В поисках себя (ЛП) - Сэйдж Лайла - Страница 18

— Бу! — Коллинз выскочила из-за моей спины, и, к моему огромному стыду, я взвизгнул.

— Какого хера, Коллинз?! — возмутился я, но она не могла ответить. Она согнулась пополам от смеха, хватая ртом воздух.

— Видел бы ты… — она судорожно глотала воздух между приступами хохота, — …свое лицо! О боже!

— Не смешно, — буркнул я, хотя с трудом подавил улыбку. Ее смех был заразительным. Меня удивляло, насколько мне нравился этот звук, и как сильно мне не хотелось, чтобы он прекращался, пусть даже причиной хохота был я сам.

— Ужасно смешно, — выдохнула она, все еще смеясь, и протянула руку, схватив меня за ладонь. Я был слишком ошарашен, чтобы выдернуть руку или задумываться об искре, которая прожгла предплечье и потянула меня вслед за ней к мягкому свечению.

От того, как прогибался пол под каждым моим шагом, уверенности не прибавлялось.

Коллинз опустилась на скамью рядом со своим фонарем, а я сел с другой стороны, стараясь не придвигаться слишком близко, и поставил свой фонарь сбоку.

— Слушай, а мне тут даже нравится, — признался я. Казалось, будто мы находились в атриуме, где растения разрослись по стенам.

— Тебе понравится еще больше, когда поднимешь голову, — отозвалась Коллинз.

Я последовал ее взгляду и посмотрел на потолок, а точнее, на то, что от него осталось. Несколько балок пересекали вид на ночное небо, а в остальном над нами простиралась темно-синяя высь, усыпанная мерцающими звездами.

— Охренеть, — прошептал я. — Это же…

— Красиво, — закончила за меня Коллинз. — Это один из моих любимых видов в Свитуотер-Пик.

— Понимаю почему, — сказал я. Казалось, по мере того как небо темнело, на нем проступало все больше звезд. Вид напоминал портал в другой мир. И еще он казался странно знакомым, хотя я не мог понять почему.

Раздался щелчок зажигалки и треск тлеющей бумаги. Я повернулся к Коллинз: выдыхая, она выпустила изо рта небольшое облачко дыма. Девушка протянула мне косячок, и я забрал его из ее пальцев.

Сделав затяжку, я невольно подумал о том, что только что этого места касались ее губы. Я ощутил всю глубину этого момента легкими.

— Так, — произнес я. — Расскажи мне про эту первую версию Свитуотер-Пик.

— Ты вообще хоть что-нибудь узнавал про это место перед переездом? — спросила она.

Я пожал плечами. Узнавал, конечно, но точно не историю.

— Толком ничего, — ответил я.

— И почему тогда выбрал именно его? — поинтересовалась Коллинз.

Я выдохнул дым.

— Честно говоря, увидел серию фотографий отсюда в журнале «Blue Sky Geographic». — Коллинз отвела взгляд. — Помню, там был снимок городского павильона и то, как вершина отбрасывала на него тень… Это просто… зацепило меня за живое.

— Если подумать, — добавил я, — кажется, там были и снимки этой церкви. — Может, поэтому вид и казался знакомым. Я уже видел его в какой-то другой жизни.

Коллинз кивнула.

— Я тоже их видела.

— Знаешь, кто автор? — Я сотни раз разглядывал те снимки и обещал себе запомнить имя фотографа, но с момента переезда в голове все расплылось. — Всегда хотел купить пару распечаток.

— Не-а. — Коллинз покачала головой. — В общем, возвращаясь к истории нашего города-призрака. История Свитуотер-Пик делится на две части: до соли и после.

— Соли? — переспросил я.

Коллинз кивнула.

— Под вершиной находится безумно огромная соляная пещера. Когда-то давно туда можно было спуститься и посмотреть на все эти сталактиты и прочую хрень, но почва там давно нестабильна, к тому же ее затопило водой из реки Свитуотер.

— А почему ее затопило?

Коллинз снова ухмыльнулась.

— В общем, насколько нам известно, Свитуотер-Пик был основан где-то в тысяча восемьсот сорок третьем году — по крайней мере, тогда открылась почта, — но официальное основание не числится ни в документах правительства США, ни в городских архивах вплоть до тысяча восемьсот шестьдесят пятого. И ты слишком зациклился на каннибализме и болезнях, чтобы назвать еще одну вещь, способную стирать с лица земли целые поселения. — Я почувствовал, как в Коллинз закипает азарт, и от этого сам начал заражаться ее настроем. Честно говоря, мне было глубоко плевать, что там произошло с первой версией Свитуотер-Пик, но мне безумно нравилось слушать, как она об этом рассказывает. Рассказчиком она была отличным. — Природная катастрофа.

— И что там случилось? — уточнил я. — Наводнение или что-то такое?

Коллинз покачала головой.

— Землетрясение. Горный хребет Элк-Спайн — это разлом, который образовался задолго до появления Свитуотер-Пик, так что нас тут постоянно трясет. Оно раскололо землю прямо под пиком, там, где протекает река, и, по сути, сделало воду в Свитуотер соленой. — Коллинз протянула руку, и я передал ей косяк.

Я склонил голову набок.

— Так вот откуда взялись эта ириски с морской солью?

Коллинз воодушевленно кивнула.

— Наш главный экспортный товар, — ответила она. — Если подняться выше по реке Свитуотер, можно увидеть эту разницу, особенно в солнечный день: до определенного места идет пресная вода, а стоит ей пройти разлом в пике, как она приобретает более желтоватый оттенок.

— А рыбы? — спросил я. Я бывал только на главной смотровой площадке у реки Свитуотер, но знал, что рыбы там полно по всему руслу. В городе даже работало несколько гидов по рыбалке и, если мне не изменяла память, Декс Картрайт летом тоже водил туры для рыбаков.

Коллинз пожала плечами.

— У них было больше сотни лет, чтобы приспособиться к соленой воде. Природа в этом плане удивительная штука, она адаптируется ко всему.

— Откуда ты все это знаешь? — поинтересовался я.

Коллинз сделала еще одну затяжку.

— У меня очень надежные источники, — проговорила она. — Вообще, все это должно храниться в городских архивах, но архивариуса у нас нет, так что весь архив — это просто куча хлама в каком-то подвале.

Похоже, этот факт ее искренне расстраивал.

— Кларк говорила, тебе тут не нравится, — заметил я, и Коллинз изогнула темную бровь.

— Не нравится, — отрезала она.

Я одарил ее скептическим взглядом.

— Для человека, которому тут не нравится, ты слишком дохрена знаешь об этом месте.

Коллинз сползла чуть ниже по скамье и откинула голову на спинку.

— Знать и заботиться — разные вещи.

— Да неужели? — усомнился я, откидываясь точно так же, чтобы смотреть на звезды. — Не думаю. По крайней мере, не в этом случае. Мне кажется, знание всегда влечет за собой хоть какое-то неравнодушие.

— Давай останемся каждый при своем мнении, Купер.

Некоторое время мы сидели в полной тишине, передавая косяк друг другу, пока он не прогорел до самого конца. В голове появился легкий туман, зато тело налилось тяжестью, и я вдруг остро осознал, что мы с Коллинз сидим плечом к плечу… еще немного, и я задел бы ее рукой.

Я не шелохнулся.

— Тут так тихо, — проронила она спустя какое-то время. Голос ее звучал… грустно? — Расскажи мне секрет.

Я повернулся к Коллинз, она уже смотрела на меня.

— Не любишь тишину? — спросил я.

— Не такую тишину. И не здесь, — ответила она.

Я не понял.

— А когда тут вообще было шумно? Посреди леса-то?

Коллинз так тяжело вздохнула, что у меня сжалось сердце, хотя я толком не знал эту женщину и понятия не имел, о чем она думает. Но этого вздоха и пяти дней, проведенных с ней, хватило, чтобы понять: у Коллинз что-то случилось — что-то, что причиняло ей сильную боль.

— В четвертом классе я отдал свою приставку «Nintendo Game Boy» одной девчонке, — заговорил я, не желая вынуждать ее отвечать на мой вопрос и пытаясь хоть как-то ее отвлечь.

Коллинз фыркнула от смеха.

— Это едва ли походит на секрет, Брэди.

— Родителям я соврал, что ее украли, — улыбнулся я. — Они заставили меня писать заявление в полицию и пройти через всю эту мутотень. А на самом деле я просто подарил ее Лорен Бэббит, потому что считал ее милой и хотел понравиться.