Аварийщик. Дом №0 (СИ) - Андрович Алекс - Страница 66

— Я не знаю. Я реагирую на территориальный профиль. До вас сюда уже входили.

Сергей перестал улыбаться.

— Когда?

— Семь минут назад по внешнему времени.

— Кто?

— Профиль скрыт. Центральный доступ, не территориальный.

Нестерова резко сказала:

— Какой уровень?

— Не определён. Маска старая.

— Что он взял?

— Защёлку не смог. Она не признаёт чужой профиль.

Сергей выдохнул.

— Уже праздник.

— Взял сервисный маркер буфера.

— Что это даёт?

Архивный Воронцов посмотрел на него.

— Возможность открыть другие нулевые хранилища без локального оператора.

— Праздник отменяется.

Петрович подошёл к двери и выглянул на площадку. Никаких следов незнакомца не было. Старушка из восемьдесят второй квартиры выглядывала из-за своей двери, несмотря на запрет и Сергей махнул ей, чтобы спряталась. Она демонстративно закрыла дверь только наполовину.

— Он куда ушёл? — спросил Сергей.

— Через внешний переход.

— Куда?

— Не знаю.

— Вы с Синицыным точно вместе работали. Манера отвечать одинаковая.

Воронцов усмехнулся.

— Если ты действительно следующий оператор участка, привыкнешь к тому, что сеть не обязана знать всё.

— А я не обязан это любить.

— Это тоже знакомо.

Сергей посмотрел внимательнее. Даже выражения лица иногда совпадали неприятно точно. Но сейчас не время заниматься генеалогией с призраком технического состояния.

— Защёлка где?

— В буфере.

— Это я уже понял. Конкретнее.

— Ты должен её найти.

— Конечно. Нормально дать в руки нельзя.

— Нельзя.

— Почему?

— Потому что если я могу указать место, любой, кто получит доступ к записи, сможет заставить меня указать место.

Сергей помолчал.

— Ладно. Умно.

— Воронцов был не совсем идиотом.

— Уже родственник.

Архивная фигура посмотрела на него с лёгким интересом.

— Ты тоже это заметил?

Сергей напрягся.

— Что именно?

— Сходство.

— Трудно не заметить.

— У меня нет данных о причине. Воронцов специально не оставил родственные архивы в буфере.

— Специально?

— Да.

— Значит, что-то знал.

— Вероятно.

— И опять «не знаю».

— Ты предпочёл бы ложь?

Сергей вздохнул.

— Нет. Это и бесит.

Комната за спиной архивного Воронцова дрогнула. Стена стала прозрачной, за ней проступил знакомый длинный коридор нулевого буфера. Только теперь Сергей видел его иначе. Не как бесконечную ловушку, а как склад состояний: двери, технические помещения, куски квартир, лестниц, щитовых. Всё, что когда-то провалилось сюда из дома и связанных узлов, лежало слоями.

— Буфер нестабилен, — сказал Воронцов. — Неавторизованный доступ нарушил индекс.

— По-человечески.

— Комнаты перемешиваются.

— Вот. Можешь же.

Система показала:

НУЛЕВОЙ БУФЕР 1847

ЦЕЛОСТНОСТЬ: 46%

ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ЗАЩЁЛКА: ПРИСУТСТВУЕТ

ТОЧНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ: НЕ ОПРЕДЕЛЕНО

— Отлично, — сказал Сергей. — Ищем иголку в квартире, которой нет.

Петрович поднял монтировку.

— Я с тобой.

Нестерова тоже сделала шаг.

Воронцов посмотрел на неё.

— Центральный профиль будет менять буфер сильнее.

— Почему?

— Он воспринимает вас как внешнее управление.

Сергей кивнул.

— Оставайся у двери. Если кто-то вернётся — сообщишь.

— Я не люблю оставаться снаружи.

— Поздравляю. Я тоже много чего не люблю.

Она хотела возразить, потом согласилась. Петрович пошёл с Сергеем. Архивный Воронцов не двигался, но его голос следовал по коридору, будто звучал из стен.

— Защёлка связана с исходным состоянием участка. Ищи не предмет.

— А что?

— Связь.

— Очень помог.

Коридор менялся каждые несколько метров. Справа была кухня из восьмидесятых, где на столе стояла кастрюля и ещё шёл пар. Слева — пустой лифтовый холл, которого в доме никогда не было. Дальше — кусок подвала с кирпичной стеной. Сергей включил Диагностику II и перестал смотреть на декорации. Между всеми состояниями тянулись тонкие линии. Большинство обрывались. Одна уходила глубже и светилась тускло-зелёным.

— Нашёл направление.

— Вот поэтому ты здесь, — сказал голос Воронцова.

— Не начинай загадочно. Я нервный.

Петрович шагал рядом, время от времени касаясь стен рукояткой монтировки. В одной комнате они увидели ту самую девочку Лену из 1989 года, только это было не живое существо, а застывший фрагмент: девочка сидела на полу и рисовала. Сергей остановился.

— Это она?

— Состояние до первого перехода, — ответил Воронцов. — Буфер хранит остатки.

— Можно удалить?

— Можно. Не сейчас.

— Потом, значит.

— Да.

— Ненавижу вас всех.