Бесы на краю империи (СИ) - Бадевский Ян - Страница 40

— Вот почему рухнул дирижабль, — догадался я.

Чамби посмотрел на меня с уважением.

— Да, господин Иванов. Это был один из наших лучших разведывательных цеппелинов. Мы отправили его через стратосферу, а при подходе к плацдарму врага должна была включаться иллюзия. Но хуже всего то, что двигатели были форсированные, частично артефактные. С каббалистическими вставками и… очень своеобразным топливом. Мы поддерживали связь с экипажем, пока он спускался. Затем, когда все системы отказали, какое-то время переговаривались по радио.

— Но? — уточнил Барский.

— Заглушили, — нехотя признал Чамби.

— Выходит, они не такие уж и отсталые, — резюмировала Анна Бьёрнстранд. — И вышки эти меня смущают. То ли ретрансляторы, то ли ещё что.

— Мы не знаем, что это, — вздохнул перуанец. — Они их возводили и в Монголии. Возможно, мой коллега из Пекина поделится информацией.

— Нечем делиться, — буркнул Лю Тан. — Мы их изучаем, но пока неясно, для чего кранги их строили. Выглядят, как ретрансляторы, вы правы. Но что они транслируют…

Китаец развёл руками.

— Что это за поле? — спросил князь. — Как далеко простирается зона влияния жрецов?

— С полем мы ещё не разобрались, — поморщился шеф УВБ. — Зона действия — это десятки километров с нулевой циркуляцией ки. Учитывая необходимость визуального контакта с целью для стихийников… сами понимаете.

— У них есть машины, — вспомнила Бьёрнстранд. — А самолёты?

— До авиации ящерицы не додумались, — с облегчением сказал Чамби.

— Так, — вмешался князь Трубецкой. — Мы подходим к сути. Лагерь, насколько мне известно, появился два дня назад. И с тех пор он постоянно укрепляется, расширяется. Из разлома стягиваются новые отряды крангов. Мы видим значительные силы…

— Которые легко смести, не будь у них жрецов, — снова проворчал Лю Тан.

— Но они есть, — отрезал князь. — Итак, есть ли у вас, господин Чамби, предположения о целях и задачах потенциального противника? Что они намерены предпринять? Высылались ли к вам переговорщики? Может быть, поставлен ультиматум?

— Нет, — покачал головой перуанец. — Они вышли, создали плацдарм и закрепились на нём. А, закрепившись, перебрасывают новые войска. Налицо признаки полномасштабного вторжения.

— А вы пробовали выйти на связь? — поинтересовался Кая.

— Пробовали, — помрачнел шеф УВБ. — Телепатия в долине Атаукахана бесполезна. Радиопередачи глушатся. Те, кого мы послали с устными сообщениями, не вернулись.

— У вас есть гипотеза, что будет дальше? — задал новый вопрос Трубецкой.

— Конечно, — не стал отрицать Чамби. — Главное отличие крангов от людей — они ни с кем не договариваются. Я имею в виду, ни с кем из чужих рас. Просто уничтожают тех, кто принадлежит к иному народу. Сейчас кранги накапливают силы. После этого развернут войска и начнут сметать всё на своём пути. Сначала опустошат нашу империю, потом двинутся дальше. Такова их доктрина. Люди умрут, Землю колонизируют кранги. Никаких вариантов.

Я вспомнил фобосов.

Правда, фобосы, если доберутся до нас, уничтожат биосферу целиком. А кранги — воины. Их всё устраивает, кроме… местного разумного населения.

Многовато стало этих уродов.

Даже удивительно, что люди в этой вселенной ещё живы.

— И вы явились ко мне, — заключил Трубецкой, — обратились к Небесному Краю, Евроблоку и Халифату.

— Без обид, но проблема общая, — сказал перуанец. — Когда они разделаются с нами, переключатся на вас. Понятно, старые счёты. Но опасность, как выразился властитель, экзистенциальная. На кону вопрос существования самого нашего вида.

— Хм, — задумчиво произнёс Лю Тан. — А кранги умеют строить корабли? Мы уже выяснили, что авиации у них нет. Если нет и флота, как они переберутся на другие континенты?

Хороший вопрос.

У многих сразу возникла в голове заманчивая картина: заокеанский конкурент устраняется чужими лапами, а те, кто выжил, спокойно придумывают способ, чтобы разгромить крангов. После этого целый континент с неисчерпаемыми ресурсами открывается для колонизации. Дальше начнётся грызня на обломках цивилизации Наска.

Чамби был готов и к этому возражению.

— Господа, я понимаю, для вас всё выглядит привлекательно…

— Более чем, — ввернул Лю Тан.

— Однако, — перуанец поднял вверх указательный палец. — В игру вступают два фактора. Пункт первый: мы не знаем всех возможностей противника. Как видите, наземным транспортом они располагают. Пункт второй: а что им мешает захватить наши корабли и авиацию? Я ознакомился с отчётами инструкторов, работавших на полигонах. Кранги быстро адаптируются к новому и без проблем осваивают наши технологии.

— Я вот что не понимаю, — сказал Барский. — У них есть машины на ДВС. Не конная тяга, заметьте. При этом оружие, как и у нас, холодное. Есть арбалеты. Но что им помешало изобрести огнестрел? У них ведь нет инквизиторов. Никто не запрещает.

— По нашим сведениям, — ответил перуанец, — нынешние кранги ничего не изобретают. Они деградировали. Ну, или двинулись по иной ветке развития. Изначальные хранят некие технологические секреты, но сами не понимают принципов действия своих машин. Зато они обрели сверхспособности. Стали живыми блокираторами ки.

— Они строят машины, — задумчиво проговорил Лю Тан, — но не понимают принципов их действия. Значит, у них есть промышленность. Это же не кустарное производство.

— Есть, — подтвердил Чамби. — Это следует из отчётов наших секретных ведомств.

— И как они справляются с производственными процессами? — не выдержала Бьёрнстранд. — Это что, как религия? Поклонение конвейеру? Жёсткое следование канону?

— Понятия не имею, — пожал плечами Чамби. — Мы не настолько глубоко изучили их культуру.

— Господа, — встрял Кая. — А чего мы, собственно, переживаем? Случай неординарный. Агрессия пришельцев. Разве не должны нас всех защитить Кормчие? И как насчёт Супремы? Не будем лицемерить. Все вы наслышаны, каким оружием располагает инквизиция.

— У меня состоялся разговор с Его Святейшеством, — кивнул перуанец.

— И? — подался вперёд Трубецкой.

— Протоинквизитор дал понять, что у них есть определённые… хм… сложности.

— Это какие? — заинтересовался Лю Тан.

— Их оружие имеет артефактную начинку и каббалистические вставки, — хмыкнул Барский. — Вот такие сложности. Мы с вами настолько привыкли к энергии ки, что всё выстроено на её использовании. Вот и поплатились.

Я подумал, что в Супреме наверняка есть автоматы и пулемёты без этих вот местных вставочек. А если нет, то их можно произвести на заводе. Или призвать по частям, как это делает Федя. Здесь что-то не так. Мы чего-то не знаем.

На душе стало тревожно.

— Значит, не вступятся, — мрачно произнёс Трубецкой.

— И что, Кормчие так легко сдадут свою планету? — удивился молчавший до этого Говард. — Не поверю. Они же тысячелетиями удерживали власть.

— Не думаю, что они так поступят, — покачал головой Лю Тан.

— Вся их сила заключается в управлении судьбами, — высказалась Бьёрнстранд. — Мойры — это бесы. Можно предположить, что у них по две способности, конечно. Вот только мне более логичным кажется наличие в их арсенале какого-нибудь древнего устройства.

— А если так, — поддержал Барский. — То и редактирование судеб не работает в зоне вторжения.

Приплыли.

— Господа, — Чамби обвёл нас тяжёлым взглядом. — Ситуация не безвыходная. В Супреме нам прозрачно намекнули, что за помощью можно обратиться к барону Иванову. Поэтому он здесь.

Руководители спецслужб, премьер-министр и князь перевели взгляды на меня.

— А я что, я ничего, — пожимаю плечами.

— Барон, — вкрадчиво поинтересовался Трубецкой. — Чем вы располагаете, если этого нет даже у инквизиции?

Много чем, подумал я.

А вслух произнёс:

— У меня есть домоморф. Предположим, я смог бы отправиться в лагерь этих ящериц и попытаться их перебить. Но вот незадача — без энергии ки я всего лишь одиночка, неплохо размахивающий мечом. Без проницаемости я…