Свергнутые (СИ) - "Агни Тлеющий" - Страница 42

— Внутренние ткани спеклись, Босс, но я чую, да… Я чую! Остатки энергии ещё плавают в этом теле, они не дают ему умереть, да… Мы можем выловить их, вытащить, вырвать, как червяка из гнилого яблока! Да-да-да! — Лоскутик нервно задергался в приступе не то смеха, не то конвульсий.

Маска наблюдал за Валерой. Тот лишь дышал сиплыми вздохами, как рыба, выброшенная на берег.

— Если чакра этой грязи не выгорела полностью, то извлеки ее, — сказал Маска. — Пересадим ее в новый сосуд. Если она уничтожена, то подготовь тело для имплантации чужой чакры. У нас есть подходящий донор.

Глаза Лоскутика заблестели от восторга:

— О-о-о, Босс, вы верите в меня, да! Какой вызов для моего гения! Я должен прощупать каждую его клеточку, да! Если в туше еще есть чакра, то я ее выловлю, выдерну, вытяну! Я всё сделаю, Босс, да!

Человекоподобное чудовище захихикало. Третьей рукой Лоскутик уже ловко отщёлкнул какой-то прибор, висящий на стене, поднес его к телу Валеры и включил.

Прибор был похож на сварочный аппарат, из которого тут же появилась синяя энергетическая дуга.

В следующее мгновение Валера заорал так громко, что за пару секунд порвал голосовые связки. Но даже этого крика никто не услышал, ведь Маска хорошо позаботился о шумоизоляции нового исследовательского центра.

На следующий день я проснулся с легкой головной болью и слабостью в теле.

Ну привет вам, последствия использования большого количества чакры. А вот башка болит, скорее всего, после того жуткого типа в маске.

За ночь регенерация практически полностью исцелила меня. Хотя бы руки уже не выглядят, как пособие по строению скелета. Я покормил обоих котов, проверил, не нагадили ли в тапки. Всё в порядке, котики быстро поладили и сейчас оба хрустели кормом.

Сегодня мне дали выходной от занятий. Грамезан хотела дать целых три дня отгулов с обязательным посещением больнички, но я отказался. Одного дня достаточно для регенерации и восстановления чакры. А пока что — пойду навещу Боба.

Толстяк вцепился в того огненного идиота и не отпускал, даже когда плавилась его собственная кожа. Не сдался, молодец.

Сначала я забежал в кафе и взял фруктов, а потом уже и в мед блок. Здесь было тихо. Коридоры, можно сказать, пустые, только пара медиков бегали с планшетами взад-вперед.

На стойке регистрации узнал палату Боба и пошел к нему. Обычная палата на первом этаже. Постучал и сразу открыл.

— О, Леха! — раздался удивительно бодрый голос для жареной котлеты, которую я ожидал увидеть. — Рад тебя видеть!

Я аж застрял в дверях. Палата была светлой, с большим окном, которое выходило на парк. На койке сидел Боб. Вернее лежал, приподнявшись на трех больших подушках. Замотан в бинты с головы до ног. Только глаза, нос и рот торчали из белой ткани. Выглядел как египетская мумия. Жирная египетская мумия.

— Здарова, Бобо — я прошел в палату, закрыв дверь. — Ну как ты, чемпион?

— Лучше всех! Я-я думал, что сдохну! — он усмехнулся, а бинты на щеках натянулись.

— А куда делись твои заикания? Ты ж почти ровно говоришь. — я прошел к тумбочке и положил фрукты.

Мы пожали руки.

— Доктор Харлин с-сказала, что это, возможно, связано с выбросом чакры. Мол, с-стрессовая ситуация переключила какие-то там нектарины.

— Нейроны?

— Ага, я так и сказал же?

Я с улыбкой кивнул, Боб продолжил:

— Я думаю, я п-просто перестал бояться. Наверное.

— Так держать. Да в тебе воли побольше, чем в Валерке будет раза в два.

— Не знаю, но я его не отпускал до последнего и забирал его энергию. Я же помог? Я слышал, что ты его после этого уделал!

— Уделал, уделал. Ты давай не переживай так, а то раны опять откроются.

— Аг-га… Лекари говорят, через пару дней уже снимут бинты. А еще… Днем я сам себя лечу чакрой. Вот, смотри!

С этими словами вокруг толстяка появилась золотая аура. Я ее ощутил, это и правда было легкое лечение. У нее есть своя особенная аура, и даже если ты не подвергаешься лечению, то чувствуешь, как рядом лечится кто-то другой.

— Ну всё. Значит послезавтра жду тебя на тренировочной арене. Поспарингуем, раз ты уже не ссышь. — улыбнулся я.

Боб чуть отвел глаза с легкой улыбкой.

— Слушай, Лех… Тут кое-что важное. Ко мне в библиотеке подходил один старшекурсник. Илья его зовут, н-но фамилию он не сказал.

— И чего? — я поднял бровь.

— Ну… Кароче, позвал меня в бойцовский клуб или типа того. Они готовятся к межшкольному турниру, который скоро начнется.

— А ты что?

— Ну… Я согласился. — Боб посмотрел на меня и в его глазах горел огонёк. — Я х-хочу попробовать. Впервые в жизни чувствую, ч-что могу.

Он помолчал, потом добавил уже чуть тише:

— А ты не хочешь пойти со мной? На тренировку? Хотя бы на первую встречу?

Я ухмыльнулся и уже хотел сказать Бобу, что ему пора самому вершить свою судьбу, или какую-то подобную пафосную дичь, но я и правда задумался.

Валерка внезапно стал сильным и я его урыл, но это было, что называется «на тоненького». А ведь в школе есть ребята намного круче Валеры. Элитные отряды, старшекурсники с рангом «А» и, возможно, выше. Я никогда не проверял себя против настоящих бойцов. Все эти драки с гопотой и мелким хулиганьём — не в счет. Турнир — это шанс почувствовать свой предел.

— А давай! — сказал я. — Уговорил, демон языкастый. Схожу с тобой на тренировку.

Боб то ли подпрыгнул, то ли его скривило судорогой от боли, но вроде улыбается…

— Эй, Боб, ты же улыбаешься? Чего тебя так перекосило, а?

— Больно блин… и вообще не смешно… — тяжело, но с улыбкой выдохнул толстяк, и добавил. — А может, я ещё и выиграю что-нибудь? Медальку там, или крутой кубок… — и мечтательно закатил глаза.

— Ты сначала на спарингах хотя бы выживи, чемпион! Потом уже будешь придумывать себе медали и кубки, — усмехнулся я и подошел к окну, выглянув во двор.

Там во всю бурлила учеба, начались тренировочные бои на арене. Пойти посмотреть, что ли?

— Я выживу. Т-теперь точно выживу. И… Спасибо тебе, Лех. Если бы ты не вступился тогда, в первый день, я бы так и остался тем «жирным холодцом». Ты показал мне, что можно по другому…

Стало даже немного неловко. Я почесал затылок и снова перевёл взгляд на окно.

— Да ладно тебе, я просто дал пинка под твой жирный зад, а дальше ты уже сам побежал. — усмехнулся я.

— Н-нет. — он покачал головой. — Ты мой друг. И я это ценю.

— Ой, да кончай уже. Понял, я понял, — я хотел похлопать его по плечу, но там негде хлопать, везде бинты и наверняка ожоги.

— Ладно, но ты знай!

— Знаю-знаю. Всё, давай, чемп. Поправляйся. — я пожал его руку в бинте.

Боб ответил на рукопожатие и посмотрел на старомодный будильник на тумбочке:

— О! Точно, иди уже! А то сейчас должна прийти симпатичная медсестра вот с такими дынями!

Боб показал «Вот такие дыни», и я остался впечатлен.

— Не подавись дыньками! — сказал я, посмеиваясь, и вышел за дверь.

А теперь за настоящие тренировки. Пора двигаться наверх.

Глава 17

Я вышел из медблока и потянулся. Боб в порядке, даже стал лучше, чем прежде. Похоже, каждая драка идет ему на пользу.

Ладно, теперь можно и глянуть, что там за движняк такой происходит на ближайшей арене? Гул доносится знатный, явно ж не просто так. Свернул к ней, засунув руки в карманы, и потопал.

Арены в школе были одинаковыми и одновременно разными. Каждая площадка представляла из себя огромный открытый амфитеатр, в центре которого круглая площадка с разметкой. Наверху натянуты тенты, защищающие от солнца. У стен тянутся ряды скамеек, на них сейчас кучкуется десяток учеников. Различия арен были в покрытии под ногами. Были стихийные арены, где под ногами расположился небольшой слой воды. Были «огненные» арены, где по краям стояли горящие жаровни. Каждая такая арена давала преимущество в силе, если энергия чакры совпадала с окружением. Если управляешь водой, то легче делать это, находясь в воде и тому подобное. Но стихийников было мало, сейчас большинство ребят имеют более узкие силы. Кстати, что до данной арены, то она была песчаная. Свободных мест здесь полно, так что я сел во втором ряду, вытянув ноги.