Враг имератора (ЛП) - Мас Жасмин - Страница 30

— Какая непристойность, — пробормотал он; щёки его залились краской, а взгляд оставался упорно отведённым.

Да что с ним опять не так? На мне одежда, да ещё и полотенце.

— Ты жалок, — сказала я.

— Знаю. — Он прошествовал мимо и с грохотом захлопнул дверь душевой.

Переодевшись в спешке, я со всех ног помчалась прочь из ангара. От песка исходил жар, ноги пылали, но я упивалась изнеможением, выжимая из себя последние силы. Свобода. Сквайр балансировал у меня на плече, кивая головой и подгоняя вперёд.

— Кажется, мы наконец-то от него оторвались. — Я расслабилась, поймав ритм бега.

— От кого ты отрываешься? — спросил Тарантул.

Я завизжала.

— Угу? — испуганно ухнул Сквайр, захлопав крыльями.

— Ты, проклятый, откуда взялся? — Я растерянно огляделась. Я была уверена, что мы одни. Как ему всякий раз удаётся так незаметно ко мне подкрадываться?

Тарантул не ответил, лишь без труда поравнялся со мной.

Спустя какое-то время я больше не могла притворяться, будто его не существует. — Ты когда-нибудь слышал о личном пространстве? — спросила я. — Заведи себе собственный утренний распорядок.

— Прекрати молоть вздор, напарница.

— Не указывай мне.

— Умолкни, отродье.

— Я говорить, — предложил Сквайр (прелесть).

Тарантул закатил глаза.

Когда мы перевалили через последний бархан и впереди показались готические шпили базы, он вырвался вперёд.

На мгновение я задумалась, не позволить ли ему победить.

Раздался треск, и ошейник на секунду полоснул его электрическим разрядом. Небольшая встряска полезна для здоровья. Ревя от ярости, он швырнул в меня песком. Этой заминки как раз хватило, чтобы я победила. Сердце подскочило к горлу; я прыгнула изо всех сил и облегчённо выдохнула, первой приземлившись в ангаре.

Правило выживания: никогда не проигрывай. Особенно мужчинам.

После прошлой ночи мне нужно было восстановить равновесие сил.

Я вскинула руки и исполнила победный танец, наслаждаясь нахлынувшим восторгом. Ты всё равно лучше него. Победитель, победитель, на ужин будет дракончик…

Что-то тяжёлое врезалось в меня сзади. Только не снова. В полёте Тарантул развернулся, приняв удар на себя. Он перекатился так, что я рухнула ему на грудь, а он со всего маху грохнулся спиной о холодный мраморный пол. Громко зазвенели цепи, захлопали крылья — Сквайр выпутывался из свалки. Мы сцепились. Тарантул обхватил мою голову бицепсом и обездвижил меня.

Его балаклава оказалась в нескольких дюймах от моего лица. — Проклятие на твой дом, Равенал. Ты самая невыносимая женщина на всём белом…

— Прекрасно, — сказала я, гордясь своей несговорчивостью.

Он перекатился, придавив меня всем весом. — Несносное отродье, — пробормотал он себе под нос. — Вечно споришь и причиняешь мне боль своими непристойными выходками…

Я закрыла глаза, обмякла и притворилась мёртвой.

Тарантул потрогал мой лоб. — Равенал? — В его голосе слышалось беспокойство.

Я рванулась, вывернулась и оказалась сверху. Торжествуя, вдавила предплечье ему в лицо. — Не будь таким святошей, — злорадно сказала я, наслаждаясь тем, что он оказался в моей власти.

Истинное место мужчины — под женщиной.

— Вы двое закончили? — сурово спросила Маршал, стоявшая над нами. В ангаре воцарилась мёртвая тишина. Все смотрели на нас.

— Да? — отозвалась я.

— Нет. — Тарантул выгнулся с немыслимой силой и снова перевернул нас, нависнув надо мной. — Вот теперь закончили. — Он отпустил меня, поднялся и с аристократической невозмутимостью отряхнул тюремный комбинезон. Молнию он по-прежнему не застегнул. Кто-нибудь должен доложить на него за нарушение формы одежды.

Я с трудом поднялась на уставшие ноги.

— Сегодняшнее тренировочное задание. — Маршал разочарованно посмотрела на меня — в последнее время это выражение появлялось у неё всё чаще — и протянула лист бумаги.

Я выхватила лист, прежде чем Тарантул успел его взять.

— Нет. — Я скомкала лист в кулаке. — Ты что, совсем…

— Молчать, Рыцарь. — Она оборвала меня, избегая моего взгляда. Она пытается нас сблизить. — Пилот готов к тренировочному вылету.

— Молчать, Маршал, — прокричал Сквайр, перестал кружить и уселся мне на плечо (совершенно не помог).

Она свирепо на него посмотрела.

Я покачала головой. — Но зачем нам…

— Это упражнение на доверие. — Её взгляд мог испепелить. Я почти слышала, как она мысленно вопит, чтобы я замолчала и подчинилась. — Вам двоим оно необходимо.

В этот миг я ненавидела её почти так же сильно, как его.

— Значит, я правильно поняла, — произнесла я. — Ты хочешь, чтобы мы оба выпрыгнули из вертолёта, и хочешь, чтобы я раскрыла… его парашют? — Я ткнула пальцем. — Его… Тарантула?

— Замечательно, она умеет читать. — Маршал похлопала в ладоши. — Как же Содружеству повезло заполучить столь ценный кадр. — Она смерила меня свирепым взглядом. — Да, именно этого я и хочу. Ты должна доказать, что достаточно повзрослела, чтобы работать с ним бок о бок.

— Нет. — Я яростно замотала головой. — Нет, я этого не сделаю. Отказываюсь. Это уже слишком. Ты не можешь меня заставить.

— Меня можешь заставить, — предложил Сквайр (совершенно не помог).

Маршал не отвела взгляда; в синей глубине её глаз таилось предупреждение. — Не подведи меня. Мы все на тебя рассчитываем, Рыцарь Равенал. — И она ушла.

Несколько минут спустя я сидела в открытом дверном проёме вертолёта, свесив ноги наружу. По приказу Маршала мы поднимались строго вертикально, на предельно возможную высоту.

День выдался солнечным и безоблачным. Внизу до самого горизонта простиралась пустыня.

Чоп-чоп-чоп.

Сквайр дрожал от страха у меня на плече, а я старалась не замечать тревожного ощущения, что Тарантул не сводит с меня глаз.

— Я не раскрою твой парашют, — в миллионный раз сказала я.

На краю моего поля зрения Тарантул непринуждённо привалился к стене. — Раскроешь, вассал. — Он говорил с непоколебимой уверенностью, словно точно знал, что я его спасу. — Маршалу нужно подтверждение нашего сотрудничества. Ты ей его даруешь.

На этой военной базе мания величия — распространённая черта характера.

— ПЯТНАДЦАТЬ СЕКУНД ДО ОТМЕНЫ! — донеслось сквозь треск неисправного интеркома.

Приближался Туман.

Нас тряхнуло.

Как всегда перед свободным падением, во мне нарастал восторг; сердце бешено колотилось от предвкушения.

— ТРИ СЕКУНДЫ!

Винты заглохли. Внутри механизма замигали лампочки, взвыли сигналы тревоги — и всё погасло.

Вертолёт резко завалился набок.

Я рассмеялась, а желудок ухнул.

Тарантул схватил меня за плечо. Я оглянулась. Его закрытое маской лицо оказалось в нескольких дюймах от моего.

— Что ты делаешь?.. — спросила я.

Он толкнул меня.

Мы были в свободном падении.

Я извернулась, но он мёртвой хваткой держал меня за руку, пока мы кувыркались в воздухе.

Он сорвал с меня балаклаву, и та унеслась прочь.

— Какого проклятого!.. — Я изо всех сил пнула его. Сквайр заверещал; его когти глубоко впились мне в плечо, пока он падал вместе со мной.

Я пнула Тарантула ещё сильнее, но его ладонь словно превратилась в стальные тиски. — Отпусти меня, тупой…

— Успокойся. Выполни задачу! — перекрикивая рёв ветра, Тарантул заорал мне в ухо. Пока мы боролись, он стискивал мою руку так больно, что наверняка останутся синяки. Ого, он и правда решил идти до конца.

Песок стремительно приближался.

Он сорвал свою балаклаву и отшвырнул её.

— Раскрой мой парашют, — беззвучно велел он и, схватив меня за бёдра, рывком притянул к себе. Мы кружились в воздухе вниз головой, грудь к груди. Сквозь прижатую к грудине ткань я чувствовала биение его сердца. Между нами потрескивала магия — металлическая, сверкающая на солнце.