Главный по мусору. Том 1: Системный Мусорщик (СИ) - "Socolow Daniel" - Страница 18

Глеб Седых, стоявший рядом со мной у смотровой щели, скрипнул зубами с такой силой, что хрустнула эмаль:

— Падла… Там в шахте вентиляторы аварийные, если кумулятив сунут — лопасти вырвет и воздуховод рухнет. Задохнемся. Придется выходить на переговоры, Виктор. Отдадим часть крупы, потянем время…

— Никаких переговоров, Глеб, — я опустил приклад «Шлакобоя-1» на гранитную плиту пола. — Террористы и вымогатели — это не субъекты хозяйственной деятельности. Это аварийный фактор. Их не уговаривают, их ликвидируют по технике безопасности.

— Их пятнадцать человек со стволами! И пулемет на крыше! — прошептал бригадир, вытирая холодный пот со лба. — Пулемет перепашет всю площадку перед дверью за три секунды!

— Пулемет проживет ровно одну секунду. Алина уже на позиции.

Я посмотрел наверх.

Под высоким сводом кассового зала, метрах в восьми над полом, проходила узкая технологическая галерея для обслуживания потолочных светильников. Через вентиляционный лаз Алина уже выбралась наружу — на внешнюю гранитную колоннаду павильона. Оттуда весь открытый кузов «Урала» был у нее как на ладони.

В кармане моей куртки дважды коротко пискнула портативная радиостанция: щелк-щелк. Условный сигнал снайпера. Цель зафиксирована в перекрестье прицела.

Инженерный интеллект семнадцатого уровня быстро свел вводные данные в готовую формулу огневого контакта.

Дистанция до Хряка — двенадцать метров. Время подъема гермозатвора на рабочую высоту — четыре секунды. Сектор обстрела пулемета с кузова — сто двадцать градусов, мертвая зона под ступенями — пять метров. Если ликвидировать главаря первым же залпом, наступит психологический ступор длительностью от двух до четырех секунд. Этого окна хватит метростроевцам, чтобы зажать оставшихся перекрестным огнем.

— Слушай план, Глеб, — повернулся я к бригадиру и его бойцам. — Твои люди занимают нижние амбразуры по обе стороны от гермозатвора. Заряжайте арматурные пистолеты и карабины. По моей команде приподнимаете створку ровно на полметра. Я выхожу наружу один.

— Один?!

— Свидетели нам не нужны. Как только прозвучит первый выстрел — открываете огонь по колесам джипов и тем, кто побежит к ящикам с аммонитом. Пулеметчик — забота Алины. Всем всё ясно?

Метростроевцы молча переглянулись. В глазах мужиков вместо паники зажглась холодная, злая решимость рабочего класса, которого пришли грабить на его родном предприятии.

— Поняли, Главный, — глухо бросил Глеб, сжимая цепной привод затвора мозолистыми пальцами. — Сделаем в лучшем виде.

Я проверил «Шлакобой-1».

Тяжелый ствол двадцать третьего калибра был холоден и спокоен. В патроннике сидел первый патрон с энтропийной картечью из титановых костей Мясника. Семь смертей в магазине. Газовый ключ № 3 привычно висел на поясной петле — для ближней зачистки.

— Поднимай створку, — скомандовал я.

Цепь загремела. Массивный двадцатисантиметровый стальной гермозатвор с шипением гидравлики приподнялся над гранитным порогом на шестьдесят сантиметров.

Я пригнулся, проскользнул под тяжелым броневым полотном и распрямился во весь рост на верхнем ярусе гранитной лестницы.

Утренний ветер пахнул в лицо гарью, озоном и бензином.

Появление одного человека без бронежилета и в засаленной рабочей куртке вызвало у бандитов взрыв гогота.

Хряк опустил мегафон, сплюнул под ноги и ухмыльнулся, окинув меня презрительным взглядом:

— Опа! Гляди-ка, пацаны, слесаря на стрелку прислали! Ты че, сантехник, трубы пришел чинить? Где старший твой? Где тушенка?

Трое бандитов с ружьями, стоявшие у подножия лестницы, заржали, переминаясь с ноги на ногу и направляя стволы мне в грудь.

— Я здесь старший, — спокойно ответил я, держа «Шлакобой-1» стволом вниз, на сгибе локтя. — По какому праву блокируете объект федеральной инфраструктуры?

Хряк заржал так, что его разгрузочный жилет затрясся на жирном брюхе:

— Федеральной, слыхали?! Мужик, ты из комы только что вылез?! Нет больше твоей федерации! Сгорела к чертям собачьим! Теперь тут власть Бугра! Кто под Бугром ходит — тот живет! Кто не платит — идет на фарш собакам!

Он сделал три шага вверх по ступеням, поигрывая стволом карабина:

— Короче, мастер. Расклад простой. Ты сейчас открываешь ворота настежь. Мы забираем всю жратву, инструмент, топливо и пять баб покрасивее. Мужиков твоих загоняем в забой — будете на Бугра щебень в карьере долбить. Будешь кочевряжиться — я лично тебе коленные чашечки из «Тигра» вынесу, а потом пустим пацанов на станцию порезвиться. Время пошло. На колени, сука.

Я посмотрел на его жирную, самодовольную физиономию. Четвертый уровень. Абсолютная безнаказанность ублюдка, получившего каплю силы и возомнившего себя хозяином чужих жизней.

В глазах моих не дрогнул ни один мускул.

— Отказ по накладной, — тихо произнес я.

— Че?! — не понял Хряк.

ЩЕЛК.

Сухой, еле слышный звук с крыши павильона.

В кузове «Урала» голова пулеметчика взорвалась без единого звука. Черная игла энтропийного патрона Алины вошла ему точно в затылок, пробила каску и мгновенно растворила череп в фиолетовом пламени. Обезглавленное тело повалилось на пулемет, увлекая ствол к небу.

Хряк даже не успел повернуть голову на звук падающего тела.

Потому что в эту же секунду мой «Шлакобой-1» взлетел к плечу.

Восемнадцать единиц силы сработали мгновенно, без задержки на прицеливание.

Двадцать три миллиметра калибра смотрели бандиту прямо в центр жирной груди с дистанции в пять метров.

Палец плавно нажал на спуск.

БАМ-М-М-М!

Звук разорвал привокзальную площадь, точно посреди асфальта сдетонировала авиабомба.

Из нарезного чока вырвался трехметровый сноп фиолетово-черного пламени. Чудовищная порция картечи из спрессованного костяного титана, разогнанная энтропийным порохом, ударила Хряка в грудину на скорости звука.

Армейский кевларовый бронежилет бандита разлетелся в пыль.

Энергия выстрела была настолько колоссальной, что верхнюю половину туловища главаря просто аннигилировало. Ошметки мяса, костей и обрывков разгрузки брызнули назад широким веером, заляпав лобовое стекло стоявшего позади «УАЗа».

Нижняя часть тела главаря по инерции пролетела назад метра четыре и мешком шмякнулась на асфальт.

[Уничтожен элитный противник: Сидор «Хряк» (Ранг F, Ур. 4)]

[Получено опыта: 160]

ХЛЯСЬ-КЛАЦ!

Мое правое предплечье мгновенно передернуло тяжелое цевье. Стреляная гильза двадцать третьего калибра со звоном вылетела вправо, кувыркаясь в воздухе, а новый патрон встал в патронник.

Времени прошло — ровно полсекунды.

Трое подручных Хряка, стоявших на ступенях, застыли с открытыми ртами, покрытые черной кровью своего командира. Их мозги просто не успевали переварить тот факт, что всесильного авторитета только что стерли в порошок одним выстрелом.

— Шухер! Снайпер! — истошно взвизгнул один из них, вскидывая помповое ружье.

Поздно.

Из щели приоткрытого гермозатвора ударили пневмопистолеты метростроевцев.

ДЗЫНЬ! ДЗЫНЬ! БАХ!

Два тяжелых каленых дюбеля пригвоздили первого бандита к ступеням, прошив его бедро и грудь. Второй поймал картечь из охотничьего карабина и рухнул лицом в щебень.

Третий попытался развернуться и побежать к машинам.

Я не стал тратить патрон. Шаг вперед, перехват ключа на поясе.

Трехкилограммовая советская сталь просвистела по идеальной дуге, впечатавшись беглецу точно в затылок. Хруст черепа утонул в реве заводящегося мотора.

[Противник уничтожен: Мародер скверны (Ур. 2)]

[Получено опыта: 30]

Оставшиеся у машин бандиты впали в первобытный ужас.

Дисциплина стаи мародеров держится исключительно на страхе и авторитете вожака. Когда вожака разрывает на куски за одну секунду, шакалы превращаются в перепуганных крыс.

— Валим! Валим на хрен! У них пушка! — орали у машин.

Водитель первого «УАЗика» судорожно крутил руль, пытаясь развернуться через железнодорожные пути.