Свыше (ЛП) - Лэмб Бреа - Страница 33

И всё же из двери впереди не доносилось никаких звуков.

В конце концов, я умру сегодня ночью. Я умру, и моя семья никогда не узнает, как. Они перестанут принимать хайю и тоже умрут. И все наши страдания будут напрасны.

Дверь справа оставалась закрытой, когда сокращала последние пять футов. Четыре. Три. Два.

Слева дверь распахнулась, бледная рука протянулась и схватила мою ночную рубашку. Меня практически втащили в комнату, дверь громко захлопнулась за мной. Через несколько секунд послышался стук по дереву, но моя тревога за эту парочку уменьшилась с появлением другой опасности. Гораздо более зловещей.

Хотя я знала, что две женщины быстро меня убьют и без величия, но мужчина передо мной? Он будет наслаждаться моей смертью.

Альтаир был без рубашки и обуви, его тонкие пижамные штаны низко свисали с бедер, обнажая некую V-образную форму и тонкую линию почти серебристых волос ниже пупка. Его теневые отметины были темными и почти всепоглощающими, скрывая большую часть бледной кожи. Каждое движение рук, когда он открывал дверь, заставляло мышцы его торса напрягаться и двигаться — такие сильные, что он мог бы раздавить мне череп.

Было бы гораздо лучше, если бы меня выбросили в окно.

— Привет, Маленькая Пустота, — насмешливо произнес он, улыбка растянулась по его лицу. — Какой интересный поворот событий. Никогда бы не подумал, что увижу твое лицо первым.

— Извини, я не хотела тебя будить. Если ты пошевелишься, я могу уйти.

— У тебя кровотечение.

Я поднесла руку к голове, найдя жидкость в кудрях.

— Я в порядке. Я все исправлю в своей комнате.

— Разве это место кажется тебе сейчас безопасным? Учитывая, что тебя преследуют Прия и Дав? — значит это были Отарн и Зейд. Основные роды гнались за мной, как голодные звери. Единственное, что меня удивило, это его решение опознать их. Он так легко выдал своих якобы друзей.

— И какое тебе дело? Мне здесь ничуть не безопаснее.

Медленно он приблизился, подкрадываясь ко мне. Хотя мой мозг желал оставаться неподвижной и невозмутимой, ноги, казалось, решили иначе. Я отступила, каждый его шаг был равен двум моим.

— О, я бы никогда не подумал причинить тебе вред, Тершетта.

— Да, потому что мы с тобой такие замечательные друзья, — я ударилась спиной о стену. Нет, о окно. Чувствовала прохладу стекла под кожей, когда прижала к нему ладонь. — Уверена, ты ни разу не подумал меня убить.

— Ну, вполне возможно, — прошептал он, поднимая руку к моим волосам и перебирая одну из моих локонов. — Мне бы так хотелось заглянуть в разум такого блестящего шайтана.

Боже мой, мне хотелось ударить его. Поцарапать, схватить, укусить, пнуть. Что угодно. Но меня преследовало ужасное чувство, что я всего в одном неверном движении от того, чтобы довести его до предела.

— В конце концов, Тэлон там, верно? Внутри тебя. Очевидно, под всем этим скрывается что-то интересное, — он отпустил мой локон, с ухмылкой наблюдая, как тот отскочил обратно.

Хотя я часто изо всех сил старалась сохранять хладнокровие, вдруг обнаружила, что теряю всякий страх, когда попыталась ударить его. Он схватил меня за запястье, а свободной рукой за горло и притянул к себе. Так близко, что я чувствовала запах виски от его дыхания, наши губы и носы были всего в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Ты больше не застанешь меня врасплох. Я вижу тебя такой, какая ты есть, ахата. Что бы ты ни предлагала Тэлону, знай, что это никогда не сделает тебя достаточно хорошей, чтобы стать шайтаном, не говоря уже об элите.

Хотя у меня пульсировала голова и тошнило, я всё же отпрянула назад и плюнула ему в лицо, не обращая внимания на то, что это неизбежно приведёт к ещё большей боли.

И вот, это произошло. Разъярённый моей дерзостью, Альтаир пнул меня по задней части ног, отчего я рухнула. Его колено ударило меня в грудь, когда я падала. Закричала, но это было бесполезно. Кто спасёт меня теперь? Уж точно не я сама. Все мои мечты о том, чтобы стать героем собственной истории, оказались несбыточными, когда Альтаир оттолкнул меня назад и сел на меня сверху, его хватка на моей шее усилилась.

— Смерть — драгоценный дар для таких, как ты, когда рабство и боль — это всё, что скоро предложит жизнь. Ты должна благодарить меня за то, что я выполняю волю звёзд, — его глаза вытаращились, как, вероятно, и мои. Но как только я почувствовала, что мои лёгкие вот-вот взорвутся, его хватка ослабла. Мне не дали времени усомниться в его преданности основным ценностям, прежде чем он начал сжимать мои щёки пальцами, заставляя меня смотреть ему в глаза, приближаясь к моему лицу. — Но я не убью тебя сегодня ночью, Маленькая Пустота. Не тогда, когда ещё столько всего предстоит.

Дверь распахнулась, улыбка Альтаира стала шире. У меня хватило сил повернуть голову и увидеть там Зейда, вокруг которого, словно упавшая звезда, кружилась магия, а его янтарные глаза были почти чёрными.

— Похоже, веселье закончилось, — прошептал Альтаир мне на ухо.

Глава 19

Нова

«Моя любимая цитата из «Сказки о принцессе Эади»: «Справедливость часто воспринимается как нечто субъективное, ведь все мы стремимся к разным целям и результатам. В действительности же справедливость — это одна объективная истина: честное и этичное отношение ко всем». Я бы хотела рассказать об этом детям в школе, но мама говорит, что книга — секрет, потому что её запретили тысячи лет назад. Какие чудовища запрещали книги, я никогда не узнаю. Хотя нет, знаю. Конечно же, основные роды.

— Из дневника Новы Тершетты, 9240 ПЗ.

Тем утром Талон перенёс меня в свою комнату, отложив наши тренировки ради моего лечения. Как только меня сочли «достаточно хорошей», начались споры.

— Я убью их всех, клянусь! — он неустанно расхаживал перед своей кроватью, на которой я сидела, держа руки за спиной и нахмурив брови. Я перестала пытаться его успокоить десять минут назад, но всё ещё была категорически против любой мести, особенно с раскаленной головой и слишком громкими мыслями.

Зачем они это сделали? Что моя смерть им даст? Конечно, само моё присутствие уже было враждебным, но раньше они ничего подобного не предпринимали. Может быть, дело в Тэлоне? Может быть, Дав сделала это, чтобы помешать своему брату ещё больше разозлить их родителей? Может быть, Прия влюблена в него и не хочет моего присутствия? Или дело в чём-то более глубоком?

Прагматизм ускользнул от меня, когда я обдумала другой вариант.

Может быть, Зейд и Отарн напали на меня, потому что увидели во мне угрозу. Разве я только что не размышляла о пользе черной фазы, которая уравнивает уровень наших стажеров?

— Ты не убьешь свою сестру, Тэлон.

Все его движения внезапно прекратились, его тело словно погрузилось в себя. Затем он повернулся ко мне и рухнул у моих ног. Сначала его лицо оказалось у меня на коленях, а затем последовало холодное ощущение его рук на моих руках. Прикосновение так скоро после нападения вызывало у меня мурашки по коже, но кто я такая, чтобы отказывать ему в чем-либо после того, как он меня спас?

— Я бы сделал это для тебя, Нова, — пробормотал он мне в бедро, его тело дрожало, а левая нога начала трястись.

Я не была чужда удовольствия и тому, на что можно ради него пойти, но не могла отрицать, что каждое решение Тэлона сбивало меня с толку. Он не вел себя так, будто это было все, чего он хотел. Любой другой мужчина опустил бы руку ниже. Они потребовали бы плату за свою щедрость. По крайней мере, нормальный человек ожидал бы взаимных чувств. Что наводило на вопрос. Что он мог от всего этого получить?

— Она твоя кровь. Твоя семья. Думать так, как ты думаешь, никому не поможет, особенно тебе. Что скажут твои родители? Или остальные члены основного рода? — я крепко сжала его подбородок, заставляя смотреть мне в глаза, хотя этот жест казался неправильным после того, что Альтаир со мной сделал. — Самое главное, ты никогда не сможешь жить с собой. Месть ничего не значит перед лицом потери.