Эпоха Опустошителя. Том XII - Часть III (СИ) - Павлов Вел - Страница 70

Завидев меня, движения божеств замедлились, но внешне те не подали никакого виду. В отличие от их служителей. Темида первой отвела взгляд. Тиамат едва заметно напрягла плечи. Хеймдалль замер, словно наткнулся на невидимую стену, а Фрея смотрела на меня с такой странной смесью, что её спокойное лицо впервые показалось почти человеческим.

— Уже проснулся, брат? — Матвей приветственно и как ни в чем не бывало махнул мне рукой, будто каждый день приводит богов на прогулку. — Как спалось перед завтрашнимднём?

— Сладко, — ухмыльнулся с явным довольством я, продолжая сидеть беззаботно на прежнем месте и между делом глядя на Марриуза и напрочь игнорируя оберегов. — Очень сладко. Погляжу, ты с самого утра уже за работой.

— Как видишь, — расплылся тот в понимающей усмешке. — Ты с нами?

— Нет. Пожалуй, пусть он решает такие вопросы без моего участия, — отказался мягко я, продолжая игнорировать оберегов, которые не сводили с нас глаз. — Я позже навещу хранителя. Мне нужно с ним кое-что обсудить.

Марриуз понял отказ без лишних вопросов. В его глазах промелькнула короткая благодарность — он тоже не хотел, чтобы встреча превращалась в новый суд.

— Как скажешь, брат, — залихватски подмигнул мне он, а после указал гостям на дверь. — Прошу за мной, чтимые господа и дамы.

Шаги гостей звучали глухо. Никто не решался заговорить. Даже Илай, обычно не способный промолчать в подобный момент, лишь переводил недоверчивый взгляд с меня на божеств. Косясь в мою сторону, каждый из них проходил мимо. Однако не все желали следовать по своим делам. Краем зрения я увидел, что кое-кто остановился у края террасы.

— Ты… стал другим, — с теплой улыбкой отметила женщина.

— Не поверишь, Вивиан, но сам в шоке, — фыркнул я, пожав плечами. — Кто бы знал, что местный воздух столь благотворно на меня влияет.

Дослушав меня до конца, та вдруг закатила глаза.

— Как погляжу, твоя колкость никуда не делась.

— Что есть, то есть… — не остался я в долгу, а после указал глазам на ожидающего Матвея и оберегов. — Ступай, Кристальная Ведьма. Не задерживай остальных. Вас ждёт хранитель Земли.

Отмеченная кивнула и неспешно двинулась вперед. Однако в их компашке появилась та, кто решил повторить действия Вивиан. Фрея отделилась от процессии не сразу. Арнлейв хотела остановиться вместе с ней, но Ванадис едва заметно качнула головой. Предводительница валькирий подчинилась, хотя её взгляд остался прикован ко мне. Уже некоторое время её хозяйка не сводила с меня пристального внимания, но помимо колкости я по-прежнему остался не шибко терпеливым.

— Если что-то хочешь сказать или спросить, то не стой столбом, — хмыкнул я, не глядя на женщину. — Увы, но читать мысли я так и не научился.

В саду стихли птицы. Даже стрекот крыльев фей на мгновение показался слишком громким. Марриуз остановился у дверей, но не вмешался. Все обереги и их отмеченные разом замерли. На миг образовалась гнетущая тишина, но всего на миг.

— Почему? – тихо поинтересовалась Ванадис, а я тотчас ощутил на себе взгляды окружающих. — Почему не добил нас? Почему не довершил начатое? Почему остановился в столь ответственный момент?

В каждом вопросе слышалось то, чего прежде я никогда не замечал в голосе оберега — страх перед ответом.

— Не заблуждайся на мой счёт. Тебя простил не я, а Фьётра. Благодари её. Будь моя воля и ты была бы развоплощена еще год назад. Но знаешь… — я тихо рассмеялся и посмотрев себе через плечо, встретился взглядом со всеми оберегами разом. — Так даже лучше. Мне нравится ваш нынешний и столь жалкий вид. Каково это — лишиться большей части того, что вы имели? Каково лишиться паствы? — взор мой сместился чуть левее, и я с издёвкой посмотрел на предводительницу валькирий. — А ты, Арнлейв, скажи мне, каково это остаться последней? Каково это — лишиться всех сестёр по чьей-то указке? Вероятнее всего, мы с вами больше никогда не увидимся — так что прощайте, «почтенные обереги», — сухо заключил я, вновь возвращаясь к созерцанию ошеломленного Илая. — Ну или же просто страдайте. До вас мне теперь нет никакого дела…

Фрея чуть побледнела, но взгляда не отвела. Арнлейв же вздрогнула, будто сказанное предназначалось не ей, а клинку, до сих пор торчавшему в незажившей ране. Пальцы небесной воительницы стиснули край плаща. Однако ни возражений, ни привычной ярости не последовало.

— Зря не довершил начатое. Всё должно было закончиться иначе. Эпоха Оберегов должна была окончиться полностью.

Слова Ванадис для окружающих прогремели как гром среди ясного неба. Хеймдалль потрясённо застыл, а Тиамат и Темида с шоком воззрились на Фрею. Столь обыденное признание даже меня заставило посмотреть в их сторону. Я понял, к чему она клонит.

— Три секунды, не так ли? — спокойно произнёс я, а Ванадис резко вскинула на меня глаза. — Да, я знаю о вашем уговоре. Но лично мне плевать на него. И я безмерно рад тому факту, что благодаря Аббадону твой план рухнул. Возможно, однажды ты научишься жалеть тех, кого ломала. Прощай, Фрея…

Земля. Российская Империя.

Москва. Первое кольцо.

Главная резиденция рода Лазаревых.

Кабинет хранителя Земли.

23 апреля 4061 год по летоисчислению Вечного Ристалища.

За высокими окнами медленно просыпалась Москва. Утренний свет скользил по крышам Первого кольца, однако в кабинете оставался холодный полумрак. Плотные шторы были раздвинуты лишь наполовину, а огонь в камине давно погас. Молчание затянулось. В кабинете у хранителя Земли царила гнетущая обстановка. Ни приветствий, ни дурацких расшаркиваний, ни чего-либо еще. Каждый из присутствующих понимал, для чего они явились сюда.

Четверо оберегов сидели напротив массивного стола. Год назад каждый из них мог спокойно заполнить это помещение собственной силой. Теперь их ауры едва касались стен, и даже это слабое давление казалось скорее отголоском былого величия.

— С распрями окончено, — спокойно заключил Лазарев, стоя за спинкой кресла и рассматривая что-то за окном. — Такого умозаключения придерживаюсь не только я, но и Паллад с Аллейдой. Более того, после всего случившегося мы всё еще готовы сотрудничать. Причем на равноправных условиях. Как-никак вы наши соседи и враги нам под боком не нужны. Да и помехи, как понимаю, были устранены год назад. Надеюсь, все согласны?

Зеантар говорил ровно, не оборачиваясь. Внизу, за стеклом, по садовым дорожкам спешили слуги, и обычная жизнь резиденции странно не сочеталась с разговором тех, кто когда-то решал судьбы миров.

Удивление исказило лица Темиды, Хеймдалля и Тиамат. Безучастной осталась только Фрея. Справедливая первой выпрямилась в кресле. Бог Света недоверчиво сощурил уцелевший глаз. Многоликая перестала водить когтем по подлокотнику. Лишь Ванадис смотрела в сторону окна с тихим спокойствием оберега, которого исход встречи уже почти не касался.

— Честно признаться, мы и не рассчитывали на подобное. Ты мудр и милосерден, Зеантар, — изрекла с толикой удивления Темида, а после, переглянувшись с остальными, тихо заключила. — От лица Альбарры мы благодарим всех хранителей за такую щедрость по отношению к нам.

— Не принимайте это за милосердие, — сухо уточнил Хранитель Земли. — Равноправие не отменяет ответственности. Оно лишь означает, что отныне никто не станет платить за ваши решения вместо вас.

Справедливая медленно кивнула. Благодарность в её взгляде сменилась пониманием.

— К сожалению, я еще не закончил, — продолжил вещать Лазарев. — Я знаю, что Иерихон сейчас крайне нестабилен. Хотите вы того или нет, но вам придётся навести там порядок. Анархия чревата. Сейчас вас как раз четверо. Четыре пантеона. Так что дележкой территорий и власти займетесь сами…

— Мы наведём порядок, — после короткого молчания заверила Тиамат. — Но прежних границ пантеонов больше не будет. Иерихонцы сами выберут, кому доверять.