Город прощения - Ми Лэй - Страница 10

Худая женщина в темных очках вошла в закусочную «Хунхун» и села за столик у двери. Хозяйка, которая как раз перебирала закуски на прилавке, увидев ее, просияла:

– Пришли? – Она вытерла руки о фартук и обошла прилавок. – Снова соевое молоко со вкусом финика?

Женщина кивнула:

– И сяолунбао[8] со свежим мясом.

– Появились новые, с мясом и соленым яйцом. Хотите попробовать порцию?

– Давайте.

Соевое молоко и сяолунбао быстро поставили на стол. Женщина сняла темные очки, открыв бледное лицо, воткнула трубочку в пластиковый стакан, взяла палочки и медленно начала есть и пить.

Несколько клиентов расплатились и ушли, и в закусочной стало намного тише. Хозяйка поставила на один из пустых столов две миски простой рисовой каши, несколько тарелочек с закусками и позвала дочь завтракать. Спустя несколько минут из внутренней комнаты выскочила маленькая девочка лет семи-восьми, села напротив хозяйки и принялась шумно поедать кашу.

Женщина съела лишь два сяолунбао и отложила палочки, потягивая соевое молоко; ее взгляд все время переходил с хозяйки на ее дочь. Обе были поглощены едой, изредка перекидываясь парой слов и посмеиваясь. Хозяйка уже съела больше половины миски каши, заедая ее огурцом и яйцом вкрутую. Девочка же быстро хватала маринованные водоросли, копченую свиную печень и соленое яйцо, с аппетитом уплетая все это вместе с кашей.

Заметив взгляд посетительницы, хозяйка смущенно улыбнулась:

– Пока клиентов не очень много, успеваю перекусить…

Женщина тоже улыбнулась, указав на ее миску с кашей:

– Слишком пресно.

– Здоровье не очень, много чего не могу есть… – Хозяйка провела рукой по пояснице. – Уремия. Мне пересаживали почку.

– Да? – На лице женщины не было ни тени удивления. – Тогда тем более нужно обращать внимание на питание.

– Да ну, доктор говорит, нужно поддерживать нормальный вес, меньше соли и жира… – Хозяйка в два глотка доела кашу. – Я в этом не разбираюсь, просто слушаю врача.

– Слова правильные, но нельзя же перегибать палку. – Женщина снова улыбнулась. – Вам нужно есть больше белковой пищи.

– Есть же яйца… – Хозяйка поставила миску, подошла и села напротив женщины. – Вы не представляете, до пересадки почки я вообще ничего не могла есть. От одного баклажана могла умереть.

Женщина кивнула:

– Да, много калия.

– Сначала хотелось всякого разного, потом постепенно привыкла. Не ешь – и не ешь, и не думаешь. – Хозяйка с горькой усмешкой покачала головой. – Сохранить жизнь непросто, боюсь снова испортить эту почку…

Женщина медленно потягивала соевое молоко, на ее лице появился интерес:

– На пересадку почки нужно много денег?

– Да. – Хозяйка вдруг стала говорить уклончиво. – К счастью, помогли.

– Кто был донором?

– Не знаю. – Она опустила глаза. – Врачи не велели расспрашивать; говорят, существуют какие-то правила. – Провела рукой по столу. – На самом деле я очень хочу знать, кто этот добрый человек, – это же мой спаситель…

Женщина уставилась на покрытый испариной лоб хозяйки. Та подняла голову, встретила ее взгляд и спросила:

– Я вижу, вы часто приходите. У вас родственники в этой больнице лежат?

– Нет. – Женщина легко выдохнула. – Я живу неподалеку. – Она оглядела зал. – Почему я не вижу вашего мужа?

– Давно развелись. Как только я заболела, он сразу сбежал… – Хозяйка скривила губы. – Я тоже понимаю, никто не хочет всю оставшуюся жизнь таскать на себе обузу. Разошлись так разошлись, сама с ребенком проживу.

Женщина перевела взгляд на все еще уплетающую еду девочку:

– Сколько лет ребенку?

– Восемь… Нань, поздоровайся с тетей!

Девочка, держа во рту кусок колбасы, соскользнула со стула и аккуратно поклонилась женщине:

– Здравствуйте, тетя.

– Здравствуй. – Взгляд женщины смягчился. – Какая умница…

– Никаких особых достоинств, но послушная… – Хозяйка тихо вздохнула. – Через пару лет уже пора в школу, как-нибудь перебьемся.

Женщина, ничего не ответив, подняла руку и посмотрела на часы. Встала, расплатилась и быстрым шагом вышла за дверь.

– Остановитесь здесь. – Ай Вэнь взяла рюкзак. – И вытащите мне инвалидную коляску.

– Что? – удивился водитель, обернувшись. – До больницы еще несколько сот метров, я довезу вас до входа…

– Не нужно. – Ай Вэнь достала из рюкзака косметичку и принялась накладывать макияж.

Водителю ничего не оставалось, как припарковаться у обочины. Заглушив двигатель, он вышел, обошел машину сзади, открыл багажник и вытащил складную инвалидную коляску.

Ай Вэнь уже привела себя в порядок. Водитель открыл заднюю дверь, помог ей выйти, усадил на уже разложенную коляску, затем снова заглянул в машину.

– А что делать с этими двумя большими сумками?

– Просто повесьте на ручки коляски. – На лице Ай Вэнь было такое выражение, будто она в любой момент готова тронуться. – Быстрее.

– Я провожу вас. Вдруг что случится, директор Ай точно меня не простит…

– Хватит болтать, слушайтесь меня. Через час приезжайте за мной. – Ай Вэнь нетерпеливо похлопала по коляске. – Кстати, папе не говорите.

Водитель безнадежно покачал головой и, как она просила, повесил две большие сумки на ручки.

Коляска оказалась намного тяжелее, чем ей представлялось, и вскоре у Ай Вэнь заныли руки. К счастью, нашлись добрые люди, которые помогли ей, довезя до лифта в больничном стационаре. Красивая девушка в инвалидной коляске действительно вызывает больше сочувствия. В лифте Ай Вэнь с некоторой гордостью подумала, что сегодняшний образ добавит ей очков.

Выйдя из лифта, она с усилием покатила коляску в сторону палаты в конце коридора. Вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок – то знакомое и странное ощущение снова вернулось…

«Кто-то следит за мной».

Она остановила коляску и резко обернулась.

В коридоре торопливо сновали люди – врачи и медсестры, а также озабоченные пациенты или их родственники. Несколько человек смотрели на нее, но Ай Вэнь точно знала, что ощущение исходило не от них.

Как и раньше, каждый раз, когда она настороженно оборачивалась, преследователь растворялся в воздухе. Однако ощущение пристального взгляда в спину долго не отпускало ее. Ай Вэнь прикусила губу, развернулась и снова покатила коляску, в глубине души надеясь, что это просто нервы.

Пань Сяо неподвижно лежал на больничной койке – глаза закрыты, лицо восковое. Ай Вэнь посмотрела на его впалые щеки, и сердце у нее екнуло. Она подкатила коляску к кровати и взяла его левую руку, лежащую поверх одеяла. Пань Сяо открыл глаза, увидел ее и выдавил улыбку:

– Ты пришла?

– Как ты себя чувствуешь? – Ай Вэнь почувствовала, что его рука влажная и холодная; выступающие костяшки были покрыты тонкой кожей. – Все хорошо?

– Более-менее, просто нет сил. – Пань Сяо с трудом повернулся к ней. – А ты все еще не можешь без коляски?

– Уже немного могу ходить сама. – Ай Вэнь оперлась руками. – Хочешь, пройдусь?

– Не надо, не надо, – поспешно остановил ее Пань Сяо, его дыхание снова участилось. Ай Вэнь не смела больше двигаться, лишь тихо похлопывала его по руке, пока дыхание постепенно не выровнялось.

– Надеюсь, ты скоро поправишься… – В глазах Пань Сяо снова появился блеск. – Так долго не могла ходить… Наверное, тебе было тяжело?

– На самом деле мне не нужно целый день сидеть в коляске. – Ай Вэнь подмигнула ему. – Я просто надеюсь, что твоя мама перестанет так меня ненавидеть.

– Притворяешься несчастной? Ах ты… – Пань Сяо рассмеялся. – Постарайся понять ее.

– Я, конечно, понимаю… – Ай Вэнь опустила голову. – Это все из-за меня.

– Не говори так. – Пань Сяо погладил ее по волосам. – Всё уже позади.

Поглаживание по голове было приятным. Ай Вэнь прильнула к мужчине, склонившись над кроватью, и медленно закрыла глаза.