Титан VII ранга (СИ) - Вяч Павел - Страница 27

— Вы совершаете огромную ошибку, — процедил англичанин.

— Довольно, — прервал его американский посол. — Виктор, — он посмотрел на меня. — Зачем вы прибыли на Землю и как обстоят дела в Школе Титанов?

— С вашего позволения, отвечу сначала на второй вопрос…

— Энтони, — правильно истолковал мою заминку американец. — Для вас, Виктор, просто Энтони.

— Так вот, Энтони, — я признательно кивнул послу. — Думаю, вы уже знаете, что в первые недели среди неофитов была аномальная смертность…

— Мы читали доклады, которые были переданы нам через ваш МИД, — кивнул американец. — Хоть и не можем быть уверены в достоверности представленных данных.

— Так вышло, — пожал плечами я. — Наша фракция была первой и до сих пор удерживает лидерские позиции. После того как мы восстановили исходный Кодекс, атмосфера в школе потеплела. Да, мы конкурируем с фракцией «Великие», — я многозначительно посмотрел на Энтони, — и с фракцией «Вечные», — взгляд на китайского посла. — Но это здоровая конкуренция.

— Скажите, Виктор, — вмешался китайский посол. — В чём различие ваших фракций?

— Всё дело в локации, к которой привязана фракция, — пояснил я. — Наша фракция «Защитники» привязана к Столовой. Да, вначале это дало нам доступ к Разломам и слабым зельям Восстановления, но тот же самый Полигон или Лазарет намного круче в перспективе. Условно говоря, Столовая — это Бронза. Лазарет — Серебро. Полигон — Золото.

— Привязка по лигам, — кивнул американский посол. — Виктор, вы можете в своих словах описать преимущество локаций?

Я был более, чем уверен, что все присутствующие на саммите политики уже не раз видели все эти описания, но спорить не стал.

— Лазарет — это широкий спектр зелий, восстанавливающие техники, условные эликсиры бессмертия и прочие прелести алхимии. Вечные, — я посмотрел на китайца, — сделали практически беспроигрышный выбор.

— Вы сказали эликсиры бессмертия? — протянул японский посол. — Это фигура речи?

— Я не знаю на сто процентов, — покачал головой я. — Но по заверениям одного из наставников, можно продлить жизнь любого человека до 120–150 лет. Убрав при этом все негативные факторы старения. Но это, как вы понимаете, очень дорого.

— И это дело будущего, — вклинился Бестужев. — Далёкого будущего. Для начала нам нужно разобраться с Вторжением.

— Это точно, — кивнул я. — И «Великие» в этом отношении, выбрав Полигон, сделали ставку на силу и мощь. Чем выше уровень фракции, тем сильнее становятся её члены. Если мы успеем поднять все фракции до десятого уровня, то шансы отбиться от Третьей Волны будут несоизмеримо выше. Собственно говоря, именно за этим я прибыл сюда.

— Один из наших Титанов смог отправить послание в Школу, — включился Бестужев. — Мы не были уверены, что это сработает, но, как видите, Виктор здесь.

— Могут ли другие Титаны вернуться на Землю? — поинтересовался немецкий посол.

— Теоретически да, — протянул я. — Но это очень дорого. Если бы не проблема со спутниками, я бы остался в Школе.

— Наконец-то по-настоящему важный вопрос, — фыркнул француз. — Как вы будете решать проблему с нашими спутниками?

— Сейчас расскажу, — кивнул я. — Есть такая раса ксуры. Двух-, а то трёхметровые прямоходящие ящеры в технологических бронескафах, чей уровень технологий на порядок опережает наш…

— Ящеры? — фыркнул кто-то из послов. — Серьёзно?

— Технологии? — тут же заинтересовался китайский посол. — Наши радары сумели засечь череду странных импульсов…

— Это они и есть, — уверенно кивнул я. — Ксуры. У них на вооружении стоят импульсные бластеры, плазменные винтовки, силовые клинки и щиты… Эти ребята на голову превосходят нас в технической плоскости. И они единственные, кто может сбивать висящие на орбите спутники.

— У них наверняка есть какая-то база, — прищурился американский посол. — И, если верить карте сбитых спутников, она находится в Европе!

— В связи с этим у меня две новости, — кивнул я, помня слова Бестужева. — Первая — Школа заключила договор с духом, который займётся уничтожением ксуров. Вторая — по моей информации в это дело замешаны песьеголовые.

Никто не стал уточнять, кто такие песьеголовые и чем они опасны, видимо, Бестужев сделал международную рассылку на основе моих рапортов и рапортов других Титанов.

— Есть вероятность, что песьеголовые под шумок хотят завладеть технологиями ксуров, — продолжил я. — Обычно для своих военных операций они используют или легионы, или магию Смерти, но за счёт артефактов они могут проявлять себя, как стихийные маги.

— Маги? — вмешался немецкий посол. — Например?

— Например, молнии, — я посмотрел англичанину прямо в глаза. — В их распоряжении такие артефакты, что могут создать настоящий грозовой фронт, который со стороны выглядит как аномальное буйство стихии. И насколько я знаю, совсем недавно похожая аномалия появилась над Британией…

— Во-первых, над Великобританией, — процедил посол. — А во-вторых, это был ты. Прикрываясь сказочками про… ящеров, ты уничтожил древнее место силы — Стоунхендж!

Я медленно покачал головой и произнёс заранее заготовленную фразу:

— Сеть мне в свидетели, это не я!

Глава 18

Глава 18

Стоило мне произнести эти слова, как я тут же почувствовал что-то неладное.

Мне стало так плохо, будто я разом потерял половину своих сил. Первым моим порывом было плюнуть на саммит и вернуться к сфинксу, но это, понятное дело, было невозможно.

Поэтому я взял себя в руки и сфокусировался на беседе.

Сейчас по плану Дон приступит к ликвидации оставшихся разведчиков ксуров, и, зная партнёра, у англичан скоро прибавится очень много забот.

По договорённости с Бестужевым, Дон должен первым делом развеять защиту ксуров — ведь нам нужно, чтобы их увидели американские и китайские спутники — а затем устроить настоящее световое шоу.

По прикидкам Бестужева, реакция на происходящее должна наступить примерно через двадцать-тридцать минут. Пока снимут данные со спутников, пока изучат увиденное в Пентагоне, пока вышлют информацию американскому послу…

В общем, мне нужно было продержаться на конференции ещё минимум полчаса. И я держался.

Холодно отвечал на нападки англичанина, то и дело кидал в его сторону намёки о помощи ксуров и, конечно же, подробно отвечал на вопросы других послов.

Про возраст, про едва заметное фиолетовое свечение, про заведённые в школе порядки, про Разломы и про оружие ксуров.

Я уже успел забыть, что возраст всех неофитов откатили в Школе до последней реперной точки в 16 лет, а мой, благодаря Дону, до 14. Да, благодаря взятым рангам и дарам я не выглядел подростком, но и мой реальный возраст мне было не дать.

И эта разница, конечно же, заинтересовала почти всех без исключения политиков.

Ещё бы! Когда тебе за пятьдесят-шестьдесят, и есть возможность стать шестнадцатилетним, сохранив при этом свои связи, капитал и положение в обществе — это… заманчиво.

Даже не просто заманчиво, это самое настоящее искушение.

Это понимал я, и это понимал Бестужев, который до саммита дал мне на этот счёт строгие инструкции.

Но, несмотря на то, что я объяснил политикам невозможность, м-м-м, реверсивной молодости, интерес к этому вопросу не угас. А уж когда зашла речь о зельях, то все присутствующие на саммите словно с цепи сорвались.

Мне чуть ли не в лоб предлагались астрономические суммы за зелье Регенерации или Восстановления. С одной стороны, это напрягало, но с другой — все и думать забыли про англичанина, которого это жутко бесило.

В итоге, выбив из меня обещание наладить поставки зелий в обмен на ресурсы, необходимые для повышения уровня фракции, политики принялись обсуждать между собой порядок очерёдности.

И, что самое интересное, Бестужев участвовал в споре наравне со всеми, хотя всем без исключения было очевидно, что на текущий момент он обладает монополией на коммуникацию со Школой Титанов.