Кроу неуловимый (СИ) - Каменистый Артем - Страница 4

Также удалось увеличить срок действия разрушительного эффекта. Если раньше он пропадал тут же, едва появившись, сейчас отрабатывал приблизительно четверть секунды. Звучит не очень-то грандиозно, однако даже за такой невеликий срок пехотинец в обычном темпе проходит около четырёх десятков сантиметров, почти наверняка попадая под один из лучей даже в случае не самого густого расположения мин. А лошади влетают под них и вовсе без шанса при любой скорости просто за счёт своих габаритов.

На данный момент мы отработали четыре схемы организации «минных полей». В этот раз мои диверсанты мины укладывали по второму варианту: то есть не сильно скупились, но и не шиковали. По обе стороны от узкой лесной дороги замаскировали в две цепочки. И, если верить сведеньям разведчиков, в данный момент под удар должна попасть большая часть тяжёлой конницы. Все те всадники, которые ещё не выбрались на поляну, и, возможно, частично зацепит отряд легконогих стрелков, что движется сразу вслед за ними.

Кими тоже что-то услышала.

Обернулась, увидела, как я прячу половинки пластинки.

Золотишко выбрасывать нельзя, не то Бяка с ума сойдёт от такой расточительности.

— Гедар, ты уже врезал им, что ли?

— Надеюсь, что да.

Я обернулся к разведчикам:

— Что там на дороге творится?

— Господин там, на дороге… там… Там кровь и мясо творятся.

— Звучит неплохо. Многие уцелели?

— Там, где ударили лучи, почти никого не видать. Мало кто стоять остался. Те, кому повезло, кровью залиты. И часто без рук, а некоторые и без ног. Но эти, понятное дело, не встают. И это там, где пехоту зацепило. Всадники все лежат, ни один конь через лучи не проскочил.

— Лошадей жалко, они у ассиопцев хорошие и дорогие, — нахмурился Бяка.

— Лучше воины в авангарде, и кони у них тоже лучшие, — утешил я приятеля, указывая на линию вражеских всадников, что успели выбраться на поляну до срабатывания кровавого сюрприза.

А затем, обернувшись на сигнальщика, скомандовал:

— Арбалетчики вперёд.

Дальше началось то, что для местных стратегов означает очевиднейшую умственную неполноценность командира. Стрелки трусцой направились в атаку.

Стрелки.

В атаку.

На конницу.

Такого быть не должно. Никак не должно, ни при каких обстоятельствах. Конница — естественный «антидот» против лучников, арбалетчиков, пращников, метателей дротиков, камней, бумерангов и вообще всего того, что можно запустить в неприятеля издали (или хотя бы с короткой дистанции). Сомневаюсь, что на Земле до появления скорострельного оружия было иначе. Там, разве что, магия отсутствовала, но при таком раскладе её можно не учитывать, или даже добавить, что низкоуровневых магов можно приравнивать к обычным стрелкам. То есть им тоже шагать навстречу врагу в такой ситуации никак нельзя.

И это я говорю о простой коннице.

Здесь же, перед нами, особая тяжёлая кавалерия: благородное ополчение, набранное из каких-то подчинённых кланов. Местный аналог не самого элитного рыцарского войска, где собраны воины низовой аристократии, их оруженосцы, телохранители и прочий не самый простой люд. Причём это Ассиопа, а не какие-нибудь туземцы, что подсмотрели у больших дядек структуру войск и пытаются её как-то копировать. Хорошими доспехами нередко защищены не только всадники, а и кони, плюс наблюдается зашкаливающая концентрация защитных амулетов и навыков. При этом скорость таких отрядов достаточно велика, чтобы не оставаться подолгу под огнём. То есть вражеские стрелки попросту не успевают нанести им достаточный урон и, не имея копий, ничего толком не могут противопоставить в ближнем бою.

Вообще-то копья, точнее, особые тяжёлые пики, у моих арбалетчиков имеются. И даже щиты у них есть. Не уверен, что идея нагружать их этими вещами была удачной, но пока что используем. Однако на всех этого добра не хватит, плюс с ним не всё так просто, поэтому вопрос заслуживает отдельного пояснения в той ситуации, где дойдёт до практического применения.

Текущая ситуация явно не из таких, и потому арбалетчики атаковали налегке.

Наверное, всадники сначала не поняли, что происходит, а затем знатно удивились. Плюс известия о непонятной бойне, что случилась позади них на лесной дороге, тоже кавалерию несколько обескуражили.

Как бы там ни было, вначале они ничего не предпринимали. Просто изумлённо взирали на обнаглевших до последней наглости смердов, что деловито надвигались на самый благородный род войск Ассиопы, соблюдая при этом невиданную в этом мире синхронность движений. Строго нога в ногу, даже в малости не искривляя шеренги.

На дистанции в шесть с половиной сотен метров арбалетчики остановились, одновременно вскинули оружие к плечам и открыли огонь. Били простыми болтами, но выпускали их в хорошем темпе. То есть несколько тысяч в минуту вылетало по неполной тысяче всадников.

Даже не самые лучшие доспехи на таком расстоянии частенько выручали, не говоря уже про амулеты и особые навыки. Однако спасали они далеко не всех и не всегда, да и работали мои стрелки быстро и метко. При таком темпе артефактная защита не успевала обновляться, и тогда оставалась надежда лишь на крепость кирас и пластин брони, потому что кольчуга против таких болтов — ничто.

Болты ударяли по доспехам с таким шумом и так часто, что над полем боя повис непрерывный гул. Если не видеть, что происходит, можно подумать, что здесь не сражение началось, а начали работать сотни кузниц. По всему строю десятками посыпались и люди, и кони. И по тому, как долго ассиопцы мешкали, продолжая ничего не предпринимать, я окончательно убедился, что к моей коллекции неблагозвучных побед вот-вот добавится бой на Мокренькой.

Причём второй.

И даже не знаю, что лучше: преследующая меня «козья тема» или такое.

А ещё надо молиться ПОРЯДКУ, чтобы первый бой отнесли именно к Мокренькой, а не к лугу, протянувшемуся по другому берегу.

Потому что там тоже козы замешаны.

Но до конца стоять под обстрелом южане всё же не захотели. Похоже, заминка вызвана тем, что на «минах» пострадала верхушка этого отряда, оставив подчинённых без централизованного руководства.

Но армия, лишённая головы, остаётся армией. Перед строем заметались командиры низовых звеньев, что-то крича и руками размахивая, после чего первые ряды сорвались с места, их прекрасные кони быстро набрали скорость. И по всему выходило, что большая часть всадников должна успеть добраться до наглецов. А там и пары сотен кавалеристов такого уровня достаточно, чтобы сходу втоптать в землю всю нашу тысячу.

Это я пытаюсь прочитать мысли их медлительного командования.

Сам-то думаю иначе.

В реальности всё оказалось именно по-моему. Враги не учли то обстоятельство, что чем меньше дистанция, тем проще работать стрелкам. И меткость улучшается, и убойность у болтов выше, и на прицеливание времени меньше тратится.

Перестук разящего металла по доспехам и щитам слился в единый неповторимый звук. Это уже не кузни работали, это напоминало шум каких-то огромных заводских механизмов. Потери у противника росли лавинообразно, но к чести южан, они не дрогнули, так и продолжали рваться к арбалетчикам. И когда до тех оставалась пара сотен метров, в бой вступили дружинники. Их луки на такой дистанции работали почти столь же смертоносно и при этом быстрее.

Враги посыпались уже не десятками, а сотнями.

Вот тут они всё же дрогнули. И, как по мне, зря, лучше бы продолжили. Шли они бодро, не остановись, и кто-то бы обязательно добрался до стрелков. Да, таких везунчиков быстро бы угомонили, но это могло стоить нам крови.

А так получилось бесплатно.

Коня непросто на скаку остановить и невозможно сразу же после этого помчаться назад с той же скоростью. Дистанция плёвая, даже самые слабо прокачанные арбалетчики на таком расстоянии десять болтов из десяти всаживают в мишень размером с футбольный мяч. Так что замедлившиеся всадники превратились в набор лёгких мишеней, их выкосили в секунды. Лишь чуть больше десятка самых сильных воинов и магов уцелели, некоторые из них даже коней своих сберегли. Но и они уйти не смогли, вслед им слишком много болтов и стрел полетели, против столь массированного прессинга даже моя защита продержится всего ничего.