного партнёрства. — Каким партнёром?

— Пернатым, — я усмехнулся, глядя на его вытянувшееся лицо. — О, а вот и рыбка пожарилась, — сказал я, выхватывая шпажку с рыбой из песка и впиваясь в это лакомство зубами.