Магазин волшебных питомцев 5 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 28

Архимеда смело с торпеды, он с размаху впечатался в обшивку пассажирской двери.

— А-А-А! КРУШЕНИЕ! КАТАСТРОФА! ДЭНЬКА-УБИЙЦА! — заверещал какаду, пытаясь зацепиться когтями за солнцезащитный козырёк.

Фургон шатнулся на соседнюю полосу, обходя животное, и я рефлекторно рванул руль обратно вправо, чтобы не вылететь на встречку. Тяжёлый зад занесло, правые колёса с визгом проехались по самому краю обочины, обдав машину фонтаном гравия и грязи.

Я почувствовал, как фургон начинает нести юзом, но, вцепившись в руль мёртвой хваткой и точно рассчитав момент для контрруления, выровнял «Форд». Ударил по тормозам, в последний момент рефлекторно выжав сцепление, чтобы не заглохнуть. Машина остановилась. Двигатель гудел на холостых.

В салоне царил хаос. Слетевшая при манёвре на коврик Ника начала тревожно гавкать из-под бардачка, пытаясь понять, кто на нас напал. Архимед рухнул на сиденье вверх тормашками и продолжал орать что-то про страховую компанию и предательство.

Я тяжело выдохнул, сердце колотило в рёбра. Стараясь унять дрожь в пальцах, посмотрел в зеркало заднего вида.

Осёл всё так же стоял посреди дороги. Он даже не шелохнулся. Просто смотрел на машину отсутствующим взглядом, будто мы только что обсудили погоду.

— Ну конечно, — пробормотал я, откидываясь на спинку сиденья. — Просто ослик Иа вышел погулять посреди ночи.

Взглянул на часы. Без тринадцати полночь.

Дзынь! Поторопитесь!

Время призыва наступило!

Глава 9

Магазин, милый магазин

Доберманша Ника, тряхнув ушами, одним мощным прыжком вернулась на сиденье. От этого Архимед, пребывавший в состоянии глубокого шока, мгновенно пришёл в себя. Он взмыл вверх, совершив серию хаотичных кругов по салону, и с руганью приземлился на подголовник моего кресла, вцепившись когтями в обшивку.

— Права отнять! — проорал какаду, расправив хохолок во всю мощь. — Штраф-стоянка! Смерть в кювете! Дэнька — камикадзе! Кар-р-р!

Я тяжело вздохнул и, не глядя, потянулся к Нике. Собака не дрожала, но её глаза бегали, фиксируя каждое движение в салоне и за окнами. Я крепко потрепал её по холке, чувствуя под пальцами плотные, как сталь, мышцы и короткую, лоснящуюся шерсть. Она тихонько поскулила, прижавшись головой к моему плечу.

— Ничего, девочка, всё нормально. Просто ослик-террорист, — тихо проговорил я.

Плавно вывернул руль, съезжая на обочину и заглушил мотор. Вышел из машины, чувствуя, как ночной воздух, пропитанный сыростью и запахом хвои, остужает разгорячённую голову.

Ника и Архимед увязались следом. Собака выпрыгнула из машины, осмотрелась и пошла рядом в режиме патрулирования, её идеально поставленные уши постоянно дёргались. Я бросил взгляд назад, на виновника торжества. Осёл стоял посреди дороги, абсолютно неподвижный, словно каменное изваяние.

Ника, почувствовав моё внимание, коротко гавкнула в сторону животного. Это был такой типичный «проверочный» лай, требующий реакции. Осёл даже не повернул головы. Лениво дёрнул хвостом, отгоняя назойливую ночную мошкару, и продолжил смотреть в никуда с видом глубокого философского просветления.

— Иди ты к чёрту со своей нирваной, — пробормотал я.

Разбираться с этим копытным недоразумением некогда. В углу зрения вспыхнул красный таймер Системы.

До завершения окна «Ежедневного Призыва»:

11 минут 03 секунды

— Пошли, Ника. Ищем тихое место, — скомандовал я.

Мы свернули в заросли. Под ногами хлюпала жирная апрельская грязь, ветки кустарника хлестали по куртке. Собака шла уверенно, прокладывая путь сквозь подлесок.

Я материализовал из Инвентаря мощный тактический фонарь. Белый, концентрированный луч прорезал ночную мглу, выхватывая из темноты стволы берез и переплетенные корни. В какой-то момент Архимед решил, что лететь следом — ниже его достоинства, и с шумом приземлился прямо на спину добермана.

— Левее, рулевой! — скомандовал какаду. — Вижу просвет! Курс на север-северо-запад! Штурман Архимед ведёт корабль! Фи-фьють!

Ника лишь недовольно фыркнула, но сбрасывать «пассажира» не стала — видимо, подумала, что это часть нового режима тренировок.

Спустя пару минут мы вышли на небольшую прогалину. Трава здесь была примята, а в центре зияла небольшая естественная низина, защищенная от ветра густыми елями. Идеальное место для призыва.

Я остановился, выключил фонарь и посмотрел на таймер.

Осталось: 8 минут 27 секунд

— Так, — я выдохнул, чувствуя, как внутри нарастает привычное напряжение перед гачей. — Посмотрим, кого Система подкинет нам в этот раз. Только, пожалуйста, пусть это будет кто-то, кто не пытается съесть всё в радиусе километра.

— Лотерея! — восторженно проорал Архимед, подпрыгнув на спине Ники. — Ставлю три ореха на гигантского слизня! Кар-р-р!

— Хватит каркать, — оборвал я и надел защитные очки. — Призвать.

Пространство взорвалось сгустком ослепительного белого света. На мгновение всё вокруг исчезло: ели, грязь и сама ночь. Осталась только эта стерильная белизна, выжигающая сетчатку.

Фотохромные линзы моих очков потемнели, переходя в глубокий графитовый цвет, и только тогда я смог разглядеть то, что формировалось внутри этого сияния.

Сначала проступили очертания лап. Затем возник длинный, гладкий хвост, который дёргался из стороны в сторону. И, наконец, висячие уши, забавно обрамляющие морду.

Свет схлынул так же резко, как и появился, оставив после себя лишь запах свежести и мой подарочек.

На примятой траве, прямо в центре низины, сидел…

Щенок далматинца.

Белоснежная шерсть с россыпью угольно-чёрных пятен. Крупные кляксы на боках и спине, мелкая россыпь на мордахе и ушах. Далматины рождаются абсолютно белыми, пигментация проявляется позже. Значит, этот парень уже успел немного подрасти там, откуда его за секунду до гибели выдернула Система.

— Ну, привет, — тихо сказал я, чтобы не испугать его.

Щенок моргнул блестящими, как спелые маслины, глазами, сфокусировался на мне и склонил голову набок. Из пасти вывалился крошечный розовый язычок, а хвостик врубил режим пропеллера.

— Глюк! — заявил Архимед. — Система-глюк! Где слизень⁈ Не дали! Зефир-р-рка с пятнами!

Ника поступила очень профессионально. Не бросилась к новичку и не залаяла. Доберманша склонила голову, принюхиваясь к запахам у самой земли. Ноздри затрепетали, анализируя новый аромат — смесь молока, чистоты и того самого специфического флюида, что остаётся после разрыва пространства.

Она подошла к щенку, осторожно сокращая дистанцию, чтобы не напугать малыша.

Щенок, увидев перед собой огромную чёрно-рыжую собаку, на секунду застыл, даже хвост перестал мести по влажной траве. А затем он с коротким «тяф» буквально выпрыгнул вперёд.

Малыш уткнулся мокрым носом прямо в нос Нике, радостно обнюхивая её. Доберманша стоически стерпела этот всплеск энергии и затем почти незаметно лизнула щенка в макушку. Малыш в ответ забился в настоящем приступе восторга. Начал прыгать вокруг Ники, перебирая лапами и виляя задом.

Собака обернулась на меня. В её взгляде читалось что-то вроде: «Ну и что это за безобразие? Хотя в целом милый».

Я снял очки, чувствуя, как в лёгкие врывается прохладный апрельский воздух. Выдохнул густое облачко пара и посмотрел на пятнистого детёныша, который в этот момент пытался поймать собственный хвост.

— Знаешь, Архимед, — произнёс я, — вот такие «слизни» меня вполне устраивают.

Дзынь! Поздравляем!

Вы получили: Щенок Далматинца (Ранг E, Уровень 1)

Пол: Муж. Возраст: 3 месяца.

Описание: Пятнистый генератор хаоса. В данный момент его главная магическая суперспособность — путаться под ногами, вилять хвостом и вызывать неконтролируемые приступы умиления у окружающих.

Потенциал эволюции: Средний.

Получено опыта: 10

Примечание: Система искренне надеется, что гроза Разломов, повелитель древних чудовищ и победитель местных бандитов умеет обращаться с впитывающими пелёнками. И спрячьте свои любимые ботинки. Серьёзно.