Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты (СИ) - Сухонин Сергей Сергеевич - Страница 42

На фоне неутешительных новостей и картинок из интернета третьего дня войны эта статья выглядела самой настоящей сенсацией. Клая Нолла писала простые вещи простым языком — армия Асталии не сломлена и не проиграла. Не все её части разбиты, сдаются или перешли на сторону Комитета, как о том пишет техносовская пропаганда. Армия ведьм жива и дерется! Основные силы мобилизуются и разворачиваются в глубине страны, готовясь нанести удар. Но даже сейчас отчаянное сопротивление приносит свои плоды. Пусть мы пропустили первый удар, пусть кто-то струсил или растерялся, но имперская морская пехота достойно встретила врага в ночь нападения, разгромила его при высадке у мыса Лонго и продолжает громить дальше, выполняя поставленную командованием и Кальтинией Четвертой боевую задачу. Ведьмы — морпехи сильны духом и женственны, они не трусят, а наоборот — сами бьют техносов. И с ними весь народ — даже слабые мужчины взяли в руки оружие. И пусть у парней не получается бить врага магией, они уничтожают солдаток их же техносовским оружием. Например, присоединившийся к ведьмам пожилой домосед Тимофей, в шутку прозванный сослуживицами за ласковый и незлобивый характер «Петровичем», со своим пулеметом лично уничтожил до сотни техносовок во время высадки врага. И продолжает посильно помогать ведьмам в их нелегкой боевой работе.

После фотографий с водружением флагов техносов над администрациями городов Ульмар, Ноек и Полмея и разрушенной военно-морской базы со сгоревшими и полузатонувшими у причалов кораблями, после изображений колонн сдавшихся ведьм и танков Конфедерации на асталийских дорогах, а так же заявлений о том, что армия нейтральна или перешла на сторону ЧКСА, эта статья здорово портила техносам картинку. И ведь её не спишешь как на Земле на вражеские фейки — не было ещё в этом мире нейросетей и повсеместно распространенного «фотошопа». Да лжи в ней по большому счету не имелось, описанные события соответствовали фактам.

Почему эта статья вышла сейчас, я прекрасно понимал — командование остро нуждалось в контрпропаганде, а на других участках фронта, похоже, столь ярких побед не имелось. Но лично нам её появление ничем хорошим аукнуться не могло, наш полк засветился по полной программе. А особенно мы трое. Я посмотрел немного комментарии под текстом:

«Горжусь нашими ведьмами! А я всегда знала, что техносы врут! Получите, твари, вы заплатите за всё»!

«Я в восторге от Петровича, девочки! Настоящий ведьмак!… Пусть он немолод, зато выглядит основательно, уверено и надежно — настоящая мечта серьезной женщины. У такого мужа наверняка и жены довольные, и дети накормлены, и за внуками пригляд есть!»

«Как его только жены на войну отпустили? Если бы мы с сестрами раздобыли такого славного мужика, мы бы его за порог дома не выпустили».

«Какие жены, курицы? Все его жены наверняка погибли, а он пошел мстить солдаткам. Иначе кто бы его отпустил? Как же я ненавижу конфедераток! У меня есть дар магии огня, я завтра же иду на призывный пункт! Пожелайте мне удачи, сестры!»

«Удачи, сестра! Спасибо от всех нас. Я тоже собираюсь драться за Кальтинию»!

«Петрович не женат? Мы готовы взять его в мужья и достойно обеспечить! Куда писать, дорогая редакция»?

«Вы одни что-ли такие умные? Увидели крепкого мужика и предались влажным мечтам? Наверняка его ведьмы — морпехи уже к своим лапкам прибрали».

«Откуда мужчина знает, как обращаться с пулеметом? Он научился у ведьм? За два дня? Откуда у парней форма? Странное тут что-то… мужчин в армию ни за что бы не взяли. Сестры, от нас что-то скрывают».

«А ты хочешь, чтобы тебе всё в сети рассказали, дурочка⁈ И чтобы это техносы прочитали? О секретности слышала?»

«Как мы дошли до такого, что мужчины воюют, а ведьмы дома сидят! Я уже для себя всё решила — пока такие парни как Петрович воюют, нельзя сидеть сложа руки».

«Петрович неплох, но и вон тот русоволосый парень на пятом снимке тоже красавчик. Кто он?»

И прочее в подобном духе… Впрочем, преобладали откровенно злобные комментарии, в которых читательницы радовались гибели солдаток и желали ведьмам всяческих успехов в их уничтожении. Своей цели Клая Нолла добилась — своего эффекта статья достигла.

Пользуясь передышкой, я нашел Петровича и показал ему статью — пусть герой знает о своей популярности. Как и ожидалось, внезапно свалившаяся слава нашего ветерана не обрадовала.

— Едрит твою за ногу, — злобно прошипел он, просмотрев текст и комментарии. — Леша, нас сдали как стеклотару, суки. Причем за дешевый прайс. Долбанная журналистка…

— Ладно, не ругайся так, — хмыкнул я. — После такой статьи тебе какая-нибудь медалька точно обеспечена. — Ты же теперь секс-символ, Петрович. Глядишь, и орден перепадет.

— Секса мне сейчас выше крыши хватает, — скривился мужик. — Во всех смыслах. А орден можно сразу гравировщику для памятника высылать. Идиотки! Ну ладно, нужна вам пропаганда, кто бы против. Но можно было бы хотя бы предупредить, чтобы мы лица закрыли, млять? Бойцы не зря их под балаклавами прячут. Да и противник не дурак. Вычислит нашу часть и её месторасположение в два счета. Спросит себя — а нахрена там мужики нужны? И почему эти ведьмы из танковой засады целенькими вышли? Спросит об этом же свою стратегическую разведку, а та что-нибудь и про «корсет» может знать. Не говоря уже об элементарной мстительности — крови мы им пустили немало, поэтому они тоже персонально для нас в ответку расстараются на какую-нибудь пакость. Хреново дело.

— Ничего, сейчас резервы из глубины подойдут, и дело и без нас закрутится — отмахнулся я. — Да и мы не век здесь сидеть будем. Может и обойдется без последствий…

— Ага, конечно, — недовольно пробурчал про себя Петрович. — Последствия, мать их, обязательно воспоследуют, помяни моё слово, Леша.

Миновал полдень, но враг себя пока вел тихо. Наши передовые разведчицы закрепились в зданиях на самой окраине шоссе, но переднего края обороны противника пока не нащупали. А идти в разведку в светлое время суток мы не стали — ограничились птеродонами. «Птички» и вскрыли вражеское расположение — за поворотом шоссе в паре километров, за двумя пологими холмами накапливались танки и бронемашины, разворачивались установки «поток» и ствольная артиллерия. Враг пытался маскироваться — но получалось у него это так себе…Вот только накрыть его нам было нечем… почти. Тактическая авиация у ведьм отсутствовала, ракеты тоже, а «артиллерия» имела свою специфику и требовала специальных частей магии дальнего удара. Которых в городе не имелось. По словам Теймы, в Асталийских Вооруженных Силах были ещё драконы, которые могли летать в стратосфере и швырять с воздуха начинённые фугасной и иной магией артефакты, служа аналогом бомбардировочной авиации. Но где они сейчас — хрен его знает. Впрочем, мы бы с ведьмами и сами справились — дайте нам три или четыре сотни птеродонов с фугасными артефактами, и они заменят атакующие дроны. Но птичек у нас всего два десятка, а сегодня стало ещё на две меньше. По парящим в небе рептилиям солдатки открывали огонь из всего, чего только можно, а для того чтобы рассмотреть спрятанную за деревьями и маскировочными сетями технику, приходилось опускаться пониже. А птеродон — «птичка» немаленькая, но довольно нежная, с хрупкой тушкой. Ему и крупной дроби хватит.

Во время обеда меня нашла Вейна и, оторвав от компьютера, позвала с собой в одну из комнат в подвале. Вручила там котелок с горячим супом, кусок хлеба и банку с консервированным паштетом, а сама села на табуретку рядышком, зачем-то заперев дверь.

— Кушай, Леша, пока горячее, — ласково сказала она. — Это с нашей полевой кухни. У нас повариха замечательно готовит. Сегодня на обед суп из пшена с салом и овощами, а на второе паштет из кролика. И печеньки еще, я прихватила пачку.

— Погоди, — отложил я котелок в сторону, отхлебнув несколько ложек. — А ты?