Главный по мусору. Том 1: Системный Мусорщик (СИ) - "Socolow Daniel" - Страница 36

— Я обещал сохранить жизнь полезному ресурсу, а не выдавать путевку на лечебный курорт, — ровно ответил я, поправляя ремень «Шлакобоя-1». Тяжелый ствол двадцать третьего калибра привычно грел бедро. — Выносливость у тебя восьмого уровня, сердце крепкое. Перестань паниковать, закрой рот и дыши носом, короткими вдохами. Где главная насосная?

Я оперся рукой о влажный поручень эстакады и глубоко, медленно вдохнул горячий влажный воздух шахты.

Обычный человек в этой атмосфере получил бы токсический отек легких через пару сотен вдохов. Но стоило парам серной кислоты и соляным взвесям коснуться моих бронхов, как в центре груди вспыхнул ровный, жадный огонь.

Внутренний реактор отозвался утробным, довольным рокотом, напоминающим работу мощного корабельного дизеля, в цилиндры которого подали очищенное высокооктановое топливо.

[Зафиксирован контакт с химически агрессивной средой (Класс опасности: 2)]

[Иммунитет Утилизатора Искажений активен в штатном режиме]

[Химические токсины серы и хлора переработаны в Эссенцию Энтропии: +5 ед./мин.]

[Внутренний Реактор полностью стабилен: 300/300 ед.]

[Пассивная регенерация мышечных волокон увеличена на 50 %]

[Температурный порог комфорта смещен до +75 °C]

По дыхательным путям разлилась ледяная свежесть ментола. Усталость от штурма первого яруса растаяла, в суставах появилась пружинящая легкость. Для обычных людей ядовитая бездна была западней. Для меня — идеальной средой и источником даровой энергии.

Бугор, утирая сопли и слезы окровавленным рукавом куртки, указал дрожащим пальцем на массивный бетонный куб, возвышавшийся в трехстах метрах впереди прямо посреди бурлящего кислотного озера:

— Вон… вон она. Насосная станция номер четыре. Главный подземный водоотлив северного крыла химкомбината… Там установлены четыре турбинных насоса с крыльчатками из титанового сплава, по восемьсот киловатт каждый… Если подать питание и включить гидрозатворы — они выкачают кислоту в глубинные поглощающие скважины за полчаса… Уровень жижи упадет на четыре метра, обнажатся нижние бетонные мосты, ведущие прямо к центральным воротам Третьего Яруса…

— Кто внутри объекта? — резко спросил я, разглядывая монолитные стены станции сквозь прицельную планку. — Ты упоминал ученых.

— До удара Инициации… туда спустилась спецгруппа из Центрального НИИ Химпрома, — задыхаясь, прохрипел Бугор. — Профессор Романовский с пятью технологами и взвод охраны. Они вывозили из бункера партии катализаторов и «Реагент-Девять» — стабилизатор маны. Когда Башня рухнула, пласт сдвинуло, штольню затопило. Они заперлись в бункере. Запасы воздуха на исходе, сидят без еды и патронов.

В этот момент сквозь тяжелый монотонный гул водопадов и шипение разъедаемого камня до нашего слуха донеслось сухое металлическое эхо автоматных очередей.

Та-та-та-та!

Стреляли короткими, жестко экономными отсечками по два-три патрона калибра 5.45. Звук бил прямо из бронированных амбразур правого капонира насосной станции. Очереди звучали часто, но с нарастающим отчаянием в темпе.

А следом за выстрелами из зеленоватого тумана над поверхностью бурлящего озера раздалось мерзкое, влажное щелканье суставов и утробное хоровое кваканье десятков глоток.

— Живы, — констатировала Алина. Снайпер плавно вскинула карабин к плечу, припав глазом к оптическому прицелу. — Обороняются из правого ДОТа. Но позиция критическая. На мостках перед гермолюком идет плотный штурм.

Я активировал пассивный навык «Структурный резонанс» и вгляделся сквозь завесу ядовитого пара.

Узкую металлическую эстакаду, соединявшую бункер станции с внешними выработками, буквально облепила стая кошмарных порождений второго яруса.

Они напоминали прямоходящих амфибий размером с быка. Скользкая серо-зеленая кожа блестела маслянистой пленкой, вдоль хребтов торчали полуметровые костяные иглы с пенистым ядом. Из пастей тварей прямо в броневые ставни бункера хлестали струи кислоты под давлением в десяток атмосфер, заставляя сталь шипеть и пузыриться.

[Иглокожий Болотник-Амфибия (Ур. 8). Класс: Тварь Кислотных Глубин]

[Количество: 8 особей]

Но настоящей угрозой для осажденных была колоссальная туша, колыхавшаяся у самого основания фундамента станции.

Пятиметровый бугристый мешок из гниющей плоти, заросший панцирем из окаменевших ракушек и металлургического шлака. Тварь напоминала исполинскую жабу с четырьмя глазами, светящимися фосфорным огнем.

[Глубинный Трупоед-Альфа (Ур. 11, Мини-босс локации)]

[Класс: Кислотный Левиафан Шахт]

[Особенности: Мгновенная регенерация в химической среде, плевок кислотой на 40 метров, бронированный панцирь 5-го класса]

Альфа методично раздувал свой зоб размером с цистерну бензовоза и каждые десять секунд выплевывал в центральный гермолюк насосной пятидесятилитровый заряд шипящей едкой массы. Верхние петли массивной броневой двери бункера уже провисли, разъеденные до половины толщины металла.

Из вентиляционной трубы станции донесся надсадный хрип наружного громкоговорителя:

— Всем постам!.. Говорит бункер насосной номер четыре! Патронов осталось на один магазин! Гермодверь прогорает, металл течет! Если люк рухнет — нас растворят заживо! Помогите!..

— Химики и технологи — основа производства, — произнес я, взводя затвор «Шлакобоя-1». — Люди, способные очищать реактивы и работать с изотопами, нужны Цитадели живыми. Разворачиваем тактический порядок.

Я повернулся к соратникам:

— Алина, видишь фермы кран-балки под сводом над станцией?

— Вижу, — отозвалась девушка, оценивая высоту и угол обзора.

— Поднимайся по служебному трапу на верхний настил. Работай сверху по спинным костяным иглам амфибий. Выбивай стрекательные железы, не давай им вести прицельный обстрел мостков.

— Принято.

— Глеб, берешь Бугра на короткий поводок и держишь вход на центральную эстакаду. Если эти твари попытаются перерезать путь отхода — крепи основание пролетов гео-каркасом. Бугор дернется в сторону — ломай ему колено без предупреждения.

— Сделаем в лучшем виде, командир, — бригадир с хрустом размял пальцы и покрепче перехватил рукоять кувалды.

— А ты как зайдешь? — спросила Алина, закрепляя карабин на плечевом подвесе.

Я посмотрел на бурлящее зеленое озеро, плескавшееся внизу, и усмехнулся:

— Напрямую по руслу. Пора проверить предел прочности плазменного резака.

Я перемахнул через леера эстакады и шагнул в пустоту.

ПЛЮХ!

Я вошел в кипящую изумрудную жижу по пояс.

Температура раствора достигала шестидесяти градусов. Обычные ботинки превратились бы в кисель за минуту. Но ноги защищали титано-базальтовые щитки Стража Стен, а вокруг тела развернулся вихрь энтропийного щита.

[Контакт с жидкой агрессивной средой предельной концентрации!]

[Активирован пассивный режим: «Энтропийная губка»]

[Энергия реактора: 300/300 ед. Избыточный потенциал направлен на форсирование сервоприводов]

[Физическая Сила временно увеличена: +4 ед. Текущая Сила: 28 единиц!]

Мышцы налились чугунной мощью. Сервоприводы экзо-манипулятора «Коршун-1» запели на высокой, чистой ноте. Кипящая кислота вокруг меня начала остывать с поразительной скоростью, теряя едкие свойства и превращаясь в мутную воду — внутренний реактор вытягивал энергию химических связей со скоростью промышленного утилизатора.

Я рванул вперед по затопленной галерее, вздымая двухметровые фонтаны брызг. Двадцать восемь единиц Силы несли мое тело сквозь плотную жидкость, точно тяжелый торпедный катер.

Ближайшие две амфибии на опорной плите моста заметили движение в воде. Чудовища развернулись, их пасти с мерзким клекотом распахнулись для залпа.

Пф-ит! Пф-ит!

Сверху хлестнули выстрелы Алины. «Теневые Пробойники» вошли точно в спинные наросты тварей. Стрекательные железы сдетонировали внутри тел чудовищ от объемного пространственного удара. Раздался глухой треск — обе амфибии взвыли, захлебываясь собственной кислотой, прожигающей их хребты изнутри.