Лекс.Трилогия (СИ) - Нетт Евгений - Страница 136

В мужском общежитии в противовес женскому стояла тишина: в холле нас встречал только комендант, а коридоры были совершенно пусты. Все парни сидели по комнатам, не демонстрируя того же желания в случае опасности сбиваться в стайки, что наблюдалось у девушек.

Гвардейцы обменялись молчаливыми взглядами, «передав» нас дежурным у входа, и удалились. А мы с Димой и Виктором притормозили у лестницы.

– Я, наверное, пойду, – бросил Громов, хлопнув меня по плечу. – Завтра увидимся. Не задерживайтесь.

Он ушёл, и мы остались вдвоём с Виктором. Блондин шумно выдохнул, потерев ладонями глаза, и вскинул голову:

– Лекс, если когда‑нибудь понадобится помощь, любая помощь, просто скажи. Я не откажу…

– Я знаю, Вик, – ответил я ровно, не дав ему перейти к долгим, неловким для нас обоих разглагольствованиям. – И я это ценю. Идём, завтра, чую, нам понадобится уйма сил. Как минимум тебе – Мариэллу наверняка скоро выпишут…

Виктор снова вздохнул, ещё раз благодарно мне кивнул – и направился к своей комнате. Я же двинулся к своей.

Заперев дверь, стянул с бедра катализатор. Скинул штаны, осмотрел кожу и хмыкнул: на этот раз обошлось без ожогов, только лёгкое покраснение. Новый подход к использованию техник показал себя лучше, чем ожидалось, но и мне было, куда расти. Я мысленно отметил этот факт, прикинув основные пункты на пути самосовершенствования как оператора эрикс‑искусств, и отправился в душ.

Через пятнадцать минут, чистый и почти невредимый, я плашмя рухнул в постель. Потянулся было к телефону, но вспомнил, что связи нет, и до Эльзы сообщение всё равно не дойдёт.

Дальше мне оставалось только закрыть глаза и провалиться в сон без сновидений: что ни говори, а при всём моём опыте и навыках такое столкновение вымотало меня эмоционально.

Убивать я всё равно не любил, и никакие обстоятельства не могли это изменить.

Глава 18

Светлость герцог Озмунд

– Доброе утро, – я опустился на свободный стул рядом с Эльзой, водрузив перед собой полный еды поднос.

– Доброе, – девушка окинула меня быстрым взглядом, но под рукав заглядывать не стала. Хороший знак. – Выспался?

– Более‑менее, насколько это возможно, за пять‑то часов, – хмыкнул я, памятуя о вчерашних «приключениях». – А Виктор?..

– Ещё не приходил, – отозвалась Лиза, целенаправленно и быстро сметая еду. – Надеюсь, он не натворил глупостей и не пытался прорваться в лазарет с шашкой наголо…

– Не пытался, – отвратительно бодрый Громов качнул головой. – Я заходил к нему перед завтраком. Он спал, и уверил меня в том, что планирует спать дальше.

– Это мудро, – а что ещё можно было сказать? – Вчерашний вечер всем дался нелегко, а Виктор… ну, ему особенно нелегко пришлось.

За столом повисла непродолжительная, уютная тишина, которую нарушал только и исключительно звон столовых приборов. Общий зал сегодня выглядел не как обычно: многие студенты предпочли принимать пищу в столовых своих общежитий, а те, кто всё‑таки пришёл, как мы, разговаривали вполголоса, тихонько обсуждая события прошедшей ночи.

Охранников, опять же, в зале было очень много, а за окнами в воздухе зависли пришвартовавшиеся армейские дирижабли – при свете дня не выглядящие столь пугающе.

Я как раз заканчивал разделывать яичницу, когда Дима со стуком поставил кружку на стол, подавшись вперёд:

– Слышали про Лидали? Всё подтвердилось, – брюнет чуть понизил голос. – Он – предатель. Причём уже давно, но подозрительной активности до этого момента не проявлял. Поэтому и просочился в академию. Организовал проникновение диверсантов через подкоп. Снаружи целую ячейку, говорят, накрыли, с финансированием откуда‑то из‑за границы. Маскировались под лавку подержанных катализаторов, оттуда и организовали подкоп – три километра по прямой.

– Три километра? – я отложил вилку. – И никто ничего не заметил?

– Эрикс‑искусства, – Громов цыкнул языком. – Они и не такое позволяют провернуть, если есть опыт и понимание процесса. Но это не всё. Академию ведь дополнительно охраняла внешняя гвардия… и её патрули они тоже очень «удачно» обошли. Белль?

Блондинка степенно кивнула, всем своим видом продемонстрировав, кто именно поведал об этом Диме:

– Лидали умудрился завести близкое знакомство с одной женщиной‑гвардейцем, – произнесла Белль размеренно и тихо. – Через неё он и получал всю информацию. Втайне от неё, конечно же.

Эльза нахмурилась:

– Это жестоко – так использовать чьи‑то чувства. Втайне – значит, она знать не знала о том, что дала доступ к чему‑то секретному?

– Лидали хорошо подготовился, – Дима кивнул. – Но правда в том, что гвардейцам категорически запрещены любые случайные связи без согласования с Имперской Безопасностью. Поэтому она понесёт полную ответственность за всё произошедшее. Вполне вероятно, что эта гвардеец вообще из семьи Первой Сотни – иначе имя бы уже разгласили.

– Серьёзно? – Эльза нахмурилась. – Впервые о таком слышу…

– Мне мой дядя рассказывал, – парень пожал плечами. – Нет повода ему не верить. Это же правило и на всех офицеров высокого ранга согласно табели распространяется. Иначе слишком велик риск шантажа или предательства. Гвардейцев много, безопасники за всеми иначе не поспели бы…

– Да они и так не сказать, чтобы поспели… – я поморщился. – Первая Академия считается одним из самых безопасных мест. А тут прямо череда несчастий какая‑то.

– Этого они и добиваются, – бросила Эльза, пододвинув свой стул ко мне поближе. – Вообще, если так подумать, то, о чём сказал Дима… даёт ответы на многие вопросы. Я‑то полагала, что офицеры и гвардейцы считаются верными мужьями из‑за характера, а не потому, что за ними тщательно присматривают.

– Пу‑у‑ух, – Лиза изобразила руками нечто взорвавшееся, – и вся романтика испарилась, да? Верность, продиктованная тем, что иначе тебя ждёт трибунал… лучше бы вы об этом не знали, девочки.

– У каждого свои представления о романтике, – Белль улыбнулась одними лишь уголками губ. – Но в этом всё равно есть определённая… надёжность, не находишь?

– Нахожу, – кивнула Эльза перед тем, как покоситься на меня и тут же отвернуться к окну.

«Буду считать, что она просто примеряет такой статус на меня, а не думает о чём‑то другом» – подумал я перед тем, как запретить себе развивать эту мысль. Я обещал себе не торопиться, и едва ли с того момента что‑то изменилось.

После завтрака мы собирались оккупировать одну из свободных аудиторий для того, чтобы пообщаться без лишних ушей и, возможно, заняться самообразованием, но у выхода с общего зала меня перехватил лично Александр.

Выглядел он уставшим – тёмные круги под глазами, чуть прищуренный взгляд, лёгкая дёрганность в движениях. И одновременно с этим он казался собранным и довольным.

Словно события последней ночи принесли с собой не только проблемы, но и некоторую выгоду, способную компенсировать потери.

– Лександр, – он улыбнулся, поправив очки на переносице. – Уделишь мне немного своего времени?

– Конечно, Александр, – я кивнул Эльзе, которая, напоследок сжав мою ладонь, отошла к Лизе.

«И не скажешь, что она – юная девушка. Всем бы такие способности к пониманию».

– Прекрасно. Если честно, Лександр, твоё присутствие требуется не только мне. Вернее даже, не мне, – исправился он. – Герцог Озмунд лично прибыл в академию, и изъявил желание поговорить со всеми теми, кто поучаствовал в инциденте…

Мы вышли в коридор и удалились от общего зала, а принц заговорил чуть громче:

– Широкой общественности о твоей роли сообщать не стали. Но некоторых, включая герцога, ввести в курс дела всё‑таки пришлось. Впрочем, – Александр усмехнулся, сложив руки за спину, – мы приложили все усилия для того, чтобы твой разговор и последующее внимание не стали предметом всеобщих обсуждений…

– И как именно, если, конечно, это не тайна? – поинтересовался я, аналогично убрав руки. Оказалось на удивление удобно: можно не думать, куда деть конечности во время разговора.