Гонец в преисподнюю - Олди Генри Лайон - Страница 78

— Все зарядили? Целься!

Разбойники опёрли ружья на рогатины.

— Эй, ты!

— Я?

— Ну не я же?! Куда во второй ряд целишься?

— Я…

— Сначала в первый попади!

— Да, госпожа. Простите…

— Не болтать! Огонь!

Над стрельбищем раскатился дробный грохот. Словно лавина в горах сошла, подняв тучу пыли. В смысле, порохового дыма.

— Стволы вверх! Всем стоять на местах! Проверяю мишени.

Сквозь клочья редеющей дымовой завесы я разглядел, как Ран направляется к ближнему ряду мишеней.

— Первый! Попадание в туловище. Сойдёт.

— Благодарю, госпожа.

— В другой раз выше прицел бери.

— Понял, госпожа!

— Второй! Попадание в голову. Молодец!

— Благодарю, госпожа!

— Следующий выстрел — по второму ряду.

— Да, госпожа!

— Третий! Зацепил правое плечо. Бери поправку влево.

— Да, госпожа!

— Четвёртый! Промах.

— Как же так?!

— Вот и я удивляюсь!

Всем телом, по-волчьи, Ран развернулась к бородатому детине.

— Такое оружие, как у тебя, само попадать должно! А ты…

И вдруг замолчала. Я знал, почему.

— Мой господин!

Жена поспешила ко мне. Остановилась в двух шагах, низко поклонилась.

— Рада видеть вас, господин. Благодарю, что приехали за нами в такую глушь.

Стоит. Скромно потупилась, ждёт моего ответа. Образцовая супруга.

Никто не придерётся, комар носа не подточит.

— Я тоже рад тебя видеть, — принял я предложенный тон. — Как я мог не приехать за вами? А ещё я рад, что даже в глуши ты нашла себе занятие по душе.

— Жене самурая не годится сидеть без дела, господин.

— Вижу, тебе попался нерадивый ученик?

— Нерадивый? Что вы! Он просто бездарен. Такое случается.

— Это у него кремнёвое ружьё?

— О, господин! Вы истинный знаток!

И глазом не моргнёт. Само послушание и скромность.

— Так покажи ему, как надо стрелять из такого сокровища!

— Могу ли я ослушаться моего господина?

Вскоре прогремел выстрел: навскидку, без упора.

Из головы мишени в дальнем ряду полетели клочья соломы.

— Говорю же, само попадает, — с удовлетворением сообщила Ран, возвращая ружьё владельцу. — Господин мой, может, задержимся здесь на пару дней?

Глава девятая

Наводнение

1 Отказ не примут

— Рэйден-сан! Вам письма и посылка!

— Несите сюда.

Рюхо вошёл в мой кабинет. В руках он нёс свиток, накрученный на лакированную палочку, небольшой конверт и коробку из плотной бумаги. Вид у секретаря был обиженный, вернее, укоряющий. Пять дней прошло с того момента, как я вернулся из разбойничьего лагеря, доставив домой мою семью, и всё это время Рюхо всем своим поведением обвинял меня в том, что я не позвал его в бамбуковую рощу, на арест первого министра.

Всех позвал, а его нет!

Пренебрёг, значит.

Знал, что у меня не было ни времени, ни возможности послать тогда ещё и за ним, — и всё равно ходил надутый, как плащ хоро[37]. Даже его привлекательная внешность, и та выглядела упрёком, хоть я и не понимаю, как он этого добивался.

— От кого послания?

— Свиток от дзайбана, коробка от него же. Конверт из канцелярии принца-регента.

— Кто у нас принц-регент?

— Его высочество Чятан Тёай.

— Хорошо, спасибо. Посыльные что-нибудь передавали на словах?

— Ничего.

— Оставь всё на столе.

— Да, Рэйден-сан.

С чего начать? Я взял свиток.

Я перечитал письмо от дзайбана дважды, затем в третий раз, останавливаясь на избранных местах. Возвращаясь к началу, я словно возвращался назад во времени, в свой первый приезд на Окинаву. Перерождение княжича Мунэнобу? Кабанья маска, охотничий нож; дочь Мияги, тогда ещё Нагусику, моего нынешнего архивариуса, преуспевшая больше братьев в изучении всего связанного с кланом Симадзу?

Выходит, высокий господин Сай Ханэдзи имел отношение и к этому делу? Лысый толстяк незримой тенью присутствовал рядом со мной с самого начала.

Осознавать это было неприятно.

А ещё хотелось верить, что даже если новые обстоятельства усугубят опалу Кабаямы-старшего, это никак не скажется на его внуке, юном Хисатаке.

Да, коробка. Что же у нас там?

В коробке обнаружились две чашки — точная копия той посуды, из какой мы с дзайбаном пили чай. И записка: «Рэйден-сан, примите мой скромный дар в память о нашей недавней встрече! Надеюсь, вы не побрезгуете изредка пользоваться этими неприхотливыми чашками, даже если нальёте в них простую воду».

Побрезгую? Да я умру от страха, если рискну ими пользоваться! Неровен час, разобью такое сокровище, — и тогда уж точно со стыда вспорю себе живот.

Ладно, хватит. Что нам пишут из канцелярии? На конверте — герб королевства: водоворот и защита от огня. Официальное письмо, что бы там ни было.

Я вскрыл конверт.

Я перечитал письмо дважды. Трижды. И снова, снова.

Коротенькое письмо, фактически записку. Там и читать-то было нечего, но взгляд скользил по иероглифам от начала к концу, и опять к началу, не в силах оторваться от написанного секретарём. Меня приглашают присутствовать при казни. Отказ не примут. Меня приглашают…