Лекс.Трилогия (СИ) - Нетт Евгений - Страница 148

Ну а за ними двумя показался и Рихт, по всей видимости, уже успевший ввести всех в курс дела настолько, насколько это было возможно.

– Лександр, – принц коротко кивнул мне. – Я ознакомился с посланием… и вынужден сообщить, что это не дурная инициатива Безопасности, и не «проверка лояльности». Ни один из отчитавшихся отделов ИБ не санкционировал подобного. И я рад, что ты пришёл с этим к нам, а не стал держать всё в тайне…

– У меня были сомнения на этот счёт, Александр, – признался я, ничуть не покривив душой. – На кону оказалось благополучие моих близких. Но логика подсказала, что играть по чужим правилам – значит лишь отсрочить проблему, а то и приумножить её масштаб…

«Впрочем, нельзя не признать, что с восемнадцатилетним юнцом это вполне могло сработать. Но репутация и связи Лександра сыграли мне на руку: никакой эмоциональной реакции на угрозу „любовнице‑простолюдинке“ не случилось. Хоть что‑то хорошее в этом шлейфе дурного прошлого…».

– Именно это понимание и отличает разумного человека от слепца‑идеалиста, – Александр выдохнул беззвучно, сложив руки за спиной. – Однажды поддавшись на такие угрозы, человек гарантированно попадает в ловушку уже сделанного или не сделанного. Впрочем, вряд ли тебя сейчас удовлетворит демагогия…

Принц смерил меня доброжелательным, но уставшим взглядом, словно говорящим «ну почему снова ты?», после чего кивнул Поуку.

Безопасник вышел вперёд на полшага:

– Господин Лазарь, я уполномочен сообщить, что ваш отец, Его Сиятельство граф Альберт Лазарь, уведомлён о возможной угрозе. К вашим младшим родственникам, в частности, к сёстрам, будет откомандирована группа специалистов по сопровождению и защите. Потенциально угроза многогранна, и Имперская Безопасность не собирается оставлять без присмотра ни одной потенциальной цели. У меня всё.

Поук отошёл назад, старательно изобразив своё превращение из человека в предмет интерьера. Получилось у него неплохо: видно, опыт уже имелся.

Я же перевёл взгляд на Александра, выждав пару секунд:

– Ты предвосхитил мой вопрос, Александр. Но список близких мне людей не ограничивается только и исключительно родными, – я поймал его взгляд. – И я предполагаю, что даже если у Империи хватит возможностей приставить телохранителей ко всем «потенциальным целям», то после второй, пятой или десятой итерации начнутся проблемы…

– Имперская Безопасность уже делает всё возможное для того, чтобы выявить членов этого «кружка по интересам», Лександр, – принц безошибочно уловил мой посыл. – Но это не произойдёт мгновенно, как бы нам ни хотелось иного.

– Чудес я и не жду, – я медленно кивнул. – Но я хочу, чтобы ты знал, Александр – я готов оказать посильную помощь в поиске негодяев. Они посмели угрожать моей семье, и я не хочу ждать, пока проблему решит кто‑то другой.

Александр чуть склонил голову, поправив очки на переносице и посмотрев на меня взглядом, застывшим на грани между инстинктивным стремлением руководствоваться холодным расчётом – и желанием сохранить искренность.

– Посильная помощь, – повторил принц задумчиво, словно пробуя фразу на вкус. – Лександр, ты ведь понимаешь, что сейчас балансируешь на острие ножа? С одной стороны – твоё желание защитить близких, которое я разделяю всецело. А с другой… Ты – мишень, и твоё участие во всём этом вполне может быть ровно тем, чего наши недоброжелатели и добиваются. Любой шаг может привести к фатальным последствиям.

– Я это понимаю, – мой голос не дрогнул. – Но бездействие – тоже шаг, Александр. И, возможно, именно тот, который им и нужен. Лично я совсем не уверен в том, что прямо сейчас «Те, Кому Повезло Зреть в Будущее» не занимаются вербовкой других студентов, используя те же методы. Где одна угроза – там и вторая…

Александр вздохнул, бросив взгляд сначала на Рихта, а затем – на Поука. Он цокнул языком приподнял очки и устало потёр переносицу:

– Хорошо, – бросил он тихо. – Тогда начнём с того, что уже было сделано. Стоит признать, что я и сам пока не в курсе всего. Рихт?

Старший следователь шагнул вперёд, выудив из папки копию листка‑послания. Очевидно, что оригинал уже ушёл к специалистам – Имперская Безопасность действовала по горячим следам в надежде сходу выйти на составителя записки.

– В интересах следствия я хочу уточнить несколько моментов, господин Лазарь. Вы обнаружили записку в своей комнате. Дверь была заперта?

– Да, – я кивнул. – Я запираю её даже тогда, когда ухожу ненадолго. Это привычка.

– Следы взлома, на ваш взгляд?

– Отсутствовали. Замок был цел, окно закрыто изнутри, все вещи остались на своих местах. Сам листок лежал на полу, в метре от порога. Лично я склонен считать, что его протолкнули под дверью – щель позволяет это провернуть даже первокурснику, минимально владеющему эрикс‑искусствами…

– Учтём. Более вы ничего не видели? Ни с кем не пересекались по пути в комнату?

– Я возвращался вместе с основным потоком студентов, господин Рихт, – я покачал головой. – Проще сказать, с кем я не пересекался, нежели наоборот.

– Что ж… это звучит разумно, – нехотя признал мужчина. – К сожалению, камер в коридорах общежития крайне мало. Аристократы не любят, когда за ними следят. Даже если это вопрос безопасности…

Я проследил за взглядом следователя, направленным на Александра. Принц же старательно делал вид, что тонкий намёк на весьма толстые обстоятельства прошёл мимо него: даже Его Высочество не собирался вступать в конфронтацию со всей знатью, пытаясь заставить тех пожертвовать приватностью в пользу безопасности.

– Господин Рихт, могу я уточнить один момент? Оригинал послания. Ранее я сообщил вам, что сама бумажка была вырвана из тетради Алисии Фольт…

– Девушку уже проверяют, господин Лазарь, – начал он, и тут же поспешно поправился: – Проверяют, что она в безопасности, и что ей никто не успел навредить. Пока удалось установить лишь, что конспекты студентки Фольт хранились в её комнате, и в последние дни наружу она их не выносила.

– Следовательно, или записка была подготовлена сильно заранее, что невозможно с учётом её содержания, или у террористов есть доступ и к женскому общежитию тоже, – подытожил я, нахмурившись. – Это всё усложняет.

«Я наивно полагал, что листок у Алисии позаимствовали, пока она была в, скажем, библиотеке… но общежитие? Один умелый диверсант – это много, хоть и терпимо. Но два разнополых, или вообще один эксперт высочайшего класса, действующий на территории, битком набитой безопасниками, гвардейцами и охраной?..».

– Существенно усложняет, – Александр кивнул, вновь поправив очки. – Рихт, чем ещё мы располагаем?

– К сожалению, Ваше Высочество, – следователь развёл руками, – на текущий момент это всё. Господин Лександр пришёл ко мне не больше часа тому назад, и специалисты из Управления должны были только‑только взяться за дело. У нас будет на порядки больше информации к утру, но сейчас мы располагаем только самыми общими сведениями…

– Что автоматически делает дальнейшее обсуждение почти бессмысленным, – принц поджал губы, в несвойственной ему манере дав волю эмоциям, прорвавшимся в голосе. – Лександр, я предлагаю закончить на этом на сегодня. Как и сказал Рихт, разумно будет дождаться итогов работы специалистов и выводов аналитиков прежде, чем принимать значимые решения. А ещё нам следует отдохнуть…

– Определённо стоит, – согласился я, выдержав паузу в несколько секунд. – Завтра будет тяжёлый день.

Александр хмыкнул:

– Необычайно тяжёлый. Лександр, – он чуть прищурился, протянув мне руку, – могу ли я считать, что так или иначе, но ты принимаешь то моё предложение?

«Вот же… Аристократ, одним словом. Но этот союз теперь нужен не столько ему, сколько мне. Потому как своими силами защититься со всех сторон я не смогу».

– По сути своей, да, – я крепко сжал его ладонь. – Ты можешь так считать, Александр.

– Превосходно, – Его Высочество широко улыбнулся, а усталость в его взгляде на миг сменилась промелькнувшим в нём триумфом. – Тебя сопроводят до общежития, а завтра выдадут коммуникатор, адаптированный для работы в ныне «закрытой» сети Академии…