Хозяин Оков XII (СИ) - Матисов Павел - Страница 12

Мне очень не хотелось контактировать с данным дымом или вообще приближаться. Наверное, я должен был почувствовать страх или брезгливость, но приятные благовония надежно стерли тревогу из моего сознания.

Я прошел следом за Кшанти. Эмиссар остановилась рядом с завесой, припала на одно колено и склонила голову, что являлось обязательным при встрече с Королевой для высшего сословия. От низших же требовалось рухнуть на колени и уткнуться головой в пол. Мы еще поспорили с хозяйкой, какой вариант нужно избрать мне. Кшанти настаивала на низшей версии, я же пытался убедить ее в том, что маг моего калибра не может принадлежать к презренной касте.

Кшанти совершила ошибку. Она не дала мне прямого приказа. Ошейник слегка надавил на сознание, когда у меня возникли мысли о нанесении вреда репутации хозяйки, но я снова прибег к уловке. Подумал о том, что негоже выставлять слугу Эмиссара в качестве никчемного таракана. Сумерки рассчитывают на мою силу, а значит, я должен вести себя подобающе. Тогда и репутация хозяйки не пострадает.

Верный настрой помог мне одолеть ошейник подчинения, который сомневался, надо ли меня бить болью или нет. Вернее, сомнения крутились лишь в моей голове. Артефакт их и считывал.

Я опустился на одно колено и склонил голову.

— Презренный! — недовольно шикнула на меня Кшанти, повернув голову.

Намекая, что я должен был бухнуться лбом в пол.

— Госпожа, следите за языком в покоях ее величества! — произнес я проникновенно, сложив руки на груди в качестве знака умиротворения.

Мне бы тоже стоило помалкивать, но не удержался. К счастью, благовония влияли и на Кшанти, поэтому эльфийка не стала заострять внимание на моем колком замечании.

Завеса из проклятья рассеялась. Я услышал легкое шебуршание ткани, шелест проклятых вихрей. Помимо благовоний, в воздухе витал терпкий аромат эльфийских духов.

— Поднимите головы, — разрешила Королева.

Мы подняли взор и посмотрели на хозяйку Небесного дворца. Перед нами стоял массивный трон, созданный из переплетенных древесных стволов, веток и листьев. Весьма живописная мебель. Вполне в духе эльфов. Разве что он подошел бы скорее Высоким или Лесным эльфам, а не Ночным. Последние у меня больше ассоциировались с разными мрачными подземельями и пещерами. Однако география диктовала традиции и даже менталитет. Ночные эльфы обосновались в той части Шимтрана, где росли высоченные Небесные Столпы, и это определило многие их особенности. Даже трон правительницы был сформирован из дерева.

На помосте восседала Ночная эльфийка в ниспадающих просторных одеяниях. Вокруг нее клубились сгустки темного дыма, проклятье витало вокруг лица, источалось глазами и кончиками волос. От Королевы разило Проклятьем.

Помимо этого, во внешности правительницы я не заметил ничего выделяющегося. Темные волосы, фиолетовые глаза и бледно-лиловая кожа. Красивая, само собой, но от этих Ночных эльфиек у меня уже в глазах рябило.

Эманации проклятья, витающие вокруг Королевы, напрягали и слегка пугали.

Пожалуй, больше всего меня впечатлила мощь, исходящая от Ночной эльфийки. Я не мог точно определить ранг Королевы, но правительница Сумеречного Леса являлась самой сильной одаренной, которую я когда-либо встречал. Фиолетовый ранг? Или выше? Кто его знает. Мне не с чем сравнить ощущения от магического чутья, поэтому сказать сложно. Нет референтных точек, на которые я мог бы ориентироваться. Просто существа подобной мощи до этого мне не встречались. Разве что какие-нибудь эпичные монстры и левиафаны, но тех было сложно оценить.

Выражение лица у Королевы оставалось нейтральным. Словно восковая маска. По глазам что-либо понять было практически невозможно. Зрачки источали темные струйки проклятья, не давая нормально наблюдать за ней. Впрочем, вряд ли мне хватит способностей считать истинные чувства правительницы Сумеречного Леса. Я и людей-то читать умею плохо, что уж говорить про Ночных эльфов.

— Лучезарный маг… Ты выглядишь иначе, чем я себе представляла, — пробормотала она, склонив голову набок.

— Лучше? — подметил я.

— Другим, — невозмутимо ответила правительница, после чего перевела взгляд на Кшанти. — Ты хорошо потрудилась, дщерь Леса. Наслышана об успехах Лучезарного мага на тренировках. Когда мои посланники добудут оставшихся стрелков, он восстановит свою полную мощь.

— Благодарю за похвалу, ваше величество… — склонила голову Кшанти.

Королева снова обратила взор на меня:

— Я знаю, что ты чувствуешь себя чужим в Сумеречном Лесу, человеческий маг. В империи к тебе относились лояльно, почитали и одаривали наградами. Но не думай, что Сумеречное Королевство не знает, что такое благодарность. За верную службу ты получишь больше, чем мог бы тебе предложить старый император. Включая и избавление от ошейника. Разумеется, взамен от тебя требуются преданность и верная служба во благо Леса.

— Служу Сумеркам! — ударил я себя в грудь, иронизируя.

— Твое отношение несерьезно! — хмуро обронила Королева, распространив вокруг себя проклятые эманации.

— Прошу простить моего слугу за дерзость. Я недостаточно воспитывала его, ваше величество! — покаялась моя хозяйка.

— Принуждением не всегда можно добиться результата от чародея. Тебе не в чем винить себя, дщерь Леса. Слова ничего не значат, и лишь по делам можно будет судить об истинном настрое Лучезарного мага, — пылающее проклятьем существо повернуло голову в мою сторону. — Империя не слишком хорошо обошлась со своим сильнейшим чародеем. Мы не повторим тех же ошибок. Ты можешь быть уверен, что никто из высших не посмеет тронуть тебя. С Эмиссаром Ренуати я поговорила лично. Она осознала, что величие Королевства важнее личных счетов.

— Рад слышать… — откликнулся я.

Благовония создавали расслабленный настрой. Я начал приходить к выводу, что Королева Ночных эльфов вообще не настолько плоха. Есть над чем работать, но она не безумная психопатка, как та же Ренуати. Так вот почему Ночная стерва в последние дни сидела тихо. Видимо, Королева вправила ей мозги. Правда, не уверен, что внушения хватит надолго.

— Прими этот серебряный лист, Лучезарный маг…

Королеве поднесли на подушечке сверкающее металлическое украшение. Эльфийка взяла предмет, подошла ко мне и закрепила на отвороте камзола. Кшанти следила за процедурой с округлившимися глазами. Украшением оказалась брошь в виде серебристого листочка. Я видел подобные отличительные знаки на многих клановых эльфах, включая высокопоставленных.

— Отныне ты причислен к высшей касте Сумеречного Леса, — на губах Королевы заиграла легкая улыбка.

— Благодарю за честь! — отчеканил я.

— Но, ваше величество… традиции запрещают вешать серебряный лист на того, кто носит ошейник подчинения, — пробормотала удивленная Кшанти. — Ведь это означает, что он служит Лесу не по своей воле.

— Ради столь умелого чародея можно сделать исключение, — провела Королева пальцами по моей щеке.

Я аж весь встрепенулся, подобрался и чуть не отпрянул в сторону из-за отвращения и страха перед пульсациями проклятой стихии, эманации которой витали подле Королевы. Слишком сильна была психологическая травма во мне из-за проклятья, которое отравляло мою жизнь долгие месяцы.

Правительница вернулась к древесному трону и уселась на помост. Тревога постепенно уходила.

— Считай это авансом за твою верную службу, Лучезарный маг.

— Империя получит по заслугам! — заверил я.

— Твой настрой прекрасен, чародей, — кивнула Королева. — Но ты должен знать, что Сумерки способны не только награждать отличившихся, но и карать провинившихся. Дабы ты не забывал об этом, у меня есть для тебя еще один особый подарок…

Тон правительницы мне не понравился, но сделать я ничего в любом случае не мог.

Вихри проклятья закружились вокруг королевы, похожие на диких зверей, охочих до свежей крови. По мановению руки столбы темного дыма вдруг бросились в мою сторону, преодолели разделяющее нас расстояние и захватили мое тело! У меня перехватило дыхание. Казалось, все естество прошил слабый электрический разряд, местами разлилось онемение. Немощь длилась недолго. Спустя несколько секунд дымка рассеялась, и я вернул самообладание. Боли или дискомфорта не ощущалось.