Варвара начинает расследование (СИ) - Шумская Елизавета - Страница 16

Образец почерка у Ростислава имелся. Ему даже не прошлось слишком долго тренироваться: писали они весьма похоже, ибо их гувернёр признавал только каллиграфически идеальные работы. Перехватывать ответы отца и имитировать, что конверты от Тамары пришли из другого города, тоже оказалось несложно. Как и добиться, чтобы отец пригласил её вернуться. Хотя бы навестить родной дом.

А потом книга пропала.

Ростислав чуть не рехнулся. Кричал, отчитывал прислугу… Пока не нашёл книгу, спокойно стоящую на полке в библиотеке. Ни Галка, ни Ираида Семёновна не признавались, что туда её отнесли. И тогда он понял — это снова сестра. А поразмышляв немного, признал, что она права: книга в его комнате может вызвать подозрения, если вдруг случится расследование. Отец запросто может вызвать полицию, наплевав на скандал.

— Спасибо, Томочка… Я тебя не подведу.

Подвёл.

В этот раз он тоже её подвёл.

⟰ ⟰ ⟰

— Но я не понимаю, почему так произошло! Не понимаю! — причитал Ростислав, а я сидела и думала, верить ему или не верить. Почему бы и нет? Ведь он признался в убийстве. И всё его сожаление касалось не самого факта, а того, что погиб отец, а не мачеха. Закону на такие нюансы наплевать. А мне? Вернее, даже не мне, а дому и его морокам достаточно ли его признания? Правдиво ли оно? Зачем Ростиславу врать? Выгораживать ему, увы, больше некого. Да и сделал он всё так, как было написано в книге.

К тому же, чувства чувствами, месть местью, а убивать отца Ростику совершенно невыгодно с учётом того жуткого завещания, что уничтожила Ираида Семёновна. Они, конечно, могут быть в сговоре, но всё же куда логичней действительно убивать Зинаиду. Так что да, наверное, я Смородинову-младшему верила. Но почему же тогда умер Афанасий Всеславович, а не его супруга?

История вообще выходила уж больно странная.

Призраки действительно в некоторых случаях могли двигать вещи. Редко, но такое случалось. Но чтобы призрак вызвал другую нежить? Это что-то новенькое.

Очень подозрительно.

А если это не призрак? Как тогда можно объяснить эту самоходную книгу?

Вот ведь! Думала, этот разговор даст полную ясность, а результате что? Признание хоть и есть, но вопросов стало ещё больше! Кстати…

— А как вы провели нежить в дом? — спросила я, оторвав Ростислава от самобичевания.

Он недоумённо посмотрел на меня.

— Я же рассказал. Три раза произнёс…

— Дом защищён, Ростислав Афанасьевич, — не дала я ему закончить. — Причём кем-то из Терновых. Они ставят отличную защиту от нежити. Как вы обошли их охранный барьер?

Смородинов-младший, молча, смотрел на меня и растерянно хлопал глазами.

Глава 10

М-да, похоже, я ещё не скоро отсюда выберусь.

А ещё я вдруг поняла, кого мне напоминает Ростислав — моих непутёвых братьев! Всех троих, даром, что возраст у них совершенно разный! Как провинятся — вот такое же выражение лица. Для себя я его переводила примерно так: «Я не знаю, как так вышло. Оно само. Я не виноват. Вернее, виноват, но пожалейте, пожалуйста». Тьфу на них. Вернее, на него. На Ростислава.

Плеваться я, разумеется, не стала. Просто молча вышла из комнаты. Надо обязательно узнать, что стало с этим дурнем в реальности. Нисколько не удивлюсь, если бы он не вынес угрызений совести и сдался властям. Хотя нет, тогда заказчик бы рассказал про этот случай. Впрочем, с учётом, какая Зинаида с «братцем» ушлые, для Ростика и без этого всё могло закончиться очень и очень печально. Например, домом для умалишённых, а то и вовсе несчастным случаем.

Пока не появилось фактов, опровергающих слова Смородинова-младшего, я решила ему поверить. Но лишь частично, а именно в его рассказ о том, что делал именно он, но никак не в призрака. Это уже перебор. Опять же защита Терновых не пустила бы его. Если только Тамара на самом деле не умерла именно в этом доме. Это маловероятно, поэтому пока не буду об этом думать — и так множество вопросов. Кто подсунул Ростику книгу? Зачем её потом забрали? Почему умер Афанасий Всеславович, а не Зинаида? Почему не сработала защита? Если в ней сделали лазейку, то как и кто?

Да тут не то, что за сутки не уложишься, тут и пяти дней будет мало! А у меня максимум три! По ощущениям, половина из них прошла, а то и больше. Узнала я много, но опять без подозреваемых! Да что ж такое-то⁈

Позлившись немного, я смирилась с тем, что поиск надо начинать сначала… Нет, не смирилась! Вообще не смирилась. Так и булькала как вода в чайнике на огне, пока размышляла, как теперь подступиться к этому делу. Решила начать с выяснения вопроса, который сама же задала Ростиславу.

Защиту Терновы ставили на совесть. Нежити её не сломать. По крайней мере, если это будет одна тварь. Нашествие не-мёртвых… тут смотря, что заказывали. Свои секреты Терновы хранили крепко. Большинство людей видели только внешнюю часть их работы: установку знаков на самых крайних точках дома — больше всего выдающихся вперёд углах, крыше и в подвале. Часто у особняков имелись различные башенки, балкончики, эркеры. Вот чем дальше выступает какая-то часть дома, тем вероятнее, что именно на неё поставят один из опорных символов защиты. Собственно, это всё, что я знала. А как работают эти знаки, понятия не имела. Однако дедушка всегда говорил, что человек не может сотворить ничего вечного, а ломать люди умеют куда лучше, чем создавать.

Надо осмотреть эти знаки. Может, увижу что-то необычное. Шанс, конечно, небольшой, но вдруг повезёт. Да и если их ломали, то, скорее всего, делали это топорно. Чтобы сделать тонко, нужно быть Терновым. Или кем-то со сходными умениями. Хм… или иметь соответствующий тишайший дар. Но тогда мне не повезло, ничего не поделаешь.

Я снова отправилась донимать Ираиду Семёновну. По-моему, она скоро будет помнить меня несмотря на смену круга. Зато узнала точное расположение знаков, которое оказалось не таким уж очевидным.

Есть у моей старшей сестры подруга, и вот она любит говорить, что ежели требуется умный ответ, а сказать тебе нечего, сделай задумчивый вид, покивай якобы своим мыслям и спроси этаким неспешным тоном: «А каково ваше собственное суждение на сей счёт, сударь?» Работало это потому, по её мнению, что на самом деле никому не интересно чужое мнение, и люди просто ждут своей очереди, чтобы, не нарушая приличий, высказаться. Не уверена насчёт всех, но мне частенько помогал этот приём. И будь сейчас здесь кто-то из знающих людей, я бы не подкачала: кивала бы головой и тянула слова. Однако рядом, как назло, ни одного специалиста в защитных системах, готового высказывать своё бесценное мнение. Так что придётся разбираться самой. И я влезла на стул, чтобы рассмотреть знак поближе.

Какой он, однако, замороченный. Линии чёткие, замкнутые, но рисунок не симметричный. От него фонит силой, но только если специально пытаться почувствовать. А ведь он на самом деле как-то связан с другими знаками. Но энергетического канала не вижу, всё замкнуто внутри символа…

— А что это вы такое интересное делаете, барышня? — голос раздался сзади так неожиданно, что я дёрнулась и начала заваливаться на бок. Так и упала бы, если бы кто-то не схватил меня за локоть и не удержал на месте.

Я выравнялась и посмотрела на своего спасителя. И снова отшатнулась, едва во второй раз не свалившись. Ему пришлось опять меня, неуклюжую, ловить.

Никогда к этому не привыкну: вот в конце круга человек лежал трупом с распахнутыми глазами, а сейчас стоит, хмурится, вопросы задаёт, придерживает за локотки.

— Так что же? — повторил Афанасий Всеславович.

Живой.

В смысле морок выглядел как живой человек. Пока.

— Пытаюсь постичь механизм системы Терновых, — честно призналась я. — Согласитесь, нечасто выпадает случай созерцать вблизи подобное произведение высокого магического мастерства. Было бы непростительно упустить такую возможность.

— Ишь как завернула, — усмехнулся Смородинов-старший. — Спускайтесь, милая, нет здесь никакого высокого магического мастерства.