"Зарубежный детектив 2026-21". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Родс Кейт - Страница 113

– Пока еще нет, но у них есть серьезные версии.

– Вот только Николь эти версии уже не помогут. Я слышала, что сделал Лиам. Невероятно, он же был от нее без ума! – Софи нахмурилась и сразу же как будто постарела на несколько лет.

– А как твой муж?

– Как всегда. Если он и боится чего-то, я узнаю об этом последней. Когда Макс сказал, что банк закрывается, я обрадовалась, думала, что уж теперь-то он будет чаще бывать дома, но он все дни проводит с адвокатами. Они намерены подать апелляцию.

– Макс вообще говорит, как он себя чувствует?

– Старается избегать этого. Сказать по правде, я всегда хотела только одного: проводить с ним больше времени. Но он живет в каком-то своем мире. Даже к Молли не заглядывает. Иногда мне хочется отделать его так, чтобы живого места не осталось. – Кингсмит коротко рассмеялась и тут же накрыла ладонью рот. – Извините, вырвалось.

– Я бы забеспокоилась, если бы вы оставались спокойной. Но вы хотя бы с мамой поговорить можете.

– Она удивительная.

– Как у нее с Максом?

– Мама говорит, что я должна уйти от него. – Софи судорожно вздохнула. – Считает, что я заслуживаю лучшего. Она, конечно, не права. Макс ведь не всегда был таким. Просто сейчас он под таким давлением… – Она помолчала и посмотрела на меня. – А как ты? Ты ведь живешь с кем-то?

Я покачала головой:

– Слишком много работы.

– И расслабиться некогда. – Супруга банкира сочувственно улыбнулась. – У меня то же самое. Даже поплавать не могу. Друзья, с которыми я ходила в бассейн, все из банка, и полиция предупредила, что нам лучше не выходить.

Мы проговорили, наверное, еще час. О чем бы ни заходила речь, Софи неизменно возвращалась к мужу. Рассказала, как они познакомились. Поначалу она ему отказала – уж слишком велика разница в возрасте, – но Макс не сдавался, забрасывал ее письмами, звонил. И в конце концов она уступила. Кингсмит упомянула о каких-то конфликтах с мужем, но развивать эту тему не решилась и замолчала. Меня так и подмывало рассказать о существовавшей в банке практике отбора девушек-служащих, но я все же удержалась от соблазна. Мы уже расставались, когда она, искоса взглянув на меня, сказала:

– Иногда я думаю, что если бы любила его меньше, было бы легче.

– Понимаю. В такой ситуации чувствуешь себя беззащитным.

– Я не за себя боюсь – за Молли. – Глаза моей собеседницы округлились от страха.

– Все будет хорошо. За вами есть кому присмотреть. – Я кивнула в сторону расположившегося у окна телохранителя.

Мы вышли, и Софи порывисто обняла меня. Охранник подавил зевок. Бедняга, наверное, мечтал об опасности, о чем-то таком, что развеяло бы скуку. Они с миссис Кингсмит направились к метро – каждый сам по себе, как рассорившаяся пара.

Я не спеша прошла через Сохо. Этот район всегда был моим любимым – окруженный торговыми улочками, он решительно сохранял свою порочную репутацию. Возле стриптиз-клубов, книжных магазинов для взрослых и массажных салонов слонялись немолодые мужчины. Крошечные китайские ресторанчики едва справлялись с наплывом клиентов. Я уже и не помнила, когда в последний раз ела по-настоящему, но не поддалась даже запаху пекинской утки. Смотреть на парочки за романтическим обедом – это было бы слишком.

В восемь я поймала такси и поехала домой. В кармане жужжал телефон, но в тот момент мне не было дела ни до мамы с ее распрекрасной виллой, ни до Бернса, которому вдруг приспичило поговорить. Моей бесшабашности хватило до Провиденс-сквер. Поднявшись по лестнице, я наконец почувствовала, что могу расслабиться, и тут же услышала какой-то звук в гостиной. Мои ноги вросли в пол, хотя я и понимала, что надо бежать. Кто-то пришел сюда раньше и теперь стоял всего лишь в нескольких метрах от меня, по другую сторону двери.

Глава 40

– Ты что делаешь, Эл? – Лола проковыляла в прихожую, протирая заспанные глаза.

Я уже занесла над головой бутылку с вином, готовясь обрушить ее на голову непрошеного гостя.

– Приняла тебя за грабителя. Ты зачем свет выключила?

– Прилегла на диване и уснула. Ты же не ответила на мой звонок, вот я и забеспокоилась.

Мне не хватило духу объяснить, что сочувствием делу не поможешь – когда обо мне начинают заботиться, я расклеиваюсь. Вместо этого я прошла в кухню приготовить чаю, но руки у меня дрожали, и молоко растеклось по столу.

– Тут твой друг приходил, – сообщила Лола. – Долго не задержался. Сказал, что еще вернется.

– Ты о ком?

– О Даррене. – Подруга размешивала сахар в чашке. – По-моему, у него что-то важное. Может, тебе стоит ему позвонить.

Я схватила ее за руку:

– Послушай меня, Ло. Это он меня преследует. Он опасен. Не разговаривай с ним больше.

– Так это он – преследователь? – изумилась моя гостья. Представления о человеческой натуре у нее весьма своеобразные. Заключенный из камеры смертников мог бы запросто убедить ее, что он чист, как свежий снег. – Послушай, Эл… – Она внимательно на меня посмотрела. – Тебе не следует оставаться одной.

– А как же Нил?

– Не помрет. – Лола лукаво улыбнулась. – И пусть не расслабляется.

Я обняла ее, и мы отправились на поиски чистого постельного белья. В холле отчаянно мигал автоответчик. Пришлось прослушать. Первое сообщение было от Тейлора, извещавшего о том, что он доложил Бразертон о моем непрофессиональном поведении. Сержант говорил важным тоном, с театральными паузами между предложениями, как будто попыхивал при этом кубинской сигарой. Контракт со мной будет со дня на день аннулирован. Следующее сообщение – тридцать секунд молчания и тихого дыхания. Потом щелчок. Отбой. Последнее же сообщение, с густым, как шотландский туман, акцентом пришло от Бернса. Я стерла все и нырнула в постель.

На следующее утро Дон Бернс ожидал меня в «Браунз». Я хотела спросить, знает ли он, что его заместитель копает под меня и добивается моего увольнения, но время для таких новостей было, похоже, не совсем подходящее.

– Стивен Рейнер раскрыл нам свой маленький секрет, – сообщил инспектор. – Когда ты написала про Фрайберга, я спросил, что ему известно о Поппи. Тут все и открылось. Как начал, так уже и остановиться не мог.

– И что он рассказал? – заинтересовалась я.

– Рейнер подслушал на работе, как кто-то говорил, что Поппи – любимица всей верхушки. Достать ее адрес оказалось нетрудно. Два-три вечера в неделю он ходил на Рафаэль-стрит и фотографировал. Думал использовать снимки для шантажа, если его попытаются уволить. А потом допустил ошибку. Рассказал обо всем другу на вечеринке, а через несколько дней обнаружил, что камеру украли. Там было с полдюжины служащих банка, включая всех жертв.

– И ты думаешь, что убийца использует снимки как своего рода руководство. Все, кто бывал у Поппи, теперь в его списке.

Телефон зазвонил раньше, чем Бернс успел ответить. Некоторое время инспектор слушал голос из трубки, и я видела, как он меняется в лице. Выслушав, он убрал телефон в карман.

– Хенрик Фрайберг пропал.

Мы сели в его машину. Дон хмурился, и я знала, о чем он думает. Фрайберг был одним из постоянных клиентов Поппи, и, конечно, Рейнеру не составило труда щелкнуть его у входа в дом.

По дороге я размышляла о Стивене Рейнере. Он верил, что его единственный союзник – босс. Может быть, даже надеялся, что когда Грешэм уйдет в отставку, он автоматически займет его место. Когда мы разговаривали, Стивен показался мне таким слабым… Если убийца пользовался сделанными им фотографиями, чувство вины могло подтолкнуть его к краю.

Тем временем мы уже подъезжали к Уэст-Энду. Я посмотрела в окно. В Мейфэре миллионеров живет больше, чем в любом другом районе города, но пешеходы здесь изо всех сил старались не показаться богатыми. Вид у большинства был неряшливым и богемным, как у художников или вышедших на покой актеров.

Бернс свернул на узкую улочку. Хотя отсюда и открывался вид на Гайд-Парк, дом Фрайбергов казался слишком обветшалым, чтобы принадлежать банкиру. Посреди лужайки – детская площадка. Семья будто представляла свой дом как рай для детей. Встретившая нас женщина с глубоко посаженными темными глазами, наверное, была когда-то красивой. За пятьдесят, слегка располневшая в талии, с крашеными каштановыми волосами. Она пригласила нас в гостиную, где у окна стояла молодая женщина с напряженно-озабоченным лицом.