Что скрывает прилив - Орунья Мария - Страница 10

– Что? – спросил он, сдерживая улыбку. – Должно же было у меня что-то осесть в голове после стольких разговоров с Мухикой.

– В любом случае, – сказала Валентина, – это нас ни к чему бы не привело. Для того чтобы заколоть жертву чем бы то ни было, убийца должен был каким-то образом попасть в каюту, а это невозможно, если только не подтвердится гипотеза Торрес, что там есть потайная дверь. Вы сами читали в отчете: капитан и несколько членов экипажа осмотрели каюту, когда вошли, но ничего не обнаружили.

– Может, они сами замешаны, – предположил Камарго.

– Это не исключено, – согласилась Валентина. – Пока что мы не можем исключить вообще ничего, однако не забывайте: они засвидетельствовали, что обыскали каюту в присутствии нескольких гостей.

Лейтенант с задумчивым видом прошлась по залу, потом снова вернулась к схеме корабля и посмотрела сначала на нее, а потом на свою команду.

– Ладно, пока не получим больше информации, все наши теории – пустой звук. Пора приниматься за дело. Камарго, вы с Торрес и Субисарретой попробуйте выяснить все, что сможете, о жертве и теннисном клубе, а также о ее компании по организации мероприятий, «Смарт». По-видимому, ближайшие родственники – это мать и сестра, проверьте их биографию и посмотрите, нет ли каких-то странностей с их домом в Маталеньясе.

– Странностей? Это каких?

– Например, недавно возникшее ипотечное обременение, залог имущества… Да что угодно, Торрес. И насчет ее бывшего мужа – выясните, давно ли они в разводе и где он находился вчера вечером. Особенно постарайтесь разузнать о личной жизни жертвы, не было ли там каких-то перемен за последние несколько месяцев… Ну, разберетесь.

– Да, лейтенант.

– А, вот что еще, – добавила Валентина, слегка потирая пальцами левый висок. – Сами распределите между собой задачи и выясните всю возможную информацию о пассажирах и членах экипажа, хорошо? Сабадель, ты свяжись с верфью и с людьми, что занимались реставрацией шхуны, раздобудь план всех помещений на корабле. Еще поговори с морслужбой, мне нужен полный отчет, а не выжимки, которые они нам прислали, также нужны подробные сведения обо всех судах, которые вчера проходили поблизости от «Хиральды», и о том, не видел ли кто-то водолазов или каких-либо происшествий на воде в промежутке как минимум за три часа до и три часа после убийства… С этим наша морслужба тебе не поможет, надо будет связаться с Морской аварийно-спасательной спецслужбой. Договорились?

– Это все я один? Но если…

Валентина взглянула на него и подняла бровь, давая понять, что приказы оспариванию не подлежат.

– Я в тебя верю, Сабадель. Не сомневаюсь, что ты, как ответственный за культурное наследие, лучше всех справишься с исследованием исторического корабля.

Если в ее словах и была ирония, она не отразилась ни в интонации, ни на лице лейтенанта. После чего Валентина переключилась на Ривейро:

– Сержант, мы едем наконец осматривать эту шхуну?

Ривейро кивнул, и через несколько минут они вдвоем вышли из здания комендатуры в Пеньякастильо. Откуда Валентине было знать, что это загадочное преступление еще раз перевернет ее жизнь?

Внушительная шхуна была пришвартована у одного из причалов Королевского морского клуба Сантандера. Вокруг чувствовалось какое-то особое настроение, хотя до официального старта чемпионата мира по парусному спорту оставалось еще два дня. Лейтенант с сержантом Ривейро прошли по проспекту Переда мимо колоритной скульптурной группы «Лос-Ракерос», изображавшей портовых мальчишек, и остановились у своеобразного здания Морского клуба. Оно было построено в первой половине XX века и напоминало часть белого трансатлантического лайнера, бросившего якорь у набережной Сантандера. Окна в красных рамах и темно-синие навесы над ними довершали картину. Здание как будто покачивалось на волнах бухты, но на самом деле оно стояло на прочных опорах, а под ним море вело свой неустанный танец.

Двое агентов из морслужбы и секретарь Королевского морского клуба встретили Валентину и Ривейро прямо на трапе, ведущем к дверям клуба. Похоже, их ждали уже некоторое время. Валентина отказалась от приглашения выпить кофе в клубе и попросила сразу проводить их на шхуну. Пока они туда шли по понтонам, Валентина расспросила, как обстоят дела с безопасностью.

– О, у нас система видеонаблюдения! – поспешил объяснить Диего Пичель, секретарь клуба. – И охранники дежурят с восьми утра до полуночи.

– И вчера вечером не было зафиксировано никаких происшествий?

– Никаких.

– А за всю неделю?

Он покачал головой без особой уверенности и подозвал своего подчиненного. Тот подошел быстро, несмотря на хромоту, из-за которой заметно раскачивался из стороны в сторону при каждом шаге. Пичель задал ему вопрос, и сотрудник, на вид уже пенсионного возраста, убежденно покачал головой:

– Нет, точно нет. У нас тут все под контролем. Проверяем всех, кто входит и выходит, особенно сейчас, когда столько народу, – добавил он, кивнув в сторону зевак, любовавшихся кораблями с портовой набережной. Уже начали прибывать суда, участвующие в чемпионате.

– А шхуна? – спросила Валентина. – Кто-то мог туда попасть незаметно для вас?

– Разве что вплавь. Через пристань посторонних не пускают.

– И вы вчера не видели ничего необычного, такого, что привлекло бы ваше внимание?

Пожилой сотрудник помотал головой.

– Сеньора, вчера экипаж весь день драил шхуну, потому, если бы туда попытался проникнуть кто-то посторонний, матросы заметили бы.

Валентина кивнула, хотя по-прежнему не исключала, что кто-то тайком пробрался на корабль – пусть даже и вплавь. Вплавь… А вдруг он и сбежал таким же путем? Если в каюте и вправду есть потайная дверь, убийца мог выйти через нее после того, как заколол Юдит, прыгнуть за борт и доплыть до берега. Возможно ли такое? Она попросила Диего Пичеля сохранить записи с камер наблюдения на случай, если судья сочтет необходимым приобщить их к делу и пришлет соответствующий запрос.

Наконец они дошли до внушительного судна. На палубе сразу у трапа их ждали капитан с первым помощником и агент морслужбы, назначенный охранять пристань до тех пор, пока криминалисты не закончат обследование судна. Лейтенант поднялась на борт, словно заправская морячка, привыкшая большую часть жизни проводить в плавании. Она не ожидала, что корабль будет в таком прекрасном состоянии, и, поздоровавшись с Аланом Алонсо и Тимотео Комесаньей, залюбовалась филигранной работой реставраторов, несомненно означавшей, что спортивный клуб не поскупился, чтобы вернуть «Хиральду» на воду. На шхуне пахло морем, свежевыкрашенным деревом и жизнью. Воздух еще хранил теплое воспоминание об ароматах с кухни Макото, и от этого на корабле становилось немного уютнее.

Однако на лицах капитана и первого помощника не было и намека на праздничное настроение. Алан Алонсо провел их по всему кораблю и остановился перед каютой, где нашли мертвую Юдит. Они сняли сигнальную ленту с двери, и капитан рассказал о событиях прошлого вечера – в точности так, как они были записаны в предварительном отчете морслужбы.

– Если вы не возражаете, мы еще с вами побеседуем после того, как осмотрим каюту. Сообщите, пожалуйста, остальным членам экипажа, что мы сегодня же их допросим и что их присутствие обязательно.

– Но вчера мы уже рассказали вашим коллегам…

– Знаю, но теперь и нам нужно их выслушать. Понимаю, что это доставляет неудобство, но и вы поймите – погиб человек, а учитывая обстоятельства смерти, мы с большой долей уверенности подозреваем, что произошло преступление.

Капитан кивнул и решил, что нет смысла спрашивать, зачем странному лейтенанту с разноцветными глазами обыскивать каюту, где ночью агенты в белых комбинезонах все уже перерыли и усыпали своим порошком, а наснимали столько, что хватило бы на десяток фотоальбомов. Он оставил Валентину и Ривейро, те закрыли за ним дверь и принялись молча разглядывать каюту.