Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской (СИ) - Соболянская Елизавета - Страница 22

Герцогиня усмехнулась:

— Но девочки растут…

— Это верно, ваша светлость, лет через пять, когда наши крошки станут барышнями, мы с удовольствием пригласим господина профессора прочесть несколько лекций для самых одаренных. Это будет престижно и полезно для всех!

— Вы очень внимательны и не гонитесь за статусом, мадемуазель, — одобрительно сказала герцогиня. — Что ж, я склонна согласиться с вашим мнением.

Тут она позвонила в колокольчик, чтобы горничная пригласила в кабинет следующего кандидата.

В итоге, просидев в кабинете больше шести часов, дамы сошлись во мнении, что, возможно, нашли учителя танцев, учителя латыни, немецкого, английского и французского, фельдшера, пару классных дам и батюшку для преподавания Закона Божьего и отправления треб. Русскую словесность временно могла преподавать Александра, а вот русский язык, математика, история и география остались незакрытыми. Как и специальные, «дамские», науки вроде шитья, вышивания и экономного ведения хозяйства.

Тут дело было в том, что в той или иной мере этими науками владели все классные дамы и были готовы их преподавать, но методики преподавания не существовало, как и строгих правил. Саша вздохнула и пообещала ее светлости написать план и представить его на утверждение.

— Если мы планируем вырастить из этих девочек достойных жен офицеров и матерей, им нужно уметь не просто шить, но и кроить. Не просто штопать, а уметь подлатать мундир супруга. Это слишком объемная задача, ваша светлость, нужны специалисты, — призналась Александра, и герцогиня с ней полностью согласилась.

За ужином, на который Сашу пригласили остаться, девушка вспомнила про мастерицу и сумела заинтересовать герцогиню интересной формулой экономии — заряжать артефакт могут преподаватели, а потом и ученицы, а взамен они будут получать форму и заодно пройдут практику в мастерской.

— Несомненно, при школе нужен свой швейный класс, ваша светлость, для детей понадобится изрядное количество одежды, постельного и столового белья, различного текстиля. Но поначалу мы вынуждены будем обращаться к швеям, и этот вариант нам поможет очень хорошо сэкономить.

— Вы правы, мадемуазель, — согласилась герцогиня, — мне очень интересно взглянуть на швейный артефакт, я никогда такого не видела. Если позволите, я бы хотела навестить эту мастерицу вместе с вами.

Что могла на это ответить Саша? Только согласиться «с радостью и удовольствием».

Прапорщик Медведев тоже присутствовал за столом. Александра иногда посматривала на него, ровно так же, как на других присутствующих, и отметила, что их светлости приглашают за стол тех, с кем ведут дела, безо всякого стеснения, наравне с «домашними». Правда, детей за ужином не было — им накрыли стол в детской, но кое-кто из преподавателей сидел за столом, чтобы после трапезы дать родителям отчет об учебе детей.

После ужина ее светлость тепло простилась с Александрой и пообещала прислать бумаги преподавателей, прошедших проверку, курьером.

— Объявление о приеме детей выйдет через неделю, до этого времени нужно набрать хотя бы минимальный штат, — обеспокоилась герцогиня, — прошу вас, мадемуазель Пешкова, приезжайте через два дня к обеду, будем знакомиться с новыми кандидатами!

— С радостью, ваша светлость! — ответила Саша и отправилась в школу в компании прапорщика.

На обратном пути они вновь молчали.

Проводив девушку в дом, Медведев сказал:

— Мадемуазель, какие у вас планы на завтра?

— Заехать в мастерскую, забрать платья, — принялась выстраивать грядущий день Александра, она уже чувствовала неловкость, появляясь перед герцогиней в одном и том же платье не самого подходящего фасона. — Потом прием кандидатов. Уверена, завтра еще будут приходить по объявлению, да и соседи будут присылать дочерей и племянниц. Если Особый отдел успеет кого-то проверить, я бы уже взяла горничных и кухарку — здание нужно отмывать, белить, чистить печи и распределять комнаты. А если еще никого не проверили, тогда нужно ехать в мебельную мастерскую, заказывать кровати, учебные столы и скамьи, мебель в столовую и кое-что в комнаты классных дам. Ее светлость велела направлять счета ей, но на всякий случай выдала двести рублей ассигнациями на срочные расходы.

— Все ясно, значит, я приеду к десяти, чтобы вас сопровождать. Если ее светлость пожелает поехать в мастерскую с вами, я пришлю вестового с запиской.

Саша хотела было возразить — поздний вечер, у нее еще много дел, но… вестовой — не ребенок, а передать записку — невеликий труд, а ей критически важно знать, поедет герцогиня с ней в мастерскую или нет. Поэтому девушка поблагодарила мужчину и, как только дворник закрыл за ним дверь, поплелась в кухню — проверить, что ели слуги и чем целый день занимались.

Глава 19

Проверка, тренировка магии, несколько страниц в отчет для герцогини, глубокий сон — Александра не помнила даже, как готовилась ко сну, оставиву скучную рутину привычной Шурочке.

Утром горничная привычно постучала, внесла горячую воду, получила распоряжение накрыть чай с припасами из свертка и сообщила, что внизу уже ждут желающие получить место.

— Сначала чай, — решительно сказала Александра, останавливая вспыхнувшую внутри панику Шурочки. Юная и впечатлительная девушка хотела немедля бежать вниз — принимать людей, а вот Александра Николаевна прекрасно понимала, что без завтрака она выдохнется через полчаса и начнет совершать ошибки.

Горячий крепкий травяной настой с ложкой меда. Кусок кулебяки, постная лепешка с толченой картошкой внутри, баранки. От сытости снова потянуло в сон, но Александра умылась холодной водой и приказала приглашать людей в кабинет.

Кухарки, горничные, прачки — те заявились очень рано, галдели внизу, возле кухни, пока не прикрикнул дворник. Составив список кандидаток для Особого отдела, Александра вдруг действительно задумалась о вдовой чиновнице в качестве экономки. Каждый день разбираться с мелкими сварами уборщиц и кухарок не хотелось совсем. Ее забота — дети. И налаженная система работы. Чтобы полы мылись без ее участия, а также менялось и стиралось белье, готовилась пища, делались необходимые закупки. Что ж, возможно, без Курочкиной в ее ведомстве действительно не обойтись.

Дамы и господа, претендующие на преподавательские места, появились в более «приличное» время — к обеду.

Вот тут Александра насторожилась. Медведева все еще не было! И записки — тоже!

Неужели что-то случилось? Он ведь обещал приехать, чтобы сопровождать ее в мастерскую швеи! Как бы узнать, что происходит во дворце герцогов Ольденбургских? Не позвонить, не написать… Даже записку не отправить — не по чину барышне интересоваться здоровьем и самочувствием целого гвардейского прапорщика! А тут еще и поток желающих получить работу иссяк — время-то обеденное, всяк норовит отдохнуть!

Остановив бессмысленное метание по кабинету, Александра позвонила в колокольчик и приказала горничной подавать обед.

Она успела снова выпить чаю и съесть небольшую миску каши под изумленным взглядом Матрены — надо же, барыня, а простецкую кашу ест! Когда внизу хлопнула дверь, что-то прогудел дворник, и Фекла порхнула к ней с докладом:

— Барыня, к вам еще пришли! Мужчины! Сурьезные!

— Проси, — махнула рукой Александра.

А что ей оставалось? Прапорщика до сих пор нет, а одна она никуда не поедет — репутация и банальный страх заблудиться.

Мужчины, заходящие в кабинет, все как один менялись в лице. Им никто не сказал, что в благотворительной школе будут учиться девочки? Или они не ожидали увидеть директором женщину? Помнится, даже у Смольного института, устроенного Екатериной Великой, попечителем был Иван Бецкой — потому что без мужского «пригляда» дело считалось несделанным.

Александра держалась ровно. Здоровалась, представлялась и с порога уточняла:

— Вы действительно готовы служить в школе для девочек-сирот? Передавать знания магически одаренным бастардам?