Видок 1-5. Компиляция (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович - Страница 18

Наконец-то торгаш перешел к моделям попроще, тем самым, в которых капсюли вставлялись прямо в барабан. Они были дешевле, но легче мне от этого не стало — плюс-минус двадцать рублей.

— Мне нужно что-то за шесть рублей, — решил я ускорить процесс, когда продавец достал очень симпатичную и компактную модель двуствольного пистолета с вертикальным расположением стволов.

Все представленные модели револьверов можно было носить только на поясе, а вот этот красавец очень хорошо и незаметно ляжет в наплечную кобуру и даже карман шинели.

— Но это очень мало, — даже как-то растерялся продавец.

— Тогда благодарю за интересный рассказ, и…

— Подождите, — пришел в себя торговец, — за эту цену есть только дульнозарядный пистоль, переделанный под пистон.

— Покажите. Еще мне нужна консультация по обращению с ним и возможность опробовать, — решил я наглеть на всю катушку.

— Корней! — громко позвал продавец, теряя последние крохи интереса к моей персоне.

Постукивая по полу деревянным протезом и костылем, в зал вошел седой как лунь, но пока еще крепкий мужик. Судя по всему, старый солдат.

— Корней, проводи господина полицейского в подвал, покажи переделанный пистоль, из тех, что… что лежат в ящике, и дай возможность опробовать. — Повернувшись ко мне, продавец добавил: — Это все, чем я могу вам помочь. Опла́тите все прямо Корнею.

Обозначив небрежным поклоном свое отношение ко мне как к покупателю, он удалился.

Да и фиг с ним, но немного ребяческое желание вернуться сюда с кучей денег у меня все же появилось. И я вернусь, но не из ребячества, а чтобы купить парочку понравившихся мне моделей.

— Прошу за мной, ваше благородие, — как-то даже по-доброму сказал старый вояка.

А вот он мне вполне понравился.

Спуск в подвал прошел на удивление быстро, особенно учитывая инвалидность провожатого. Он ловко преодолел ступени, используя костыль и вделанные в стену перила. В подвале кроме склада обнаружился самый настоящий тир.

Порывшись в небольшой каморке, мой временный инструктор выложил на стол матерчатый сверток. Развернув его, он дал мне возможность осмотреть содержимое, а сам поковылял в дальнюю часть подвала, чтобы зажечь лампу рядом с мишенями.

Да уж, вещь, можно сказать, раритетная. Из чего-то подобного грохнули Пушкина. В моих глазах эта вещь представляла ценность лишь диковинным видом, но другого выбора не было — лучше это, чем ничего.

Правда, мелькнула мысль взять в долг у рыжего еврея, но я ее отбросил.

— Ваше благородие, позвольте мне зарядить, чтобы вы рук не пачкали, — явно заметив мое замешательство, предложил инструктор, чем понравился мне еще больше.

— Было бы неплохо, — нейтрально ответил я.

Было видно, что Корней делает все так, чтобы я смог понять суть происходящего и запомнить его действия. Ничего сложного там не было. Заряд находился в бумажной скрутке. Сначала надрывался один край и в ствол высыпался порох. Затем прямо с бумажной оболочкой пуля вталкивалась в эпических размеров дуло и плотно прибивалась коротким шомполом с деревянной ручкой.

В довершение в казенной части ствола помещался капсюль и взводился курок.

— Пробуйте, ваше благородие, — сказал Корней, грамотно расположив пистоль на столе — рукоятью ко мне и так, чтобы ствол не смотрел в его сторону.

Обойдя стол, он встал рядом со мной.

Мишени в этом тире тоже были примечательными — несколько деревянных щитов с грубо нарисованными человеческими фигурами. Причем рисунки были сделаны в стиле витрувианского человека Да Винчи.

Ну что же, приступим.

Обхватив пальцами непривычную рукоять, я изобразил из себя эдакого дуэлянта и навел пистолет на цель.

Целиться пришлось по стволу. Не особо выпендриваясь, я навел оружие на ближний щит, стоявший всего в десяти метрах от стола.

Грохнуло так, что в ушах заложило. Да и лягнулся пистоль неслабо. Странно, что дыма было не очень много. Неужели бездымный порох или опять что-то на основе энергетических реагентов?

Увы, кроме удовлетворенного любопытства, никаких положительных эмоций выстрел не принес. Зато заставил серьезно задуматься. В общем, в мишень я не попал. Совсем.

Детское разочарование готово было захлестнуть меня, но я отогнал его и попытался начать мыслить рационально.

— А есть возможность зарядить его картечью?

— Картечью? — удивился старик, но быстро оправился: — Конечно, ваше благородие. Если изволите немного подождать, я сверну вам пяток зарядов с картечью.

— Подожду, — покладисто согласился я.

Неожиданно старик замер и осторожно предложил:

— А может, нужна серебряная крошка? Но она и цены немалой.

— Нет, хватит и простой картечи, — быстро ответил я, расстроенный последним уточнением.

Но слова старого вояки меня все же смутили. Зачем серебро? Я, конечно, понимаю, что попал в очень странный мир, но мои знакомые что-то не поминали в разговорах оборотней и другой нечисти. Максимум слышал от хозяйки о домовом, которого так и не сумел подловить.

Через десять минут на стол лег аккуратный сверток с пистолетом и зарядами. Осталось расплатиться.

— Сколько я должен?

— Пять рублей за пистоль, — сказал Корней и тихо добавил: — Я выбрал самый годящийся, так что на сотню выстрелов его хватит. Еще полтинник за заряды.

А ничего себе у них так боеприпасы стоят. Причем самые примитивные.

Сдержав горестный вздох, я выложил на стол кредитный билет на пять рублей и добавил к нему две монеты по пятьдесят копеек. Одну из них демонстративно пододвинул к Евсею.

— Благодарствую, ваше благородие, — чинно поклонился старый вояка, аккуратно забирая деньги.

Под темнеющее осеннее небо я вышел чуть более опасным для врагов и при этом намного беднее — на балансе осталось всего полтора рубля мелочью. Часть из них пришлось потратить на извозчика, потому что ходить по темным улицам с пистолетом в крепко перевязанном бечевкой пакете было бы высшей степенью идиотизма.

В своей комнате после сытного ужина я начал сомневаться в своих поступках, которые уже казались мне чрезмерно импульсивными. Если уж было желание купить огнестрел, так лучше действительно немного одолжить и взять что-то серьезное. С другой стороны, своеобразный эрзац дробовика тоже неплохо, и наличие его под рукой действует успокаивающе.

Под подушкой массивный пистоль умещаться не хотел, так что я положил его на придвинутый к изголовью кровати табурет. Рядом легли гогглы ночного ви́дения.

Вроде все готово. Уже раздевшись и забравшись под одеяло, я вспомнил слова ветерана насчет серебряной картечи. Чем дольше вертелась в голове эта мысль, тем сильнее меня охватывали нехорошие предчувствия. Не выдержав, я встал и достал из планшетки оставшуюся мелочь. Затем с сомнением посмотрел на пистоль. Что самое интересное, серебряный гривенник пролезал в зев ствола практически впритирку, а вот серебряный же пятак входил туда, так сказать, со свистом.

Да нет, ерунда какая-то! Не хватало еще деньгами стрелять.

Насмешливо фыркнув на свои же опасения, я положил монеты на табуретку и забрался под одеяло.

Уснуть удалось где-то спустя полчаса, и, как мне показалось, буквально через пару секунд я проснулся. Пробуждение было очень необычным. Такое ощущение, что кто-то дергает за край простыни, на которой я лежал. И при этом воет. Тихо, тонко и очень тоскливо.

Да что происходит? Неужели действительно домовой?

Страха не было, он пришел позже, когда натянутые на голову гогглы разогнали царящую в комнате тьму. Рассмотреть того, кто все еще выл и дергал мою простыню, не получилось, потому что взгляд буквально прилип к окну. На подоконник, непонятно каким образом бесшумно открыв ставни, залезала жуткая тварь. Это был монстр из сказки — самый настоящий оборотень. Очки давали неплохой обзор и, увы, не оставляли места для иллюзий.

Волосы на моей голове зашевелились от ужаса.

За пару мгновений до начала стремительных действий мне удалось рассмотреть, что на подоконнике сидел человек в обычной одежде, но почему-то с волчьей головой на плечах. Да и с руками там было что-то не в порядке.