Главный по мусору. Том 1: Системный Мусорщик (СИ) - "Socolow Daniel" - Страница 38

Профессор Романовский и его коллеги смотрели на осушенное дно шахты, точно стали свидетелями невозможного чуда.

— Невероятно… — прошептал ученый, протирая стекла очков полой халата. — Два миллиона кубометров реактивов за четверть часа… Молодой человек, вы спасли не только нас, но и уникальные образцы «Реагента-Девять» и изотопную базу института!

— Слушайте вводную, профессор, — ответил я. — Глеб выделит вам дыхательные картриджи. По осушенному дну выходите на Первый ярус. Там пробит сквозной тоннель прямо к выходу из Башни. На площади вас встретит комендатура станции «Заводская» во главе с Михалычем и доктором Вороновым. Вы поступаете в лабораторию нашей базы. Все реактивы и образцы — под опись. Городу нужны мозги.

— Слово ученого, мы выполним регламент, — твердо произнес Романовский, крепко пожав мою металлическую перчатку обеими руками.

Я повернулся к выходу из бункера.

На осушенном илистом дне шахты, в двухстах метрах впереди, темнели циклопические базальтовые ступени к порталу Третьего Яруса. Дорога была свободна.

Но на скользкой черной грязи перед порталом отчетливо чернели свежие следы.

Чудовищные трехпалые отпечатки когтей шириной в два метра каждый. Существо весом не меньше пятидесяти тонн двигалось на задних лапах прямо к открытым воротам верхнего зала.

Рядом стоял Бугор. Глядя на борозды в иле, главарь банды судорожно осклабился разбитыми губами:

— Ты думаешь, ты победил, мусорщик?.. Там, наверху, в Зале Испытаний… спит то, перед чем твоя пукалка — детская хлопушка… Ты оттуда по кускам вылетишь…

Я посмотрел на гигантские следы древнего титана, затем перевел взгляд на ухмыляющегося главаря. Моя титановая рука легла на рукоять газового ключа:

— За нарушение техники безопасности при ведении подземных работ, гражданин Бугор, положен строгий выговор с занесением в личное дело.

Я шагнул на осушенное дно разлома:

— Пошли, Комендант. Посмотрим, из какого сплава сделан твой ночной кошмар.

Глава 17. Зал Испытаний

Воздух на границе Второго и Третьего ярусов переменился резко, точно при переходе из горячего гальванического цеха в промышленный рефрижератор.

После сорокапятиградусной тропической духоты ядовитых шахт здесь царил сухой, колючий мороз. Термометр системного интерфейса зафиксировал минус шесть по Цельсию. Влажная рабочая одежда, пропитанная нейтрализованными солями и взвесью известняка, мгновенно заскорузла на плечах хрустящей коркой, а пар от дыхания оседал на шерсти шарфа и бровях мелким белым инеем.

Под нашими подошвами глухо звенело черное вулканическое стекло циклопической лестницы, ведущей вверх сквозь монолитную толщу скалы. Каждая ступень шириной в тридцать метров и высотой в полметра была рассчитана на шаг колоссального голема. В толще черного камня тускло мерцали тонкие фиолетовые прожилки застывшего силиката, проводящие остаточную ману к верхним горизонтам. Поверхность была скользкой, но зазубренные протекторы моих армейских ботинок держали сцепление надежно, а гироскопы экзоскелета автоматически компенсировали микросмещения центра тяжести.

В углу обзора вспыхнула багровая системная плашка:

[ВЫ ВОШЛИ НА ТРЕТИЙ ЯРУС БАШНИ ИСПЫТАНИЙ]

[Локация: «Цитадель Пепла — Зал Испытаний»]

[Статус сектора: Преддверие Тронного Зала]

[До финальной зачистки сектора: 135 часов 40 минут]

Я шел первым, размеренно и тяжело переставляя ноги. В правом предплечье тихо жужжал гидравлический сервопривод «Коршуна-1», плазменный резак под моим запястьем был отключен, но оставался на боевом взводе, готовый выбросить шеститысячеградусный факел за долю секунды. Рабочее давление в контуре манипулятора держалось на отметке двести восемьдесят атмосфер — предельный технологический режим, обеспечивающий сокрушительную кинетическую мощь.

Три свободных очка характеристик, полученных за двенадцатый уровень, требовали немедленного распределения:

— Система. Сила +1, Выносливость +1, Интеллект +1.

[Характеристики обновлены: Сила — 25, Ловкость — 14, Выносливость — 22, Восприятие — 16, Интеллект — 22]

[Базовый физический урон увеличен на 12 %]

[Прочность клеточной структуры повышена: сопротивление низким температурам +30 %]

[Скорость расчета энергоемкости реактора увеличена на 20 %]

Волна густого, плотного тепла прокатилась по телу от грудного узла до кончиков пальцев. Холод перестал существовать как физическая помеха — терморегуляция Утилизатора мгновенно адаптировалась к отрицательной температуре, превратив морозный воздух в источник дополнительной концентрации и резкости реакций. Пульс замедлился до идеальных пятидесяти ударов в минуту, зрение обострилось, вычленяя малейшие детали рельефа в полумраке.

Сзади тяжело ступал Глеб, волоча на конце стального буксировочного троса нашего проводника.

Бугор выглядел паршиво. Кожа на его лице и шее вздулась багровыми волдырями от кислотных паров, правая рука висела на грязной марлевой перевязи, дыхание вырывалось из глотки с надсадным бульканьем. Но в глазах главаря банды, когда мы перешагнули порог верхнего яруса, зажглась недобрая, лихорадочная искра. Он то и дело озирался по сторонам, приподнимал подбородок, точно принюхиваясь к запахам морозного зала и выискивая глазами знакомые ориентиры.

— Виктор, обрати внимание на акустику, — негромко произнесла Алина, бесшумно двигаясь по левому флангу с карабином в руках. Ее чуткие пальцы лежали на спусковой скобе. — Пространство впереди гигантское, но эхо странное. Звук дробится о преграды на высоте, отражается с задержкой в полсекунды. Слишком много преломлений для пустого помещения.

Мы вышли на широкую овальную арену Преддверия Тронного Зала.

Масштабы древнего комплекса поражали даже привыкшего к тяжелому производству инженера. Это был колоссальный сводчатый зал длиной под двести метров и шириной не меньше сотни. Высоко вверху, на высоте девятиэтажного жилого дома, смыкались стрельчатые базальтовые ребра перекрытий, между которыми тускло тлели прожилки багрового фосфора. Пол был выложен тяжелыми плитами черного туфа, исчерченными глубокими геометрическими канавками — древней системой стока технологических жидкостей и жертвенной крови.

Вдоль стен зала тянулись двухъярусные галереи с полуразрушенными каменными балюстрадами, опиравшимися на массивные пятиметровые колонны квадратного сечения.

А в самом дальнем конце арены, венчая пятиступенчатый гранитный помост, возвышались исполинские тридцатиметровые створки Врат Тронного Зала. Ворота из темной кованой бронзы были наглухо закрыты и покрыты барельефами с изображением пылающего многорукого титана, попирающего горы черепов.

[Врата Тронного Зала: Запечатано]

[Охранный статус: Требуется завершение Испытания Зала]

[Хозяин Трона: Повелитель Праха (Ур. 20, Владыка Башни)]

В зале стояла абсолютная, давящая на перепонки тишина. Ни одного монстра на полу арены. Ни шороха, ни рыка, ни скрипа костей.

Только серый вулканический пепел, кружащийся в морозном воздухе мелкими невесомыми хлопьями, да легкий сквозняк, тянущий из широких вентиляционных решеток в полу.

Но для моих инженерных глаз эта тишина была грубой декорацией.

Я активировал пассивный навык «Структурный резонанс» и окинул внимательным взглядом верхние галереи. В воздухе, помимо запаха застарелого пепла, отчетливо витали молекулы оружейной смазки марки «РЖ», едкая гарь от стреляных гильз и запах дешевого табака. На каменных ступенях боковых лестниц виднелись свежие царапины от стальных подков армейских сапог, а у подножия одной из колонн валялся свежий окурок с желтым фильтром.

— Здесь чужие, — тихо произнес я одними губами, не поворачивая головы и продолжая мерно шагать вперед. — И пришли они не снизу. Засада выставлена грамотно, сектора перекрыты.

Алина плавно сместилась за ближайший каменный постамент, сливаясь с густой тенью: