Свергнутые (СИ) - "Агни Тлеющий" - Страница 19

— Пойдем, Рэмбо, прогуляемся, воздухом подышим.

— Кто? Эй, п-погоди! Ты бы в-видел его лицо когда я ему ж-ж-жахнул! Вот такенные г-глаза были! — Боб поднялся из-за стола, но рассказ продолжил на одном дыхании.

На выходе из здания, у него зазвонил телефон. Он достал гаджет из кармана и поспешно пожал мне руку.

— Ох, б-блин, мама… Л-ладно, потом у-увидимся, — и принял вызов. — Д-да мамуля? Да, поел…

Я молча пожал его руку и пошел гулять один.

Начало положено. Боб уже не та размазня, каким был пару дней назад. Теперь глаза горят, в голосе появилась какая-никакая уверенность в себе. Теперь его жизнь уже не будет прежней. Да и мне всегда приятно, когда слабый становится сильнее. И кем же я был в прошлой жизни, если мне так нравится восстанавливать мнимую справедливость? Всем же понятно, что жизнь была, есть и будет несправедлива. Так какого черта, я всегда пытаюсь это исправить?

Забежал к себе в общагу, покормил кота, насыпал ему запас корма и обновил воду. Захватил рюкзак, кошелек, зарядку на всякий, и снова вышел на улицу.

Атмосфера для прогулки превосходная! Солнышко, девчонки в коротких юбочках, и заигрывающий ветер, пытающийся эти самые юбки задрать повыше. Ляпота! Пойду прогуляюсь, а заодно заберу расчет с бара «Midnight», в котором работал до поступления в школу.

На подходе к воротам столкнулся с кучей народа. Ученики разбредались по своим делам маленькими группами. Кто-то уезжал к родственникам, кто-то просто уходил гулять как я, а кто-то спешил на подработку. Некоторые, особенно упёртые, оставались в школе. Они занимали тренировочные арены, спорт площадки, храм, и небольшой тренажерный зал в подвале.

Впереди я заметил знакомый силуэт — грациозная походка, сочные бедра, каблуки и глубокий вырез на юбке почти до попки. Льдинская. Видимо, собралась гулять с подружками по магазинам.

— Дамы, — поклонился я, проходя мимо пяти девушек, — Снежана.

Та наморщила носик и отмахнулась.

— Иди уже, Семенов. Времени на тебя нет.

— У меня на тебя тоже, — и помахал, уже удаляясь от них.

— Дурак!

— Твоя красота только что померкла на пару пунктов! — и выхожу за ворота.

— Ты… Ты… Да чтоб тебя, Семенов! — послышалось вслед.

Как же просто зацепить эту аристократочку. Хех, ничего, я еще исследую ее холмы, низины и другие достопримечательности.

Всунул в ухо наушник и воспользовался приложением подбора музыки под настроение. Дорогущая штука, лучше меня самого подбирающее плейлист.

Заиграла виолончель с примесью металла. О, то что нужно.

Я гулял, глазел по сторонам, рассматривал людей и витрины магазинов. Из каждого «утюга» орала реклама товаров от сверхов:

«Спортивное питание от гуру физического развития — Скалы! Это нужно твоим мышцам прямо сейчас!»

«Беги со скоростью молнии с новыми кроссовками-чпокерами от Шторма!»

О! А эта для девчонок:

«Твоя личная жизнь станет горячее с новым интимным гелем от Оленьки»

Я всегда не любил орущую рекламу, но теперь особенно сильно. Из каждого телевизора и радио доносятся голоса сверхов. Такое ощущение, что они давно перестали быть Героями, а стали только продающей мордой для брендов. И ведь теперь каждый ученик-сверх пытается хорошо себя проявить, чтобы схватить контракт на рекламу пожирнее. Кажется, что они целыми днями теперь снимаются в разных роликах, вместо того, чтобы помогать обычным людям. И от этого воротит.

Свернул во дворы, где потише и меньше людей. Услышал умоляющий мужской крик.

— Помогите, пожалуйста кто-нибудь! Кха! Кха… — мужчина закашлялся, затем просьба повторилась — Пожалуйста, помогите, ради Бога!

Я заинтересовался и пошел на звук. Голос звучал достаточно убедительно, это явно не местные алкаши отношения выясняют. Что-то и правда случилось.

Повернул за угол и увидел большое зеленое дерево с огромной короной листвы. Под деревом туда-сюда ходил старик, одетый в грязное рванье. Какое-то древнее пальто, старая грязная вязанная шапка, сапоги. И это в плюс двадцать. Дед смотрел на дерево, поглядывал на прохожих, и просил помощи, но никто не торопился помочь ближнему.

— Помогите, прошу! Там…- начал старик снова, увидев молодого парня, который проходил рядом.

Мужчина не успел договорить, он увидел как юноша отрицательно помотал головой и рукой заодно. Не сбавляя темп ходьбы, прошел дальше.

Затем старик тут же повернулся к мужичку в галстуке лет тридцати с той же просьбой, но тот начал обходить его ещё за десять метров.

Дед явно не какой-то алкаш, не мелочь просит, но никто даже не смотрит в его сторону.

В такие моменты я и теряю веру в человечество. Вот так будет тебе нужна помощь и хрен кто обернется. А если ты потеряешь сознание и упадешь, ударившись головой, то скорее всего у тебя вытащат торчащий из кармана кошелек.

Подошел ближе к старику и махнул.

— Какая помощь нужна?

Тот обернулся на меня, в глазах надежда, будто от меня зависит его жизнь.

— Да вон же! Вон он! — мужчина указал рукой вглубь зеленой листвы. — Залез, а слезть не может.

Я присмотрелся и увидел среди веток испуганного серого котенка. Он вцепился коготками в кору и сидел, не шевелясь. Каждые пару секунд пушистик издавал жалобное «мяу».

— Секунду, — сказал я, скинул рюкзак на землю и полез на дерево.

Можно было «мелькнуть» к котику, но я не настолько отчаянный. Да и мало ли, как этот дед отреагирует, старое поколение «нормисов» недолюбливают сверхов. Некоторые даже считают нас мутантами, исчадиями Ада, проклятыми, результатами экспериментов правительства, а особенно отбитые — называют инопланетянами. Ирония в том, что последние — правы, по сути. Каждый сверх переродился из другого мира, а значит мы — иномирцы. Хе-хе.

Подтянулся на руках, оперся на ствол ногами, нашел опору и снова подтянулся. Через пол минуты взял котенка в руки. Тот никак не хотел отлипать от своей ветки, зацепившись когтями. Пришлось оторвать его вместе с небольшим кусочком коры.

— Все хорошо, маленький! — кричал дед снизу, внимательно наблюдая. — Тебя спасают! Не смей кусать этого молодого человека!

Последнее предложение бомж произнёс сильным твёрдым голосом, что меня удивило. До этого он говорил так, будто ему стыдно за собственное существование.

Я спрыгнул с последней ветки, придерживая котика двумя руками.

— Вот, держите.

Шерстяной комок сразу вцепился в деда и с царапающим звуком полез по его грязному пальто на плечо. Уселся там и начал тереться о шею.

— Благослови тебя Господь, молодой человек! Как хорошо, что еще остались отзывчивые юноши! Спасибо! — дед буквально просиял от счастья. Улыбка живая и искренняя, а глаза стали влажными.

И тут до меня дошло — это ведь не просто котенок, а его единственный друг. Ну или родственная душа.

— Ваш? — я кивнул на кота.

Дедушка отмахнулся с улыбкой.

— Да что ты! Прибился ко мне у теплотрассы и никак не уходит. Спит даже со мной, — дедушка повернул голову к котенку, сидевшему на плече и ткнулся лбом в мордочку животного, тот начал облизывать лоб шершавым языком. — Я отпустил его погулять на траве, поесть жуков может каких, а тут из подъезда вылетела собака. Я даже среагировать не успел! А за собакой хозяйка бежит, что-то кричит, но псу было всё равно. Вот малыш испугался и залез на дерево, а слезть — никак.

Я понимающе кивнул, дед улыбнулся, и я увидел как его губы треснули… Черт, да у него же обезвоживание! Губы сухие, в трещинах, как и кожа лица. Ключицы острые и выпирают вперёд — явный признак долгого голодания.

Я взял рюкзак, закинул на плечо и окинул взглядом двор. Люди обходили нас и старались не смотреть. Была пара неловких взглядов обращённых на меня, мол «что ты с ним говоришь, от него же воняет». Как же бесит человеческое равнодушие.

— Пить хотите? — спросил я, перекладывая кошелек в карман штанов.

Дед несколько секунд изучающе смотрел на меня. Было видно, что он очень хочет пить. Хочет, но не может об этом попросить.