Поменяться местами - О' - Страница 55

– Сдался буквально под пытками, так что не злись на него.

– Что уж там, полдеревни знает о моих чувствах к ней. Но Лондон? Разве это не слишком?

– Решай. Может, у вас остался незаконченный разговор?

Джексон садится в кресло.

– Вообще-то я все ей сказал на Майском празднике. Рассказал о своих чувствах.

– Правда? Арнольд не знал. И что она ответила?

– Сказала, что у нее чувств ко мне нет.

Неужели Бетси ошиблась? Да не может быть! Бетси никогда не ошибается, если дело касается зарождающегося романа. Слухи, которые начинаются с Бетси, редко бывают ошибочными.

– Мне потом стало так стыдно. У нее ведь есть… был парень.

– Ну, с ним мы уже разобрались, – говорю я бодро, похлопывая его по руке. – Раз она говорит, что чувств у нее нет, то тем более поедем в Лондон, и пусть она подумает еще раз. И подумай над образом – чтобы она увидела тебя будто в первый раз. У тебя есть костюм?

– Один. На похороны Дейви в нем ходил…

– А менее траурный вариант?

– Только брюки и рубашка.

– Подойдет. И помой голову, а то в волосах уже заросли.

Он достает из-за уха зеленый стебелек.

– Ой.

– Значит, душ, одеться – и в путь. Твой пикап на ходу? Доедем до Дардейла?

– Доедем… только… – Он сглатывает. – Разве это хорошая идея?

– Отличная идея! – отрезаю я. – Давай-ка, пошевеливайся!

Встретив нас, Фитц целует меня в щеку и недоуменно поглядывает на Джексона.

– Это что, Арнольд? – спрашивает он в притворном ужасе.

– Это Джексон, пасынок Арнольда, – смеясь, отвечаю я и добавляю шепотом: – Влюблен в Лину.

Шепот явно вышел громким, поскольку Марта, стоявшая позади Фитца, охает, хватает Джексона за руку и устраивает ему то ли допрос, то ли сеанс психотерапии.

В бар под станцией Ватерлоо набилась толпа – гости снуют туда-сюда с бутылками пива в руках. И музыка слишком громкая.

– Чтоб я еще раз согласился, – бормочет Джексон, вырвавшись из цепкой хватки Марты.

– Не волнуйся. – Я поглаживаю его по руке. – Уж если ты чувствуешь себя не в своей тарелке, просто представь, каково мне.

Он смотрит на меня сверху вниз.

– Но вы на удивление хорошо вписываетесь!

– Знаю, – говорю я беззаботно. – Просто хотела тебя подбодрить. Давай-ка найдем Лину.

Мы, конечно, комичная пара: пожилая леди и великан. Джексон, кстати, выглядит что надо: ворот рубашки расстегнут, и это подчеркивает ширину плеч; брюки достаточно элегантные, но при этом не слишком официальные, и голову он помыл. Словом, даже старые ботинки из коричневой кожи не слишком портят образ. Внимание Лины обеспечено.

– Эйлин?

Я поворачиваюсь и вижу перед собой Итана Коулмана. Вид у него, надо сказать, затравленный.

– А ты здесь что забыл?! – шиплю я.

Джексон рядом со мной словно становится еще выше и еще мощнее. Настоящий альфа-самец. Жаль, Лина не видит.

– Я хочу поговорить с Линой, – объясняет Итан. – Эйлин, прошу, выслушайте…

– Не буду я тебя слушать! Идем, Джексон. – Я тяну его за рукав, но проще сдвинуть с места грузовик.

– Положил глаз на Лину? – Итан поворачивается к Джексону. – Я еще в тот раз заподозрил. Вот только ты точно не в ее вкусе.

Джексон абсолютно спокоен. И неподвижен.

– Ты на что намекаешь? – спрашивает он.

– Да так. Бывай.

Джексон резко поднимает перед собой вытянутую руку, и Итан, решивший было протиснуться мимо нас, впечатывается в нее с громким выдохом.

– Если есть что сказать – говори. – Джексон все так же невозмутим.

Ах, какая сцена! Ну почему Лина все пропускает?!

– С тобой мне не о чем говорить. Я тут ради Лины.

– И что тебе от нее нужно?

– Сам как думаешь? – огрызается Итан.

– Дай-ка угадаю. Все еще думаешь, что у тебя есть шанс? Надеешься, что Лина одумается и простит тебя – ведь раньше тебе все с рук сходило? И ты не понимаешь, почему в этот раз все иначе?

– Ты не знаешь, о чем говоришь.

Джексон пожимает плечами.

– Может, я и ошибаюсь. Что ж, удачи, приятель. Надеюсь, Лина тебя пошлет. – Он поворачивается ко мне. – Идемте, Эйлин.

Мы проталкиваемся сквозь толпу, оставляя Итана позади.

– Как думаете, кто первый найдет Лину? – интересуется Джексон.

Я довольно усмехаюсь.

– Я – Эйлин Коттон, и она – Эйлин Коттон. Я жила ее жизнью, а она – моей. У нас есть связь. Но тебе не понять.

– Кажется, мы движемся к коктейль-бару, – замечает Джексон.

– А где еще прятаться, когда бывший заявляется на вечеринку? Остается только сидеть за баром либо поправлять прическу в туалете. А вон она! Какая красавица! – охаю я.

Длинное черное платье с открытой спиной и плечами; на запястье серебряный браслет – яркая деталь на фоне черноты; распущенные волосы уложены мягкими волнами.

Джексон не может оторвать глаз от Лины. Он сглатывает и сжимает зубы. Надо быть дураком, чтобы не понять, о чем думает этот человек.

– Лина! – слышится голос Итана слева.

– Вот змееныш! – шиплю я и подталкиваю Джексона. – Скорее, пока он не…

Он словно в землю врос.

– Нет, не сейчас.

Тогда я тоже остаюсь на месте.

Лина отмахивается от Итана. Ее щеки раскраснелись. Она встает и делает несколько шагов в нашу сторону, но потом резко разворачивается.

– Слушай, Итан, а я ведь тебе все прощала! И ты этим вовсю пользовался. Я же с чего-то решила, что ты тот самый. Но знаешь, всему есть предел. И ты не просто перешел черту, ты, чтоб тебя, ее перепрыгнул!

– Лина, послушай…

– Переспал с этой дурой Цеси, которая только и пыталась меня подсидеть! Заявил, что моя бабушка сошла с ума! Даже не знаю, что из этого хуже. С бабушкой-то как совести хватило?!

– Я запаниковал, – оправдывается Итан.

– Знаешь что? Я почти рада твоему романчику с Цеси! Вот так! Рада, что ты изменил мне. Я же пришла в себя и поняла, что ты мне совсем не подходишь. Ни этой мне, ни прошлой мне – ни какой-либо другой. Между нами все кончено.

Лина резко разворачивается и врезается в Джексона.

Он придерживает ее за руку. Их взгляды встречаются. Лина раскраснелась и тяжело дышит. Толпа поглощает Итана, отделяя его от нас.

– Джексон? – Лина оглядывает его с ног до головы. – Выглядишь…

Я почти не дышу в предвкушении.

– …странно.

– Странно?! – вырывается у меня. – О, ради всего святого, девочка!

Оба поворачиваются ко мне.

– Бабушка? Что вообще происходит?

– Да ничего особенного! Джексон давно хотел съездить в Лондон, вот я и пригласила его на вечеринку…

Внучка смотрит на меня с подозрением.

Я же замечаю, как бармен выходит из подсобки, и меня озаряет:

– А идемте-ка со мной на минутку!

Я хватаю Лину и Джексона за руки, тяну за собой в подсобку, но сама внутрь не захожу, а резко захлопываю снаружи дверь.

– Бабуль! Куда ты…

– Ну вот. Не многие в семьдесят девять могут похвастаться такой прытью. – Я отряхиваю руки о кюлоты и трогаю за плечо ближайшего мужчину. – Молодой человек, не могли бы вы подпереть собой эту дверь?

– Бабуль, ты чего? – слышится из-за двери. – Открой, ты что делаешь?

– Вмешиваюсь в чужие дела! – с задором кричу я. – Это моя новая «тема»!

39. Лина

В подсобке тесно и сплошь полки, даже опереться не на что. Мы с Джексоном застыли сантиметрах в пяти друг от друга, будто в метро.

И что бабушка затеяла? Я делаю шаг в сторону и врезаюсь плечом в Джексона. Он пытается подвинуться и задевает меня локтем.

– Прости, – говорим мы одновременно.

Я натужно смеюсь.

– Все из-за меня, – в конце концов говорит Джексон. – Не надо мне было поддаваться на ее уговоры.

Мы стоим так близко друг к другу, что мне приходится задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Ты приехал только ради меня?

Джексон смотрит на меня сверху вниз. Мы едва не соприкасаемся носами. Я замираю.

– А что мне тут еще делать?