Аварийщик. Дом №0 (СИ) - Андрович Алекс - Страница 32

На карте одна красная точка начала мигать.

Вторая.

Третья.

Через несколько секунд мигали все тридцать четыре.

Перед глазами Сергея посыпались строки.

ЗАЯВКА № 001: УЗЕЛ 21. КРИТИЧЕСКАЯ СТАБИЛЬНОСТЬ.

ЗАЯВКА № 002: УЗЕЛ 8. НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ПЕРЕХОД.

ЗАЯВКА № 003: УЗЕЛ 14. ОБРАТНЫЙ ПОТОК.

ЗАЯВКА № 004…

— Выключи! — крикнул Сергей, но не понимал кому.

Система продолжала выдавать адреса.

На двадцатой заявке он перестал читать.

На тридцать четвёртой всё замерло.

АКТИВНЫХ АВАРИЙ: 34

КРИТИЧЕСКИХ: 7

НЕОТЛОЖНЫХ: 3

— Твою мать, — тихо сказал Сергей.

Рация ожила.

Голос Лены сверху был почти криком:

— Серёга! Приём! Серёга!

Он нажал кнопку.

— Слышу.

— Тут заявки посыпались!

— Вижу.

— Что значит «видишь»?! Компьютер с ума сошёл! Адреса сами появляются!

— Сколько?

На секунду в рации стало тихо.

Сергей и Петрович посмотрели друг на друга.

— Лен?

— Со всего города, — сказала она.

Сергей медленно выпрямился и посмотрел на карту из сорока семи огней.

Тридцать четыре горели красным.

На центральном столе сам собой открылся чистый журнал заявок. На первой странице появилась дата и одна строка:

СМЕНА: БЕЛЯЕВ С.В.

Ниже проступила вторая:

ЗАЯВКА ПРИНЯТА.

Глава 11. Три срочных

Тридцать четыре красных точки на карте выглядели не как заявки, а как диагноз. Сергей стоял перед стеной подземной диспетчерской, слушал одновременный звонок трёх телефонов и впервые в жизни хотел, чтобы кто-нибудь из начальства вошёл, забрал папку и уверенно сказал: «Дальше не твоя проблема». В обычной аварийке такое иногда случалось, хотя чаще наоборот — начальство приезжало к тому моменту, когда проблема уже была твоей и первым делом уточняло, почему ты неправильно оформил акт. Здесь начальства не было. Была мёртвая центральная диспетчерская, карта города и системная надпись, от которой хотелось материться не громко, а обстоятельно.

АКТИВНЫХ АВАРИЙ: 34

КРИТИЧЕСКИХ: 7

НЕОТЛОЖНЫХ: 3

— Ну, поздравляю, — сказал Петрович, разглядывая экран. — Повысили.

— Куда?

— В крайние.

— Я и без должности там давно работаю.

Сергей положил ладонь на стол. Под пальцами дерево было сухим и совершенно обычным. Вокруг стояли аппараты, которые не должны были работать, система разговаривала с ним без проводов, под городом неизвестно сколько лет существовала параллельная инфраструктура, а стол оставался нормальным. Хотелось хотя бы от него какой-нибудь подлости, чтобы окружающий мир выдерживал общий стиль.

Он нажал первую мигающую строку. Карта приблизилась, показала северную часть города и адрес девятиэтажного дома на улице Молодёжной.

ЗАЯВКА № 001

УЗЕЛ 8

ТИП: НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ПЕРЕХОД

СТАБИЛЬНОСТЬ: 41%

ПОТЕНЦИАЛЬНО ЗАТРОНУТО: 126 ЧЕЛОВЕК

— Сто двадцать шесть, — прочитал Петрович. — Это жильцы?

— Похоже.

— А «переход» чего?

— Сейчас позвоним и спросим у перехода паспортные данные.

Вторая срочная заявка оказалась на промышленной подстанции у северной объездной. Стабильность двадцать восемь процентов, потенциально затронуто двадцать три человека, в примечании — ПОТЕРЯ ИЗОЛЯЦИИ / НЕШТАТНАЯ ГЕНЕРАЦИЯ. Третья точка находилась на старой насосной станции. Там система показывала семь человек и непонятный ОБРАТНЫЙ ПОТОК, причём не уточняла, какой именно поток. Сергей мысленно расставил их так, как делал это сотни раз раньше: где люди, где вероятность развития, где можно временно локализовать, а куда надо ехать прямо сейчас.

Проблема была в одном. Обычно у него имелась диспетчерская, бригады и хотя бы приблизительное понимание, что означает текст заявки. Здесь он был одновременно диспетчером, мастером и идиотом, который вчера ещё не знал о существовании всей этой системы.

— Центральная, — сказал Сергей в пространство. — Приоритеты пересчитать по угрозе людям.

Ничего не произошло.

— А если вежливо? — предложил Петрович.

— Не порть мне отношения с техникой.

Он мысленно нажал на строку ПРИОРИТИЗАЦИЯ. Перед глазами развернулось меню с десятком параметров: стабильность, распространение, число затронутых, ценность узла, связность, возможность локализации. Последний пункт был отмечен серым: ТРЕБУЕТСЯ ОПЕРАТОРСКИЙ ДОПУСК II. Сергей выругался. Система будто специально показывала кнопки, которыми нельзя пользоваться, — старый и очень человеческий способ издевательства.

Рация снова ожила.

— Серёга, вы там живые? — спросила Лена.

— Условно.

— Тут начальник уже два раза звонил. Я сказала, что вы в подвале смотрите ввод.

— Хорошая ты женщина, Леночка.

— Не заговаривай зубы. Что происходит?

Сергей посмотрел на Петровича. Тот пожал плечами. Секретность после того, как Лена видела говорящий трансформатор и чёрные машины Миронова, стала немного формальной.

— У нас теперь есть карта заявок, — сказал Сергей. — Не наших. Тех, вторых.

— Много?

— Тридцать четыре.

В рации несколько секунд молчали.

— Ты шутишь?

— Я когда шучу, звучит смешнее. Обычно.

— И что делать?

— То же, что всегда. Разбирать по одной. Сверху компьютер видишь?

— Который сам адреса выдаёт? Очень трудно не заметить.