Свергнутые (СИ) - "Агни Тлеющий" - Страница 34

— Понятно-понятно. Пойдем в кафетерий. Возьмем пожрать и всё расскажу. К тому же, попробуешь самостоятельно залечить свои раны. И заодно расскажешь про новую стычку с Фрагом.

— П-п-пойдем…

Мы прошли в ближайшую кафешку и набрали еды. По пути забежали в местный универсальный магазинчик, и такой есть, да. В итоге я взял порошок для стирки, еду коту, пельменей про запас и сок. Боб же тащил два огромных сета роллов, две большие бутылки газировки и ведро острых куриных ножек. Как оказалось, перебинтованная рука никак не мешала ему всё это тащить. Глаза, так вообще, буквально горели от предвкушения трапезы.

Поднялись ко мне в комнату и начали раскладывать запасы. Бобу сразу понравился мой кот, он от него не отходил. После знакомства с тем, начал изучать мою небольшую коллекцию ранобэ на полке.

— А… а… а… а это что? — спросил Боб, вытянув томик. — Ин-интересное?

Я оглянулся, разбирая пакеты. Он держал книжку с названием «Ремонтник, ломающий кровати одиноким леди за 30».

— Рановато тебе ещё такое читать, возьми, что попроще, — хохотнул я.

— Ох, Лёха, знал бы ты, ЧТО я прочитал за свои-то годы! — сверкнули у того глазенки.

— Вот как, ладно, можешь взять, — махнул я.

Тот с довольной лыбой сунул книгу в рюкзак.

Мы уселись и начали есть. По ходу дела я рассказал ему всё. Про Дайбо, про его способность усиления, про мои способности в совокупности с его силой и той белой капсулой. Кароче — всё.

— … Вот так, Бобо, — подытожил я рассказ и откусил хрустящую курочку.

— Обалдеть… То есть… У меня дара нет… В-вместо этого… У меня р-раздвоение личности? — он уставился в кружку с колой.

— Не знаю. Доктор ничего об это не говорила, сказала только, что ты поглощаешь Дайбо. Вроде как, забираешь его силу.

— Так и есть! Наверное… — сначала обрадовался Боб, но затем опять сник. — Я д-думал, это м-моя способность, а выходит, н-нет…

— Судя по словам дока, она может быть твоей, если ты поглотишь Дайбо. Тебе какая разница, откуда взялась сила? Ты идешь в нужном направлении. Сожри этого Бога изобилия внутри себя и забери его силу. Приключение на двадцать минут, — я улыбнулся, запивая соком.

— Тебе легко говорить… — пробубнил Боб. — Что если это он поглотит меня?

— Не думаю, с твоим-то аппетитом тебе и Дайбо будет мало, — усмехнулся я, указав взглядом на пустое третье ведёрко крылышек.

— Хе-х, ммможет ты и п-прав, — согласился толстяк.

— Осталось только одно… — я щедро намазал ролл васаби и закинул в рот. — Омном-ном. Тот паренек, который заболел сразу после драки с тобой. Видимо, это тоже твоя сила.

— Д-думаешь? — Боб обмакнул куриную ногу в панировке в томатный соус, и капая себе на ладошку, смачно откусил.

— Сам подумай. Ты тогда решил, что ты — всадник апокалипсиса. А, выходит, можешь стимулировать силу и забирать саму жизнь, или здоровье. Как-то так.

— Офигеть… Точно! Я п-попробую… — и Боб перевел взгляд на моего кота.

— Э, даже не думай!

— Да н-нет… Я просто з-задумался. — усмехнулся он.

— Можешь вечером встать на проходной общаги и поубивать всех комаров, что залетят. Выпив их жизни. Вахтер тебе спасибо скажет, — посоветовал я. — Как раз и сил уйдёт немного на насекомых.

Толстяк задумчиво кивнул и налёг на остатки еды.

Котик тоже натрескался и теперь лежал на подоконнике, подставляя живот солнышку. Я допил сок и хлопнул по столу.

— Ладно, жрать ты горазд смотрю, давай запускай регенерацию!

— А… э… А как?

— В смысле «как»? Ты уже использовал способности минимум дважды. И не надо «ля-ля», что не обладаешь регенерацией. У большинства Божеств есть эта способность, у Бога изобилия точно должна быть. — я отряхнул руки над столом — Так что давай, не тяни кота за яйца, и исцели себя. А то ходишь, как подгоревший шашлык.

— Л-ладно… Попробую…

Следующие полчаса Боб пыхтел, сопел, махал здоровой рукой, пытался спарринговать со мной, чтобы вызвать те же эмоции, как в бою, затем просил меня, чтобы я его побил «по нормальному», в итоге уставший и задолбанный Боб уселся на стул и тяжело дышал после очередного раунда спарринга.

— Бобо, пойми принцип работы способности. У тебя ведь получалось, — я подбадривал его. — Ощути в себе энергию, точнее, место, где она находится, и тащи оттуда всеми силами!

— Да не получается у меня! — выпалил уставший Боб и хлопнул открытой ладонью по столу.

Из-под его ладони взлетели в воздух золотые всполохи энергии.

— Во! Нащупал? Теперь тащи! Хватай её и тащи! — я стоял напротив с другой стороны стола и пристально пялился ему в глаза.

— В-вроде… Что-то чувствую… Я чувствую!

— Отлично! Теперь думай о своих ранах, латай их, лечи, чини! Представляй, как энергия окутывает каждую кость, мышцу, как проходит сквозь поры на коже, как струится прямо по крови. Лечись!

И…

Боб начал лечится.

Его всего окутала золотая дымка.

За несколько секунд его ожоги начали сходить, синяк под глазом разошелся и выровнялся по тону кожи, и напоследок осталась рука. Спустя еще с минуту Боб мог спокойно шевелить и махать ею.

На всё ушло примерно пять минут, может семь. Не «вау», но для Боба — прорыв. Я подобные мелкие «коцки» залечиваю за минуту максимум, и то, если я наполовину сплю.

— Так держать, Бобо! Покажи Дайбо — кто там у вас теперь хозяин! — я хлопнул толстяка по плечу и…

Исчез нахрен из комнаты…

Черт бы побрал усиливающие способности Боба!

Кирилл «Кира» Черный.

Патлатый очнулся в белой палате, залитой светом. Тут же осмотрелся и понял, что прикован к кровати десятком ремней. Руки, ноги и туловище намертво зафиксированы. Хорошо, хоть голову не пристегнули.

Первая его мысль была не о себе, а о гробе, который носил за спиной. Он сразу же увидел его в паре метров от кровати, а над ним склонилась блондинка с причёской карэ и в белом халате, разглядывая узоры короба через увеличительное стекло.

— Не трогай! — зашипел Кира и закашлялся.

— О, уже очнулся. Хорошо. — Харлин выпрямилась, отложила лупу на передвижной столик. — Хочу сразу расставить все точки, Кирилл. Все эти ремни — для нашей общей безопасности. Я наслышана о тебе и то были не самые приятные рассказы.

Харлин сама не знала, как рискует, разглядывая гроб Киры. Если бы у него осталось хоть немного чакры, то сразу бы напал на нее. Ведь короб ему дороже собственной жизни. Но, он убедился, что печать не сорвана. Значит всё в порядке.

— Ты слышала только одну сторону конфликта. — огрызнулся Кира.

— Об этом мы еще поговорим. Так что не беспокойся, я выслушаю всё, что захочешь рассказать. Кроме того, постараюсь тебе помочь. Я в курсе через что тебе пришлось пройти. И сочувствую тебе, Кирилл, досталось же тебе.

— Засунь своё сочувствие себе в зад. Лучше отпусти меня и я пойду. Тогда я поверю тебе. А пока — можешь лить дерьмо в уши кому-нибудь другому. — он попытался пошевелить рукой, но бесполезно.

— Пока что я не могу тебя отпустить, есть определённые протоколы, и дабы меня не уволили, я должна их соблюдать. А потому, если мы с тобой плодотворно побеседуем, то сниму ремни. Ну как, договорились? Всё же просто. — и мягко улыбнулась.

Удивительно, но Кира не увидел в её улыбке фальши, что показалось ему странным. С чего бы докторша так улыбается? Ей что-то надо… Гроб?

— Спрашивай. — фыркнул он.

Харлин, поправив очки, приступила:

— Начнём с недалёкого прошлого. Расскажи, как проходила твоя учёба до того, как ты попал к нам.

— Ты мои мемуары собираешься писать или что?

— Хочу узнать тебя получше, и понять, как и чем смогу помочь.

— Какая ещё нахрен помощь… я по-вашему психбольной?

— Ну, знаешь, не многие ребята носят за спиной гроб. — Харлин положила ладонь на короб.

— Тц. Это никого не должно еб*ть. И если не уберёшь от неё руку, то я тебе ее сломаю. — угрожающе шипел Черный.

— Извини. — доктор убрала ладонь. — Ты сказал «она»? «Она» так дорога тебе? — прищурилась Харлин.