Неправильный. Трилогия (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 112

И вот – я сжимаю в руках проездные документы и отпускное удостоверение.

Наган у меня в оружейке, автомат туда сейчас отнесу, в отпуск с таким вооружением не ездят – это вызовет массу ненужных вопросов. А ставший привычным маузер висит теперь на своем месте.

Утром выезжать!

А пока – заглядываю в блиндаж к ребятам. Надо же и попрощаться – не на один день уезжаю ведь!

Стоило ли упоминать о том, что эти проводы затянулись далеко заполночь?

Выйдя на нужной станции, осматриваюсь и, обнаружив указатель – «Комендант», топаю туда. Нужное мне место находиться аж в тридцати километрах отсюда, в достаточно большой деревне. Ага, стало быть, надеюсь, что проблемы с постоем там не возникнет – не в лесу же мне, наконец, ночевать? Комендант – пожилой старший лейтенант, успокаивает – комендатура там имеется, мне помогут. Он даже может туда позвонить! Вот уж за что ему огромное спасибо! Кстати, в очередной раз свою роль сыграл маузер – на меня тут смотрят с уважением!

К вящему моему удовольствию, выясняется, что в нужном направлении сегодня проследует автомашина с пополнением и какими‑то грузами. Позвонив на склады, где эта машина будет принимать груз, старший лейтенант озадачивает кладовщика, чтобы водитель после окончания погрузки, заехал бы в комендатуру. Вообще класс!

Сидим с комендантом, пьём чай. И я рассказываю ему всяческие новости. В основном, разумеется, то, что сам от попутчиков в поезде услышал – откуда мне, в немецком‑то тылу, знать обо всем, что здесь происходит? Что‑то и он мне рассказывает… так незаметно и время пролетело.

В дверь к коменданту стучат – пришла машина со складов.

Встаю и на прощание пожимаю ему руку – авось, когда и свидимся!

Подхожу к машине вместе с водителем, он всю дорогу на меня посматривает – мол, что за персона такая?

В кузове сидят пятеро молодых ребят и сержант с двумя нашивками за ранения – успел мужик повоевать! Увидев меня, он выбирается из кузова на улицу и представляется. Нате‑здрастье – он из госпиталя! В смысле – из выздоравливающих. А сюда его послали принять пополнение.

Так… в кабине я, похоже, не поеду… есть тут с кем поговорить!

Уже смеркалось, когда мы въехали в деревню. Спрыгнув с машины, прощаюсь с ребятами – мне к коменданту.

Звонок со станции свое дело сделал – ночлег мне нашли совсем недалеко от комендатуры, и вскоре дежурный боец провожает меня к дому. Он, кстати говоря, пустой – хозяин ушел в армию всего месяц назад. А дом теперь использует комендатура по своим надобностям.

Так! Обустраиваемся, на ночь глядя переться в госпиталь – не поймут! А поутру, заодно и побреюсь – и при всем параде…

Кстати, чаю бы не помешало! А на дворе есть дрова, сейчас печку затопим, заодно и согреемся!

Растапливая печку, внезапно замираю.

Чу!

Калитка?

Дверь в сенях я не запирал – отвык уже от такого роскошного жилья. Шаг вправо – и рукоятка маузера привычно легла в руку.

Гости, говорите?

Интересно… а я ведь никого не приглашал!

Точно – гости!

Негромкие шаги, скрипнула половица… И темная фигура, не наклоняя головы, шагнула в дверь.

Не наклоняя головы? Я, когда входил, чуть башкой косяк не снес – вовремя сообразил пригнутся. А тут… человек этот точно ниже меня!

Света внутри нет – только от печки падает слабый отблеск. И в нем можно кое‑что разглядеть. Но для этого надо хоть немного привыкнуть!

Я – привык.

А вот гость – пока не успел.

Шаг вперёд, моя левая рука ложиться на плечо вошедшего, а правая с зажатым в ней пистолетом уже поднимается вверх…

– Петя⁈

Маузер глухо стукнул об лавку…

Глава 3

Отдельная группа комплектации и снабжения 2 корпуса германской армии

– Что у нас сегодня нового, гауптман? – Олендорф только вернулся с совещания и находился в несколько приподнятом настроении.

– Мы получили несколько неожиданное указание… – Кранц положил на стол к шефу несколько бумаг. – Нам предписано оказывать всемерное содействие спецгруппе РСХА, которая будет действовать в нашем районе.

– Ну, раз предписано – окажем, – пожал плечами оберстлейтенант. – Это все новости?

– Да, – кивнул гауптман, – пока все.

– Ну, а у меня новости есть, – Олендорф кивнул на кресло гауптману. – Присаживайтесь…

Денщик принес офицерам кофе и некоторое время в кабинете было тихо, лишь позвякивали ложечки в чашках.

– Так вот, мой друг. – отставил опустевшую чашечку в сторону оберстлейтенант. – Во‑первых – снят с должности начальник ГФП. Он, с понижением в должности, отправлен на фронт. Хочу сказать, что далеко не последнюю роль в этом сыграла информация, которой мы с ним поделились. Ему припомнили ещё и это – мол, располагая оперативными данными о русских диверсантах, которые пробуют вывезти золото их банка через линию фронта, он не сумел этому воспрепятствовать.

– А его вывезли? – поинтересовался Кранц. Он давно уже отвык неприкрыто удивляться, усвоил, что в деятельности разведки это не всегда правильно. Можно выразить свое восхищение грамотными действиями руководства – это всегда воспринимается с благосклонностью. А вот высказывать удивление – неправильно, сочтут за недалекого человека. И сделают выводы – не всегда приятные.

– Да, – кивнул Олендорф. – От нашей агентуры пришло донесение – в Михайловское отделение Госбанка сдано сорок один килограмм золота и один миллион четыреста тысяч рублей. Документы подписаны сотрудниками военной контрразведки. Имеются все основания полагать, что это только часть вывезенного золота, остальное было направлено в другие места – обычная практика спецслужб. Как вы понимаете, копия донесения тотчас же была направлена руководству ГФП в Берлин – мы же обязаны доложить о таком факте!

«И чужими руками изящно устранили того, кто попробовал перейти дорогу абверу!» – мысленно восхитился гауптман. – «Да уж… как говорят русские, Олендорфу лучше в рот палец не совать!»

– Полагаю, что тот, кто заменит на данном посту слишком самоуверенного беднягу Янге, будет более благоразумен в принятии решений. И не станет так уж сильно спешить! – заметил Кранц.

– Надеюсь на это, – кивнул оберстлейтенант. – Что ж, мой друг, вернемся к текущим делам…

Главное управление имперской безопасности.

Оперативная справка

«…3 марта 1942 г. в район города… была направлена отдельная группа специалистов лаборатории 3 'В». В состав группы, помимо руководителя лаборатории проф. Дормайера, был включен также доктор Аншадт и профессор факультета естественных наук Парижского университета Жозеф Фор. Последний был придан группе в качестве консультанта по математике. Следует отметить, что в течении двух лет он активно сотрудничал с властями рейха и зарекомендовал себя как высококлассный специалист.

Целью группы являлся объект НКВД, известный как «Розовка». По имеющимся сведениям, там проводились работы по вскрытию шифровальных систем союзников и разрабатывались шифры для нужд НКВД. Перед самым отступлением красных, на объект была выброшено десантное подразделение вермахта, которое, после упорного боя, смогло захватить объект и предотвратить его подрыв в самую последнюю минуту. Большинство сотрудников объекта к тому времени было эвакуировано, часть материалов вывезена, но некоторое количество документов удалось сохранить от уничтожения.

На специалистов лаборатории 3 «В» была возложена задача исследовать захваченные материалы и определить их ценность для специальных служб рейха.

Судя по первым докладам профессора, им удалось восстановить значительную часть информации, что могло бы дать доступ к ключам и принципам шифрования. Приказом из Берлина им было предписано подготовить все материалы к вывозу в Германию.