Путь трёх совершенствований. Том 4 (СИ) - Крам Дмитрий - Страница 59

Я ринулся вперёд. Выхватил на ходу копьё из инвентаря, насадив на него первого ниэллорца, не ожидавшего такого трюка.

— Чародей! — заорал колдун.

— Сам такой, — прокряхтел я, уворачиваясь и поддевая ногу следующего ниэллорца, опрокидывая его на землю. И сразу использовал Размытый Рывок, уходя от выпада двух мечей.

Вонзил копьё древком в землю под уклоном, перекрыв сектор атаки одному из противников. И материализовал в руке Карму, а следом артефакт.

Воин с топором опрометчиво прыгнул, понадеявшись на щит во второй руке. Я закрылся мечом от топора и встретил его ногой по щиту. Разрубил ему ногу до того, как он приземлился.

Развернулся, принимая на артефакт выпад короткого меча, и ужалил в ответ Кармой, попал в наплечник. Воин шагнул с контрударом, но напоролся лицом на отросший бокен. Мечом долбанул его под колено, и он упал. Артефакт щелкнул его по шлему, разлетевшись и заставив уронить голову, а следом Карма нащупала стык меж шейных позвонков.

— Хм-м-м! — нахмурился маг. — Именем короля Анкалуна и властью ордена призываю тебя, сдайся, и будешь жить.

— Имя клятвопреступников и жалких подстилок тёмных пилигримов не заставит меня отступить.

— Тёмных?

Я улыбнулся.

— А ты не видел их чёрных глаз?

— Нет.

— Значит, ты более слеп, чем лорд Мор. Позор для мага, коим ты себя считаешь.

Я забалтывал его, отступая, выводя себя на нужную позицию.

Он махнул посохом, посылая светящиеся чары. Я закрылся артефактом. Его чуть не вырвало из руки, он завибрировал в ладони будто камертон, по которому вдарили молотом. Я потряс кистью. Запястье заломило, и даже до локтя дошла отдача.

Маг сощурился. Не такого исхода своей атаки он ожидал.

— Аула рамбул дайбегон! — прогромыхал он так, что даже тьма сгустилась в кронах.

Я создал копию Кармы и метнул в противника. С его посоха сорвался сгусток света и ударился в меч. На миг высветился красный силуэт раскалённого за долю секунды оружия, а потом копия развеялась, вместе с заключенной в себе энергией заклятия.

— Бар аш амас…

— Антиконцентрация, — крикнул я, используя Голос. Да, там наверняка было специальное слово, но я его благополучно забыл.

Заклинание мага сорвалось. Я метнул Карму и тут же призвал копьё. Колдун отбил меч, и из его груди выглянул наконечник копья.

— Быть не мо… — я выдернул копьё, не позволяя закончить речь. Выдернул из рук посох и спрятал в инвентарь. Убрал всё остальное и побежал нагонять отряд. Обернулся.

Маг стоял на коленях, изо рта текла кровь, неверящий взгляд постепенно стекленел. Не такую смерть он себе представлял. Не такую дежурную и сумбурную.

Догнал соратников минут через пятнадцать.

— Жив! — обрадовался Роб. — А гвард?

Я покачал головой.

— Маг мёртв. Можем бежать спокойно.

— Это точно. Они не скоро решатся его искать. Ведь это значит усомниться в его силе, а навлекать на себя гнев колдуна никто не пожелает.

— Не используй его палочку, — сказала вдруг Зефирка. — Ты пока не умеешь. Тебе ручку оторвёт.

— Ты ж умница, — погладил я её по голове улыбаясь.

— Ты убил мага? — дёрнул меня за штанину Погром.

— Да. Крепкий был, зараза.

— И посох стянул?

— Не стянул. Это не булочка с кухни. Забрал законный трофей. Идёмте. Недолго осталось до всадников.

Едва мы двинулись в путь, я всплеснул руками и выругался.

— Что такое? — насторожился Барти.

— Ну котелок-то я не взял!

— Да ну тебя! — махнул он.

— А твой уже не варит, видимо, — протянула кошка и стукнула мне костяшками по шлему.

— Да ну вас. Вас бы ко мне туда, — я зачем-то мотнул головой назад. — Я б на вас посмотрел. Взвыли бы.

Мы быстро двигались по лесу, и даже дети ничуть не отставали. На редкость способные.

На месте встречи нас ждал лишь один воин и четыре коня. Стало понятно сомнение Роберта в замке. Это были мёртвые лошади, с красными впалыми глазами и торчащими рёбрами.

— Остальные не смогли, мой лорд, — склонил голову гвардеец.

Роберт сочувственно хлопнул его по плечу.

— По коням! — скомандовал я. — Кафьян с Зефиркой. Руана с Микой. Барти с Тасьяном. Я с Погромом. Пойдём не быстро, чтобы остальные не отстали.

— Не волнуйся за нас. Мы не устаём, — сказал лорд Мар. — Можем бежать сколько угодно.

— А как же лес? — спросил я.

— Он их не удержит, — сказала Зефирка. — Тасьян отберёт их у леса.

Молчаливый малец уставился на девчонку, хлопая глазами. Он выглядел совершенно ничего не понимающим. Отберёт? Да он у щенка обратно кусок хлеба не отнимет, если тот сворует.

Мы пустили коней галоп. На ходу открыл меню навыков и взял Верховую Езду. Да я и так умею, но сдаётся мне, что теперь стану ещё лучше чувствовать себя в седле, а учитывая, как у Пути всё связано и сколько всего скрыто, думаю, что и мои навыки верхового боя возросли.

Лошади вырвались из леса на заброшенную тропу. А неторопливо семенящий сзади отряд мертвецов стал замедляться. Мар разогнался и словно прорвал невидимую стену и даже пролетел вперёд, запнулся и свалился. Поднялся и с присущей лорду статью подбоченился. Воины, бежавшие за ним, стали буксовать, сапоги вязли в почве, будто их впрягли в борону, и они пытаются её тащить.

Я был впереди Барти, а значит, и Тасьяна, а потому обернувшись, видел, как ребёнок словно игрушечных солдатиков как бы берёт гвардейцев в своём воображении, переставляя их с ноги на ногу, в тот же миг магия откликалась и на самом деле вытягивала их из леса на тропу. С моего ракурса это выглядело, будто пальцы ребёнка действительно обхватывали их за талию и помогали передвигаться. При этом за спинами мертвецов обрывались иллюзорные, еле заметные тёмно-зелёные нити.

— Все это видят? — спросил я. Но у них ракурс был другой. Никто не отозвался, вероятно, никто и не разглядел.

Кони бодро семенили. Здесь можно было двигаться быстрее, не мешали деревья и корневища.

— Можно разделиться, запутать следы как зайцы, — сказал я.

— Не нужно, — подала голос Зефирка, откусывая очередной кусок своего лакомства. — Мика скрыла следы.

Саму Мику уболтало в седле. Она спала, придерживаемая Руаной.

Я с сомнением покосился на Кафьяна, старик кивнул.

— Ладно, — сказал я. — Тогда добавим темп. Скорость — наш союзник.

Какое-то время мы скакали спокойно, держась полузаброшенных лесных троп. Но вскоре предстояло пересечь большой тракт, за ним проехать по дороге, а потом полем до руин.

— Выслать бы кого на разведку, — сказал я. — Мертвецы слишком приметны.

— Я могу! — тут же отозвался Погром. — Меня и кони хорошо слушаются.

— Не сомневаюсь. Только вот мы здесь, чтобы вас обезопасить.

— А амулетов связи у вас никаких нет? — спросил я. — Чтобы мы не попали в ловушку.

— Пусть Барти и тётя-кошечка скачут, — сказала Зефирка.

Я глянул на Кафьяна.

— Она поймёт волнение других детей даже на расстоянии, — сказал старик.

Мне и говорить ничего не пришлось. Оба всадника погнали коней в галоп, словно на перегонки.

По пути я поглядывал на Зефирку, но она спокойно ехала, изредка отвлекаясь на красивые облака, или насекомых и птиц. Мы уже добрались до последних зарослей перед широкой дорогой, когда девочка сказала:

— Едут обратно.

Руана примчала первой.

— Повсюду разъезды, конные патрули и заставы.

Барти прискакал минут через двадцать и подтвердил слова девушки.

— Искал объездной какой-то путь, но всё перекрыто.

— Лорд Мор, карта при вас? — спросил я.

Он развернул свой экземпляр.

— Ближайший портал вот тут, — ткнул я. — Тогда не будем строить из себя шпионов. Рванём напрямик.

— Вот здесь и вот здесь застава, — показал Барт.

— По этой дороге два разъезда куролесят, — дополнила Руана. — Навстречу друг другу.

— Погром, готовь рогатку, придётся пустить её в ход. Вперёд, господа. За свободу алури!

Мёртвые кони не уставали, и это был огромный плюс. Отряд выскочил на тракт прямо на патруль, который, заслышав топот копыт, опрометчиво остановился. Двое всадников испугались. Замерли на пару секунд. Один развернул своего скакуна и припустил за подмогой. Болт Руаны выбил его из седла прямо под ноги лошади, и та запнулась и свалилась.