Неправильный. Трилогия (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 22

— Правильно! И впредь — так же поступай! Ладно…

Он малость остывает.

— Почитал я тут, что про тебя успели уже понаписать некоторые… И есть на твой счет одна задумка…

— Садись! — майор указывает мне на стул. — Разговор у нас с тобой долгим будет…

После встречи с генералом меня оставили в штабе. Сказали: жди, про тебя вспомнят.

Долго, кстати, ожидать не пришлось, в коридор вышел какой-то майор и сделал мне знак следовать за ним.

Мы вошли в кабинет, и он предложил мне сесть.

— Будем знакомы! Я майор Ковальский, Степан Ефимович, начальник оперативного отдела дивизии. За тебя все знаю. А что не знаю — расскажешь по ходу дела…

Оказывается, генерал командует не просто дивизией — а целой группой войск! Пока не понимаю, сколько это, но явно дофига… А дивизионный комиссар — это как раз и есть тот самый Дьяков, на чей приказ тогда и ссылался старший лейтенант у моста.

Кстати, все рапорта — и Фролова, и тогдашнего капитана, что меня у моста расспрашивал — вот они, на столе у начоперода. И еще какие-то бумаги, рассматривая которые, майор несколько раз удивленно бровь приподнимал.

Как я понял из его слов, у командования возникла идея создать эдакую мангруппу — из саперов и автоматчиков, которая быстро бы перекрывала всяческими хитростями опасные направления. Прекрасно понимаю: пока еще туда войска подойдут да нормальную оборону поставят…

А тут — как специально — подвернулся под руку такой вот… неправильный весь из себя деятель…

— Читаю вот тут рапорта — и даже удивительно! — качает головой Ковальский. — И все-то решения почти на самом верху лежали — а отчего ж только ты вдруг до этого додумался?

— Так просто же все, товарищ майор… — пожимаю плечами. — Я ж сапер — за каждый чих сам, лично, должен отвечать! Вот тут и начинаешь думать! Одно движение неверное — и амба! А позади меня товарищи идут — и вся надежда только на меня. Сработает мина — и кого-то из них со мною рядом хоронить будут. А виноват — я! Не доглядел…

— Ты тут не один сапер! — качает головой майор. — И другие есть, однако ж, почему-то только тебя вдруг заметили! Опять же, слушают тебя бойцы — это все в рапортах отметили! Да и работать начинают быстрее, чем обычно… Это, мил друг, не просто так! Я-то знаю!

Долго ли, коротко, а состав отряда стал понемногу вырисовываться.

До взвода пехоты — это и дураку было ясно, без пехотного прикрытия сапер много не наработает. Он-то в землю обычно смотрит, а надобно еще и по сторонам поглядывать.

Минимум три пулемета, желательно — один станкач.

Это тоже было ясно, и никаких возражений не последовало.

Два отделения саперов — самый минимум!

Инженерка… Тут я попросил время, чтобы составить подробный список. Хрен там их знает, что вообще на складах из этого имеется? Напишу что-нибудь эдакое… чего и в помине-то еще не было, потом сам буду в затылке чесать…

Инспекция складов — это, как ни крути, а день — вынь да положь!

Обучение личного состава — а где его вообще брать-то, этот самый личный состав?

— Может, — осторожно интересуюсь я, — из старого взвода, ну, что у моста со мной работал, кого-то взять?

Майор кивает — это можно.

— И из этих, что вчера со мною бегали?

— Вообще не вопрос. Список напиши, отдадим в приказ.

— Вооружение бы саперам поменять — хотя бы частично. Винтовка здорово мешает, когда мину ставишь.

Автомат вообще-то тоже не подарок, но все же…

— Пистолетами, что ли, всех вооружать собираешься?

— Ну, трофейные же автоматы есть? Их и нужен-то всего десяток… Патроны, я уверен, имеются.

Транспорт — тут тоже все было понятно. Пешком или на лошадях — скорость передвижения невелика, да и многого не утащить.

— Ладно, с этим решим, — подводит итог Ковальский. — На подбор народа тебе сутки! Приказ будет… Как много времени на подготовку надобно?

По уму — неделю как минимум! Но… кто ж ее мне даст?

— Пара дней. По самому малому прошу!

— Сутки! — отрезает майор. — Времени совсем нет!

Итого — три дня…

Склады, личный состав, обучение — никогда не думал, что заделаюсь иллюзионистом!

Когда я появился на пороге дома, где был теперь расквартирован мой бывший взвод, народ уже, надо полагать, и не чаявший меня увидеть, откровенно обрадовался! Кроме комвзвода — он, как только меня узрел, насупился. Резонно не ожидая от меня ничего хорошего услышать.

И не прогадал…

— И мотоцикл я тоже забираю!

Лейтенант молчит.

Грозная бумага за подписями генерала и дивизионного комиссара, как-то вот не способствовала жарким спорам.

Все «мои» саперы — четверо, снайпер, два пулеметчика… и старшина Охримчук! Тот — так вообще на телеге со двора выехал. И что интересно, она у него еще с вечера загружена была! Собственно говоря, я про него и думать — то забыл, а он сам, ненавязчиво так, подойдя сбоку, поинтересовался: а кто всем этим хозяйством заведовать будет? Каюсь — об этом я как-то даже и не задумывался! Ведь прав старшина!

Да и с другой стороны… Роты нашей больше нет — кроме нас, никто более не вышел, а во взводе таковой должности не предусмотрено.

А тут — отдельный отряд! Не рота, да, но хозяйство может быть… скажем так — немаленьким!

— И это — все, что вас тут имеется?

Пожилой лейтенант только плечами пожимает. Мол, а от меня-то тебе чего надобно? Что видишь — то и есть!

Два десятка ящиков с деревянными противопехотками, порядка сорока штук противотанковых мин… И ладно бы еще ТМ-35! Тут и вовсе какая-то древность седая, я таких даже и не помню вообще!

Осколочных противопехоток[1] нашлось всего три ящика. И то божий дар.

Взрывчатка… Был даже аммонал! Но и вместе с ним получалось всего килограмм около шестидесяти.

Что порадовало — взрывателей, капсюлей-детонаторов и прочего добра тут хватало! Мне столько даже и не нужно… ага, особенно исходя из того количества взрывчатки и прочего, что тут еще имелось.

— Выписывайте накладную.

— Честно говоря, я пока даже и не представляю, что вообще можно заминировать таким количеством взрывчатки. Ну, положим, пехоту мы остановим — на какое-то время… Да и как прикажете ставить? Взвода минеров у нас нет, нужного количества мин — тоже… — ворчу я себе под нос, трясясь на ящиках с минами. Грузовик, натужно ревя мотором, преодолевает очередной подъем.

Петлин качает головой.

— Ты ж у нас умный — вот и придумай что-нибудь!

— Ага… Сам придумал — сам и выполняй! С тебя и спросят, ежели все побоку пойдет…

— Всем смотреть на меня! — поднимаю руку. — Работаем тройками.

— Так в уставе… — подает реплику сержант Мишин.

Его вместе с еще тремя красноармейцами нам прислали из штаба. Мол, саперы — тебе как раз сгодятся… Сержанта, кстати, немало задевало, что он по службе должен подчиняться рядовому красноармейцу. Но меня, откровенно говоря, это вообще никак не волновало. Ну, сержант… и что? Мало ли я таких видывал! А такое слово — приказ, тебе знакомо?

«И будешь прыгать с тумбы на тумбу…»

Господи, а это еще откуда?

— В уставе, кстати, ничего не сказано о порядке действия таких вот отрядов! Более того — они вообще в Красной Армии не предусмотрены! И откуда, спрашивается, нам знать про то, чего там не указано? — отбриваю я сержанта.

Молчит. Обижается, небось…

— Так вот — тройками! Один — тот, что поздоровее — сам буду назначать! — тащит основной запас мин. Вооружение — винтовка. Второй — старший группы, две противотанковые или несколько противопехоток. Вооружен автоматом. Третий — три противотанковые мины или несколько противопехоток и запас взрывчатки, капсюли-детонаторы, взрыватели и прочее хозяйство. Вооружение — винтовка. Уяснили?

Бойцы негромко переговариваются. Но пока никто с вопросами не вылезает.