"Зарубежный детектив 2026-21". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Родс Кейт - Страница 150

Сесси приехала в центр города и остановилась около небольшого кафе. Хотя обстановка в Балтиморе в последнее время была не слишком безопасной, а уж по ночам и вовсе лучше было не ходить по улицам, это нисколько не охладило страсть большинства его жителей к посещению кафе и баров в позднее время. Сквозь стекло большого окна Тесс видела, как Сесси, взяв чашку капуччино, устроилась в самом темном и малоприметном уголке за столиком, словно она до сих пор в страхе пыталась спрятаться от кого-то. После чего она открыла газету, которую принесла собой, и погрузилась в чтение. Тесс подождала еще немного, а затем решила направиться в кафе, не обращая внимания на Сесси.

«Если она первой заметит меня, — подумала Тесс, — все будет выглядеть как случайное совпадение».

Она села за стол напротив молодой женщины, смотревшей куда-то вдаль и не обращавшей на нее никакого внимания. Но Сесси так и не подняла голову от газеты. Тесс встала и заказала еще чашку кофе, и на этот раз ее уловка подействовала, Сесси взглянула на нее, но тут же нервно отвернулась и сложила газету.

Тесс подошла к ней и села рядом.

— Вы ведь выходите замуж, да, Сесси? — спросила ее Тесс.

— Сесилия Чесник. Сесси — это мое имя только для близких подруг. — Она покраснела и опустила глаза.

Если бы Тесс не встретила ее в ОЖНА, она бы подумала, что у этой женщины никогда ничего не происходило в жизни, и она так и осталась инфантильной школьницей, робкой и обидчивой, не сумев повзрослеть. На ее полудетском личике одновременно отражались раздражение и смущение. Видимо, произошедшая с ней неприятная история заставила ее всей душой стремиться всегда быть незаметной.

— Мне очень жаль, что Пру обращалась с вами немного грубо, — сказала Сесси. — Но в ОЖНА очень специфические отношения. Это действительно подходит не для всех.

— Я чувствовала себя так, словно попала в женский клуб в старших классах колледжа.

— Но так было гораздо лучше для вас. Я хочу сказать, что для вас было бы плохо оказаться в группе, где вам бы никто не смог ничем помочь. Вы не первая посетительница, которую Пру отправила обратно. Вы знаете, иногда даже мужчины пытаются к нам присоединиться. — Произнося слово «мужчины», она резко понизила голос, как будто в нем было что-то неприличное. — Но, конечно, мы не можем этого допустить.

— Зачем к вам хотят присоединиться мужчины?

— У тех, которые обращались к нам, пострадали жены или дочери, и они так переживали за них, что хотели даже стать членами нашего общества. Но мы не согласились принять их.

— А как давно вы являетесь членом ОЖНА?

— Шесть лет. С самого основания, — ответила она со вздохом. — Пру пригласила меня туда. Идея создать общество принадлежала ей, она очень много занималась тем, что изучала материалы процессов по делам об изнасиловании и сама разыскивала многих жертв. Я подверглась насилию семь лет назад.

— А теперь вы выходите замуж? Похоже, вам очень помогли эти встречи.

— Да, они заставили меня измениться. — Она рассмеялась. — Я и сама не могу в это поверить.

Некоторое время они сидели молча. Тесс, исподволь наблюдавшая за Сесси, заметила, что она, видимо, переживала противоречивые чувства. Непостижимо было, кому вообще могло прийти в голову обидеть это совершенно беззащитное создание. За маской веселости и любезности у нее, вероятно, скрывалась настоящая трагедия, пережитая, но далеко не забытая. Именно такие женщины в первую очередь нуждаются в помощи со стороны подруг и сочувствующих, и на нее ОЖНА — нельзя было не признать это — оказало целительное воздействие. Но Тесс теперь целиком и полностью была озабочена только одним — намерением отыскать женщину, которая столь резко высказалась в адрес Абрамовича в газетном интервью.

Тесс достала визитку из кармана и положила ее на стол.

— Если в ОЖНА изменится ситуация, позвоните мне, пожалуйста.

Она очень надеялась, что Сесси предложит ей в ответ свой номер телефона, но она только положила визитку в сумочку и кивнула ей в знак согласия. Тесс заметила, что руки у нее сильно дрожали.

— Знаете, вам очень идет короткая стрижка, для женщины это большая редкость.

— Да у меня просто вышла довольно неприятная история.

— Что-то связанное с онкологией?

Сесси очень весело рассмеялась:

— Нет, хотя вы не первая, кто об этом подумал. Просто я решилась сделать химическую завивку, но получилось совсем неудачно. Это была слишком плохая парикмахерская.

— Почему же вы их отрезали?

— Я подумала, что у меня и так еще не совсем хорошее произношение, и если я буду ходить с такой ужасной прической, то скоро соседи перестанут со мной здороваться. Потом я перестала стесняться многих своих недостатков.

— Правда?

— Да, все благодаря ОЖНА. Многие женщины там заставили меня по-другому воспринимать себя. Среди них были и дамы из очень состоятельных семей, но они нисколько не сторонились меня, и это помогло мне одновременно кое-чему научиться и в то же время перестать стесняться… Пру всегда подбадривала меня. А сначала она думала, что я такая замкнутая из-за своего высокомерия. Но сейчас мне с ней нелегко общаться.

— Почему?

Сесси пожала плечами:

— Так получилось. Иногда учишься у кого-нибудь, а потом чувствуешь, что больше тебе не нужны учителя. Но это не всем нравится. А кто они были в вашем случае?

— Мои учителя?

— Нет, те, кто вас изнасиловал.

Тесс на минуту посмотрела на нее в замешательстве.

— О, ничего особенного. Это было обычное изнасилование. Довольно давно я пришла к парню, чтобы помочь ему по учебе, и мы оказались вдвоем в комнате…

— А в моем случае это был грабитель. Я просила его не делать этого… И потом я очень боялась, что забеременела или заразилась СПИДом, это было так ужасно. И он был очень груб, я никогда бы не смогла этого позабыть…

— Его отправили за решетку?

— Нет, его отпустили благодаря его адвокату. Он стал доказывать, что я не возражала, и все произошло по обоюдному согласию. Я так ничего и не смогла добиться, и его освободили. Были анализы, но то ли в полиции, то ли в лаборатории судебной экспертизы их потеряли, и дело закрыли за отсутствием состава преступления.

— А в чем состоит помощь ОЖНА?

— Они обучают женщин самозащите. Читают лекции. У нас даже иногда устраиваются ролевые игры и судебные процессы.

— Вы не пытались выдвинуть иск против тех, кто потерял анализы?

— Мы об этом думали, но это было не просто сделать. Все равно ОЖНА мне помогло.

— Вы говорите о них в прошедшем времени, почему? Вы уйдете от них, после того как выйдете замуж?

— Конечно, уйду, ведь теперь у меня будет другая жизнь. — Сесси вскочила со стула, поспешно собирая шарф и газету со стола. Она так заторопилась, что уронила что-то на пол. Но когда Тесс наклонилась, чтобы подобрать эту вещь, Сесси в панике воскликнула:

— Ничего не трогайте! Я сама все подберу!

Ее голос прозвучал так истерически резко, что даже странно было предположить, что в таком хрупком теле скрывались такая сила и стремительность. Однако Тесс все же взяла в руки туго свернутую пачку бумаг.

Сесси задрожала от волнения, и глаза ее блеснули гневом, казалось, она вот-вот кинется на Тесс, никто из присутствовавших в кафе не обратил внимания на эту сцену, несколько человек продолжали увлеченно играть, сидя за автоматами. Сесси застыла в нерешительности, видимо, понимая, что только приемов самозащиты тут будет недостаточно, а искусству атаковать в ОЖНА, безусловно, не обучали. Тесс была готова к нападению, но вряд ли стала бы применять силу, если бы Сесси кинулась отнимать у нее свое сокровище. Внезапно Сесси бросилась вперед, и Тесс, не устояв на ногах, споткнулась о стул. Они вместе упали на пол. Тесс выронила бумаги, но тут же нашарила их рядом, несмотря на то что Сесси отчаянно молотила ее кулаками. Со стола упала и разбилась чашка кофе.

— Ступайте драться в другое место! — крикнул официант, кинувшийся разнимать двух женщин и сам едва не уронивший с подноса бутылку и стаканы. — Здесь вам не спортзал.