Кина не будет - Каневский Александр Семенович - Страница 39

ПАХОМОВ: Хорошо. Европа так Европа!

У него заиграл мобильник. Тина вздрагивает.

ТИНА: Пожалуйста, не отвечай!

ПАХОМОВ: Не могу: шеф! Я ставлю на громкость — послушаем вместе, наверное, он опять хвалить будет… Майор Пахомов у телефона.

ГОЛОС ЛУКОПЕРЦА: Немедленно выезжайте!

ПАХОМОВ: Но вы же мне дали отгулы.

ЛУКОПЕРЕЦ: Убийство!

ПАХОМОВ: Пошлите Рябого.

ЛУКОПЕРЕЦ: Он уже там. Но нужны вы. В своей квартире убит жених вашей подруги Елены Горчаковой. Эксперты ждут вас.

ПАХОМОВ (преодолевая шок): Хорошо. Через десять минут выеду — через час буду на месте происшествия.

ЛУКОПЕРЕЦ: Вряд ли: дорога скользкая после дождя. Подозревая, что вы уже приложились к своей фляжке, я выслал за вами машину, она уже у калитки. Так что выезжайте не откладывая.

ПАХОМОВ: Хорошо, понял! Я уже одной ногой на улице.

ЛУКОПЕРЕЦ: Пожалуйста, не забудьте и вторую ногу. (Мобильник отключился. Борис воздевает руки к небу.) Господи! Бедная Елена!

Виновато отводит глаза в сторону, чтоб не встретиться взглядом с Тиной. Она сама подходит к нему.

ТИНА: Отпуск мы обсудим в следующий раз, а сейчас тебе надо ехать.

ПАХОМОВ: Да, надо. Прости.

ТИНА: Но ты хоть успел наесться?

ПАХОМОВ: Не волнуйся! До кабана не дотянул, но до уровня поросёнка уже дошёл. (Он обнимает её.) Спасибо тебе, спасибо!

ТИНА: Это за котлеты?

ПАХОМОВ За то, что ты у меня есть!

Несколько раз целует её и выбегает из дома.

Обыск в квартире Григория ничего не дал: никаких следов убийцы. Только опять на столе лежал разводной гаечный ключ. Эксперты докладывают Пахомову.

ПЕРВЫЙ: Как и в тот раз, дверь была открыта изнутри, хозяин сам впустил убийцу.

ВТОРОЙ: На столе опять оставлен гаечный ключ — ни одного отпечатка.

ПЕРВЫЙ: Убит одним ударом по голове.

ВТОРОЙ: Тот же почерк.

ПАХОМОВ: Соседей по площадке расспрашивали?

КАПИТАН РЯБОЙ: Рядом две квартиры. Звонили, стучали — не откликаются: будний день, молодые на работе, дети в школе, пенсионеры продукты покупают.

ПАХОМОВ: Пойдёмте порасспрашиваем во дворе, может, кто видел, как он входил.

Но у дома ещё никого нет, на детской площадке тихо, «пенсионерские» лавочки пустуют. Только на свежевыбритом газоне возится дворник-таджик. Пахомов и Рябой направляются к нему, задают вопрос, и тут им везёт — дворник видел входящего в подъезд мужчину.

ПАХОМОВ: Помните, какой он? Расскажите.

ДВОРНИК: Немножко немолодой, но рыжий-рыжий, и причёска длинный рыжий, и борода большой рыжий, и большой чёрный очки.

РЯБОЙ: В котором часу это было?

ДВОРНИК: Я всегда приходить в девять.

ПАХОМОВ: Сколько времени вы работали у дома, в палисаднике, у других подъездов?

ДВОРНИК: Одна час, плюс половина час, плюс ещё половина. Я хорошо убирать, долго.

РЯБОЙ: А он из подъезда выходил? Который с рыжей бородой?

ДВОРНИК: Выходил три или четыре мужчина, но этот рыжий нет, этот рыжий я бы видеть.

Поблагодарив дворника, Пахомов отметил.

ПАХОМОВ: Всё тот же приёмчик: привлёк внимание яркостью, а вышел сереньким, незаметным. Значит, так: вы, капитан, остаётесь и продолжаете расспрашивать всех и каждого, а я поехал к Яне: она сантехника нанимала.

Квартира Яны. Она осунувшаяся, погасшая, но, как отметил Пахомов, без прошлого надрыва и плаксивости — внутренне собрана, глаза без слёз.

ЯНА: Я ведь Гришеньку второй раз хороню: первый — перед его женитьбой, второй — сейчас, когда его убили. Когда про женитьбу узнала, хотела покончить с собой, достала кучу снотворного, но вечером у дома он поджидал меня.

ПАХОМОВ: Вы ему позвонили?

ЯНА: Нет. Он сам почувствовал моё состояние! Привёл в кафе, долго говорил со мной. Сказал, как счастлив, что в его жизни есть такой человек, как я, что будет всю жизнь любить меня как друга, что очень доверяет мне, очень рассчитывает на мою помощь, всегда, во всём, даже сейчас, в ремонте его квартиры. Положил на стол ключи и деньги, просил найти рабочих, договориться и проследить за всем, конечно, если я согласна. Я радостно закивала, мне было горько, но приятно, что он мне так доверяет. Сейчас поняла, что он это специально придумал мне поручить, чтобы меня отвлечь.

ПАХОМОВ: Где вы нашли рабочих?

ЯНА: По Интернету, там столько объявлений! И сантехника нашла.

ПАХОМОВ: Сантехника? Что, Григорий с тех пор краны не поменял?

ЯНА: Тогда не дождался, сам починил. А сейчас решил заменить ванну на джакузи — он знал, что Лена их любит. Сказал: в домоуправление не звони, мол, там халтурщики — найди хорошего! Вот я и нашла, думаю, классного! (Она взяла с тумбочки цветную листовку-объявление и прочла вслух.) «Опытный сантехник, специалист по джакузи, любых форм и размеров. Быстро, качественно, красиво».

ПАХОМОВ: Где взяли это объявление?

ЯНА: В своём подъезде, в почтовом ящике нашла. Просто бог послал.

ПАХОМОВ: Вы уже общались с этим сантехником?

ЯНА: Только по телефону, вот этому. (Указала на листовку.) Можно звонить в любое время, у него автоответчик, он потом перезванивает.

ПАХОМОВ: Бог послал эту листовку только вам?

ЯНА: В нашем доме такие рекламки бросают всем соседям, и про ремонт, и про тараканов травить, и про доставить пиццу. Я решила начать ремонт сразу, на следующий день после их отъезда. Начать с ванной, там надо кафель сбивать, цемент, раствор, новые плитки, джакузи — много мусора… Потом наклеить обои и побелить потолки в комнатах — это уже проще. Но позвонил сантехник: «Хочу всё оговорить с хозяином». Я объяснила, что хозяин завтра вечером улетает, у него мало времени, поэтому всё мне поручил. Но сантехник упёрся: «Хочу лично с хозяином говорить, а то потом будут претензии: то не так, это не так… До отъезда. Лично!» Упёрся, как осёл! Я, конечно, разозлилась, но телефон дала…

Пахомов тут же достал мобильник и позвонил.

ПАХОМОВ: Володя, это Пахомов. Мобильник убитого уже расшифровали? Мне нужны разговоры за день до преступления, самые последние. Говори… Так… Так… Повторяю: «Приду в девять, покажу эскизы, выберете, договоримся о цене». И всё? Спасибо. (Отключает мобильник. Обращается к Яне.) Я это объявление забираю?

ЯНА: Берите. Я уже нашла другого сантехника.

ПАХОМОВ (удивлённо): Зачем?!

ЯНА: Гришенька мне поручил сделать ремонт — я сделаю.

Расставшись с Яной, Пахомов обходит все квартиры, показывает рекламку сантехника — в ответ соседи разводят руками: «Нет… Не было… Не получали…» Только в последней квартире на восьмом этаже многогабаритная соседка заинтересовалась.

СОСЕДКА: Я джакузи давно хочу, у нас ванна узкая, мне в ней тесно. Можно я запишу телефон?

ПАХОМОВ: Не советую.

Кабинет Пахомова. Он беседует с капитаном Рябым. Тот докладывает.

РЯБОЙ: Я дождался пенсионеров, возвращавшихся из магазинов, всех расспросил — никто нашего рыжего Карабаса-Барабаса не видел.

ПАХОМОВ: Поезжайте туда ещё к вечеру, когда народ с работы возвращается. Может, когда шли на работу, с ним столкнулись. Может, кто видел его сидящим в машине, уверен, что он в таком клоунском виде приехал не на трамвае. Может, запомнили машину? Цвет? Номер? Фоторобот готов?

РЯБОЙ: Дворника к нам привезли — делают.

ПАХОМОВ: Сразу разошлите. Уверен, что он после убийства там же разгримировался, но… На всякий случай!

РЯБОЙ: Что будем дальше делать, товарищ майор?

ПАХОМОВ: Думать и рассуждать. Начнём так: никто из соседей Яны этого объявления не получал. Значит, его подложили только ей. И подложили те, кто знал, что ремонт поручен ей и что Григорий улетает… Это первое!

РЯБОЙ: А второе?

ПАХОМОВ: А второго пока нет. Думать будем, Володя, думать!

Вечером Пахомов заглянул на дачу к Елене: она просила сообщить, как идёт расследование. Когда он пришёл, она, печальная, заторможенная, сидела у стола и слушала магнитофон, из которого звучала грустная мелодия, под стать её состоянию: