"Зарубежный детектив 2026-21". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Родс Кейт - Страница 173

— У тебя теперь все по-другому, как я посмотрю, — обратилась Тесс к Аве, платье которой — темно-красное платье-пальто — превосходно контрастировало с диваном. Тесс села на старый директорский стул — один из тех, что стояли на балконе, с рваной оранжевой обивкой. Было ясно, что работа над квартирой идет полным ходом, но еще многое надо переделать. Тесс решила, что обстановке не хватает какой-то сдержанности. Ей видна была столовая, которая в прошлый раз предстала пустой. На этот раз, нагруженная шестью полированными стульями светлого дерева, стеклянным столом и покрытая персиковым дамасским ковром, она казалась переполненной. «Дорого, но не практично, — подумала Тесс. — Такое сиденье прикажет долго жить после первой же заблудившейся фасолины в масле или кунжутной вермишели, выскользнувшей из палочек».

— Да, я получила определенную сумму.

— Богатый дядюшка оставил наследство?

— Нет, что ты, если бы. — Выражение лица Тесс вызвало у нее улыбку. — Эй, расслабься. Я просто пытаюсь соответствовать твоим ожиданиям. Принимая во внимание твой утренний звонок, я могу предположить, что у тебя появились новые обвинения в мой адрес. Ты всегда думаешь обо мне плохо. Не могу же я начать разочаровывать тебя.

— Я была не права, так?

Ава посмотрела на нее с недоверием. Примирительный тон Тесс не убедил ее.

— Ошибалась в чем? У меня масса вариантов. Насколько я помню, ты обвиняла меня в том, что у меня роман с моим боссом, потом в том, что я заставила своего жениха прикончить его. Ты даже предположила, что я сама убила своего начальника. Это все?

— Пока да. Но у меня есть еще парочка новых обвинений.

— Это должно быть забавно.

Ава баюкала в ладонях бокал вина того же оттенка, что и ее платье. Тесс она ничего не предложила. Что ж, улучшилось только ее финансовое положение, а не манеры.

Тесс сделала глубокий вдох, пытаясь вспомнить все, что нужно сказать, как сказать и в какой последовательности. Она хотела пользоваться своими записями, но Китти сказала, что так она будет выглядеть сомневающейся, неуверенной в себе, а полицейский с ней согласился.

Прошлой ночью, после долгих размышлений над одним истинным откровением из дневника Абрамовича, Тесс буквально вытащила счастливую пару из постели и попросила помочь. Рассевшись вокруг кухонного стола и вооружившись блокнотами, они все вместе пытались сложить вместе разрозненные кусочки. Тадеуш записывал факты — неопровержимые, несомненные. Факт, написал он жирными буквами. Ава не смогла пройти аттестацию. Факт: Ава была в отеле с Майклом Абрамовичем. Тесс записывала свои подозрения. Китти отслеживала теории, связывая два списка между собой. К удивлению Тесс, у Тадеуша оказался настоящий талант к собиранию головоломок. Беспристрастный, не зная, о ком идет речь, он не преследовал никаких корыстных целей. Он хотел когда-нибудь стать хорошим детективом. Именно Тадеуш нашел зацепку — именно он обратил внимание на несостыковку, которую Тесс должна была заметить значительно раньше.

— Помнишь тот вечер, когда мы встречались в «Пойнте», когда ты еще не знала, кто был моим клиентом?

— Разумеется. С этого все и началось, не так ли? Ты когда-нибудь задумывалась, насколько иначе все могло повернуться, если бы ты не забросала меня этими необоснованными обвинениями, заставив меня мчаться к Року, пока ты еще не отравила его мозг, не настроила его против меня? Ты когда-нибудь думала об этом? — Ава отхлебнула вина, вполне довольная собой.

Каждую ночь, сволочь, каждую ночь. Но она не могла позволить втянуть себя в игру «вот тебе» — так балтиморские школьники называли перепалки.

— Когда ты услышала, что это Рок, тебе явно полегчало. Теперь я понимаю, что ты решила, что кто-то еще нанял меня следить за тобой — кто-то, на кого у тебя нет влияния. Кто-то, с кем у тебя могут быть проблемы.

Ава все еще улыбалась поверх края бокала, но одними только губами. Глаза ее сузились, а виски, казалось, сжало обручем.

— Ты думала, что меня наняла Луиза О’Нил.

— Теперь ты собираешься обвинить меня в том, что я сплю еще и с мистером О’Нилом? — Негодование Авы казалось вполне искренним. Если бы Тесс не доводилось видеть Аву в этой роли, она бы, наверное, поверила. — Ты можешь думать только об одном. Ты озабочена сексом, словно старая дева.

Тесс удивилась, что Ава не ущипнула ее за щеку, как они делали классе в седьмом после таких вот выпадов. У ти кака-а-а-а-а-ая…

— Я действительно могу думать только об одном. Но не собираюсь совершать одну и ту же ошибку дважды. Ты не спишь с О’Нилом — пока нет. Но будешь, если на кону будет стоять работа. Именно так обстояли дела с Абрамовичем, правильно? Ты была по уши в долгах, и если бы не прошла аттестацию зимой, потеряла бы работу, и тебе нечем было бы с ними расплачиваться.

— Я думала, сегодня ты расскажешь мне что-нибудь новенькое. А это подозрительно похоже на историю, с которой начались все беды. Я не спала с Абрамовичем. И он не проявлял сексуальную агрессию по отношению ко мне. Я солгала тебе, потому что была уверена, что правде ты не поверишь, особенно с твоей уверенностью в обратном.

— И в чем же заключается правда?

— Узнаешь в суде. — Ава улыбнулась и повторила радостно: — Я с ним не спала.

— Да знаю я. А еще я знаю, что тебе нечем будет подтвердить это в суде. Ты была не в его вкусе. Абрамович был геем. Или был бы, если бы вообще занимался сексом.

На какое-то мгновение лицо Авы посветлело, а потом так же быстро погасло опять. Тесс могла биться об заклад, что она мучилась из-за того, что Абрамовичу она была безразлична, и боялась, что теряет былую привлекательность. Но какое бы облегчение ни принесла ей эта новость, Ава была не готова менять свои показания.

— Откуда ты можешь это знать? Я никогда ничего такого не слышала — в смысле, в офисе такие слухи не ходили. У него, правда, никогда не было подружек, но ведь его трудно назвать привлекательным. — Она рассмеялась. — Это еще слабо сказано. Он был уродлив. Возможно, у него не было подружек, но и дружков у него не было.

— Я уже сказала, что не совершаю одну и ту же ошибку дважды. На этот раз у меня действительно есть доказательство — длинное письмо, напечатанное Абрамовичем на компьютере за то время, когда он должен был работать. Это письмо я собираюсь отдать знакомому репортеру. Я также собираюсь поделиться с ним своими мыслями о том, что же на самом деле происходило между вами.

— И что с того? Я же сказала полиции, что Дэррил все выдумал. Если выяснится, что Абрамович был гомосексуалистом, то моя история будет выглядеть еще правдоподобнее. Мои показания, — поспешно оговорилась она. — Это только подкрепит мои показания.

— Да. Ну а если в дневнике Абрамовича есть и другая информация? Он написал более тысячи страниц — вполне достаточно, чтобы рассказать и о твоих проблемах с аттестацией, и о том, как он смущался, когда ты пыталась соблазнить его. — Тесс перешла из мира фактов Тадеуша к своему собственному списку предположений, но Ава об этом не знала. — Если ты и не спала с Абрамовичем, то не потому, что плохо старалась. Отель «Ренессанс» — это был отличный ход. Твоя идея, не так ли?

— Вряд ли тебе удастся представить в суде этот его дневник. Мистер О’Нил его не пропустит.

— Отлично, отлично, мисс Хилл. В этом семестре вы заслужили пятерку по уголовному праву. Но в газете это оторвут с руками.

Ава увлеченно занималась юбкой — сначала разгладила ее, затем поправила подол. Тесс ждала. Она училась молчать.

— Слушай, чего тебе надо? — наконец спросила Ава. — Ты можешь разрушить мою жизнь, но Дэррилу это не поможет. Я не убивала Абрамовича. На самом деле, его смерть поставила под угрозу мою карьеру в фирме. Они отдали меня ему, когда я во второй раз провалила аттестацию, потому что полагали, что я протяну не больше года. После его смерти меня могли уволить.

— Но они этого не сделали, и я хочу знать, почему. А еще я хочу, чтобы ты прояснила мне пару моментов. До смерти Абрамовича ты общалась с ним так же, как и все остальные. Ты можешь знать что-то, сама этого не осознавая. Ты помогаешь мне, а я не публикую дневник. По рукам?