"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Павлов Вел - Страница 108

Правда, чем дольше я размышлял над происходящим, пребывая в полусумраке внутреннего мира, тем необъяснимее становилось на душе, потому как в собственную защиту доводы сами приходили на ум. Честно сказать, жизнь на Терре не была лёгкой, но я редко когда доводил себя до полного истощения. Не видел собственных границ. Спарринги с Беталом не в счет. К тому же не афишировал свою силу и не козырял наследием, на тот момент она являлась неуправляемой. Я опасался. В большинстве своём всё приходилось скрывать и бороться с собственной кровью, а ведь старик говорил, что невозможно бороться с собой. Он хотел, чтобы один Дебошир боролся с негативными эмоциями, из-за которых она и бунтовала, но я не слушал.

Лишь на пороге смерти с устранителями я использовал часть. Однако после слияния с Руной, на Вечном Ристалище это приходится делать постоянно. Не нужно быть идиотом, чтобы понять, что моя сила в новом мире растёт быстро. Катастрофически быстро. Вот только есть одно ужасное подозрение, о котором не хочется думать. Мощь не может расти как на дрожжах. Получается, либо она растёт из-за неизвестной причины, либо, что гораздо страшнее, восстанавливается и просто-напросто приходит в привычное состояние. Оставалось понять из-за каких факторов происходят такие изменения в организме.

Не знаю, откуда все эти печати на мне. Не знаю, кто их нанес. Не знаю, откуда берутся те проклятые сны. Не знаю, кто я такой… Я вообще уже ни хрена не понимаю. Боюсь лишь, что за всем этим что-то кроется. Кроется нечто огромное, неизведанное и ужасное. Вероятнее всего эти цепи и эти колонны таят в себе нечто, что опасно для окружающих и лично для меня. А если опасны они, то опасен и я. Ведь они часть моего тела и человека по имени Ранкар и Влад Верейский. Да и человек ли я после этого?

Впрочем, имеется главный вопрос. Виноваты ли во всех этих бедах мои сраные родители? А если виноваты, то куда свалили? Да и живы ли они еще? Чтоб вы в канаве сдохли!

Ко всему прочему на все эти пагубные мысли меня навёл тлеющий сизый огонёк, в который нынче преобразилась Руна. Во внутреннем мире все эмоции оказались приглушены, но девчонку всё равно стало жаль. Она помогала не щадя себя, и как бы грубо это ни звучало — трудилась лишь за еду. Да и метаморфозы в глубине внутреннего мира продолжали нарастать. И я абсолютно не понимал радоваться этому факту или же начинать горько рыдать.

Первая главенствующая колонна черного цвета из всех восемнадцати выглядела не так, как прежде. Цепи не так явно сдерживали её тёмное сияние и выделение иссиня-черного тумана. Его становилось всё больше. Складывалось впечатление, что оковы едва держаться и вот-вот могут разрушиться при любом дуновении ветра. Сам же столб из-за нарастающей пульсации напоминал самое настоящее дополнительное сердце.

Правда, от душевных терзаний пришлось вскоре оторваться, потому как за пределами внутреннего мира раздалась череда знакомых голосов:

— Диана, как Ранкар?

— Сейчас он, вроде бы, в норме.

— Вроде бы? — переполошился не на шутку Аркас. — С ним что-то серьёзное?

— Я… не знаю, — с некой запинкой отозвалась дриада. — Тело… Его тело ведёт себя странно. По всем показателям всё в порядке, но анализ показал, что внутренние каналы надорваны из-за большого выплеска магии, но его регенерация на несколько порядков выше, чем у других разумных.

— Так и есть, — чуть тише заговорил полубог. — После сражения с рухом и перед падением Ранкар использовал свою магию для смягчения. К тому же разве хорошая регенерация, это плохо?

На секунду возникла пауза, а затем раздался протяжный девичий вздох:

— Ты просто не понимаешь, что к чему, Аркас.

— Объясни, — стоял на своём командир «Осколков».

Раздался очередной тяжелый вдох, и целительница начала говорить едва разборчивым шепотом:

— Во-первых, я вообще не понимаю, каким образом он использует магию. После пробуждения дара магические каналы формируются медленно и не сразу. На это уходит от трёх месяцев до полугода. Наследники великих и некоторых доминирующих домов справляются за месяц или же два, но Ранкар начал использовать магию практически сразу после пробуждения. Вспомни случай в лазарете военного лагеря.

— Это плохо? — встревоженно спросил полубог.

— Таковое невозможно в нашем мире! Невозможно использовать магию с зачаточными каналами! — прошипела дриада. — У меня образуется стойкое чувство, что свои каналы он сформировал давным-давно, но по какой-то причине до некоторых пор они… были запечатаны.

От услышанного внутри что-то ухнуло тотчас вниз.

Твою ж собачью жизнь! Запечатаны? Только не говорите мне, что во время схватки с тем уродом что-то случилось?

— Ты прекрасно знаешь, что подобное можно объяснить одним словом, — сухо декларировал Аркас. — Поэтому не заставляй произносить это слово вслух. А что насчет его регенерации?

— Она на безумном для человека уровне, — с недоумением отозвалась дриада. — Такую скорость восстановления я видела всего у пары-тройки разумных.

— У кого же? — с интересом спросил полубог.

— Поверь мне, — с какой-то горечью в голосе изрекла девушка. — Для твоей же собственной безопасности имена этих людей и существ тебе лучше не знать. Так будет гораздо лучше. Для всех.

Так-так-так. Что ж, как я и думал, эта хитрая бестия что-то скрывает. Впрочем, мне плевать!

— Ты ведь так и не рассказала нам, кто ты такая на самом деле.

— Сейчас главное совсем не это, Аркас, — усмехнулась целительница. — Нам важно понять кто на самом деле он!

Ага. Шиш тебе. Держи карман шире. Любознательность кошек губит!

Лишь через секунду я осознал, что во внутреннем мире тело стало на порядок легче, а подобное могло означать только одно.

Холера! Ну наконец-то. Хорош вылёживаться. Поднимаем жопу, Ранкар!

В реальность я вернулся рывком, словно вынырнул из-под толщи льда. И таким же рывком принял сидячее положение. Взгляд на миг размылся, отчего пришлось невольно скривиться, но всё продлилось не более пяти вдохов.

Причем стоило обернуться по сторонам и оглядеть знакомый интерьер, как всё стало понятно.

Лазарет.

А через секунду я сфокусировал взор на слегка ошеломлённой дриаде.

— Много будешь знать, Диана, очень быстро состаришься, — спокойно обронил я, разминая затёкшие плечи и руки. — Я не спрашиваю, кто ты такая, а ты не лезешь ко мне. Уяснила?

Только по одному колеблющемуся виду девчонки и полубога они осознали, что последние их слова я прекрасно слышал.

— Всё такой же неотёсанный грубиян и неблагодарный хам! — с остервенением припечатала та, быстро взяв эмоции под контроль. — А старость мне не грозит! В отличие от тебя!

Стерва!

— А ты, между прочим, в курсе, кто я такой, — зло зыркнул я на полубога, который поднял руки в знак капитуляции. — Поэтому прекращай разводить сраную полемику в моём присутствии. Либо делай это так, чтобы я её не слышал.

— Виноват, командир. Более такого не повторится, — расплылся тот в радушной усмешке. — Рад, что ты пришел в себя. Как состояние?

— За моё состояние можешь не переживать, — огрызнулся колко я. — Вас обоих я спокойно переживу.

— Мерзавец и неблагодарный хам! — вновь раздраженно выпалила дриада, вскакивая на ноги и устремляясь прочь из помещения.

— Слышал уже. Повторяешься, — поддавшись дурному нраву, вяло отмахнулся я от её оскорбления, но в следующий миг повысил голос. — Стоять! Я не закончил!

— Чего еще тебе надо, подлец⁈ — разъярённо ощерилась целительница. — Я тебя и так исцелила! Хочешь еще поиздеваться?

Проклятье! Как ни крути, но хороша чертовка в гневе! Даже ругается не выходя за грань дозволенного. Всё-таки я и вправду медленно схожу с ума.

Изумрудные глаза Дианы пылали раздражением и холодом. Внушительная грудь, которая неизменно приковывала мужские взгляды, то и дело вздымалась из-за накатывающего гнева. Миловидное личико выражало только ярость, а руки, сжатые в кулаки, слегка дрожали. Разошедшаяся иерихонская аристократка предстала во всей своей красе.