Эмиссар пустоты (СИ) - Мясоедов Владимир Михайлович - Страница 12

— Все выжившие матросы либо покалечены, либо больны! — Кивнул в сторону нижних чинов жрец, а из толпы наблюдающих за бесплатным представлением зрителей донеслось согласное покашливание на три разных глотки. — Даже на ногах может стоять лишь половина бойцов, а уж заниматься чем-то полезным — и того меньше! Просто одни страдают от постоянных простуд и обморожений, вторые от того, что греются в едких испарениях горячих источников разъедают их кожу, глаза и легкие со всякими там слизистыми, а третьи стали жертвами как холода, так и токсичных вулканических миазмов! Меня и моих учеников просто не хватает на то, чтобы исцелять всех, тем более когда у нас нет зелий для того, чтобы восстанавливать свои собственные запасы энергии и силы организмам, истощенным регенерацией!

— Охотиться тут не на кого, а почва бесполезна, поскольку обычного для подобных геологических образований слоя плодородного пепла по какой-то причине тут нет! — Обрадовала Олега друидка. — То ли не извергался он уже много-много тысяч лет, то ли какой-то дух специфический тут в реальность ненадолго проявился и всю подходящую ему пищу пожрал…А только выращивать тыквы я и парочка моих подчиненных должны на голых камнях. Это, мягко говоря, утомительно и долго, а потому каждому человеку в лагере на день достается примерно такой же кусочек, который он бы съел за один присест и попросил добавки!

— А про то, что активность Гипербореи в этом регионе может прийтись не по вкусу атлантам, никто из вас, конечно же, так и не вспомнил. — Вздохнул Олег, уже предчувствуя, что просто не будет. И быстро, кажется, тоже. Ну, если бы силы противника вдруг показались на горизонте прямо сейчас, то рассчитывать бы он смог только на себя, а также на самых боеспособных представителей местного контингента, которых было откровенно немного. Ему же предстояло продемонстрироватьСоветнику не тактику малых групп, а нечто другое…Ну а к идее делать врагам очень больно в гордом одиночестве или с несколькими помошниками можно будет в том случае, если их лагерь все-таки атакуют в ближайшие минуты или часы, а потому придется либо проигрывать не показав своих талантов, либо отчаянно партизанить. — Ладно, но хоть на этом-то все или ещё какие-то проблемы есть?

Проблемы были, проблем было много, проблемы были достаточно специфические, чтобы возникнуть только в этом месте и в этой конкретной ситуации. Лагерь, когда-то представляющий из себя вполне пристойное место, ныне пребывал в руинах. На дне довольно солидного ущелья, чьи стены естественным образом защищали людей от большей части пронзительных ветров, гиперборейцы возвели несколько десятков зданий из готовых блоков и материалов, которые они перли на своем горбу и в хранилищах со свернутым пространством аж от побережья…И ныне от тех сооружений осталась лишь высившаяся по кругу каменная стена в три человеческих роста, с десяток жавшихся к ней казарм, нередко довольно сильно поврежденных, холмы заставшей лавы, высившиеся из этих холмов обугленные руины и большая дыра в земле, глубину которой измерить добровольцев не нашлось. А ещё были воняющие на всю округу горячие источники — недавняя катастрофа изменила русло какой-то мелкой подземной речушки, а может и создала его, в результате чего вблизи друг друга образовались три исходящие сернистым паром лужицы шириной в три-четыре метра и глубиной человеку по пояс…Впрочем греть в них ноги желающих все-таки не нашлось, ведь плоть и даже вполне себе качественные и прочные кожаные сапоги там довольно быстро разъедало. Не за секунды и даже не за минуты, но плескаться в подобной жидкости часами сумел бы разве только ну очень квалифицированный йог, которому кровать из гвоздей и раскаленные угли кожу уже даже не щекочут.

Уничтожение инфраструктуры усугублялось ещё и тем фактом, что обитатели данного места не так уж и хорошо ладили между собой.Однородные с виду моряки, оказывается, представляли из себя команды двух разных кораблей: гражданского и военного. Отличить выбравшихся на сушу покорителей океана можно было исключительно по дизайну обуви и коротких удобных при драках на палубе клинков, но этого хватало, чтобы мобилизованные гражданские специалисты грызлись с представителями сословия воинов, мнящих себя выше пусть призванных на службу, но обычных простолюдинов. Поводом для конфликта чаще всего являлось место у горячих источников, где хоть ненадолго можно было почувствовать себя комфортно, пусть даже ценой рисков для здоровья. Их всех скопом презирала и пыталась оттеснить в сторону от природной батареи относительно многочисленная прослойка одаренных числом человек в сто, вот только были те исключительно ведьмаками, от простых людей особо не отличающимися, а потому отдельные представители этого привелигированного вроде бы коллектива нарывались на коррекцию прикуса и пересчитывание ребер. Это было вообще-то весьма серьезным преступлением, особенно в действующей армии, но заниматься делами военной полиции никто из имеющихся начальников особо не горел желанием, да и устав им подобную самодеятельность вроде как запрещал, а единственный выживший представитель нужной структуры валялся в сарае, обозначенном как лазарет, без глаз и ног. Ученики же и подмастерья в фатальном ритуале по подчинению магического источника все как один по приказу ныне покойного командира участвовали, но в отличии от более опытных товарищей убежать не смогли. Какой-то пропроведник то ли древней веры, то ли новой ереси баламутил бесящийся от скуки, скученности и повсеместных лишений народ, причем выступал он в маске, заглянуть под которую так ни разу ни у кого не получилось, а потому жрец-целитель начистил рожи и посадил под арест трех наиболее вероятных кандидатов из числа самых авторитетных ветеранов…И не угадал, в результате чего народ на него слегка озлобился, а вот смущающие речи, раздающиеся на весь лагерь, так и не смолки. Игра в кости приобрела масштабы большого спорта и чемпионы в этом способе убить время обложили долговыми расписками сослуживцев…А парочка из них таинственно пропала без вести и, вероятно, теперь пыталась обустроиться с максимальным комфортом где-нибудь в загробном мире для погибших иллюзий, если такой действительно существует. Но расследование их исчезновения, увы, стоило провести самое настояшее.

Выставив по периметру лагеря многочисленных часовых, которые все равно кроме как стоять и смотреть ничего толком сделать не могли в силу слабости или увечий, Олег принялся за работу, что должна была повысить боеспособность и продуктивность вверенного ему фортпоста. Налаживание быта. Уж в чем-чем, а в том как превратить человеческие ресурсы в эффективное подразделение он действительно понимал толк! Правда, обычно ему значительную часть необходимых для повышения боеспособности материальных ресурсов поставлял противник, которого покуда на горизонте и близко не было, но чародей никогда не стеснялся импровизировать или же выдавать напутственного пинка тем, кто считал, будто он уже сделал свое дело и может отдыхать, а работают пускай остальные.

Из лазарета за пару часов были пинками выгнаны те, кого он сумел поставить на ноги одной левой, поскольку правая-то рука чародея по-прежнему в шее артефактора пятого ранга торчала. Однако подобные мелочи не мешали ему быстро и просто исцелять или даже переличивать переломы, обширные ожоги и гнойные воспаления, по его воле рассасывающиеся как по волшебству. Штатный целитель с несколькими ведьмаками-санитарами смогли с облегчением выдохнуть, сосредотачиваясь на тех, кого требовалось стабилизировать, чтобы тем хуже не стало, а исцеленные кадровые резервы вместе с парочкой симулянтов и курировавшим их продажным медиком отправились разбирать руины в поисках полезных вещей, уцелевших кусков дерева и даже банального угля, который тоже являлся в данной местности страшным дефицитом и мог быть к делу приспособлен. Причем замазанные в небольшом коррупционном скандальчике были назначены вечными «добровольцами» на самые грязные и тяжелые работы, что вызвало горячее одобрение у всех свидетелей чудесного исцеления воспаления хитрости и неумеренной жадности.