Провинциальный остеопат. Том 4 (СИ) - Сластин Артем - Страница 39

— В прямом. Мне нужны люди с нормальными руками, опытом и головой на плечах. Чтобы человек понимал, что делает с телом, а не рисовал рельсы и шпалы сорок минут. Речь идёт о настоящих профессионалах спортивной реабилитации.

Ирина ответила не сразу.

— Знаю несколько. Два человека, все раньше работали со мной. Одна в диспансере, другая несколько лет ездила на сборы со спортсменами. Стаж у обеих больше двадцати лет, правда, возраст…

— Опыт, — вновь повторил я. — Мне нужен опыт. У нас студия спортивной реабилитации, а не экзотический массаж с тайскими красавицами. К нам люди приходят и будут приходить именно за помощью. Если бы вы видели то, на что я сейчас смотрю, то не стали бы беспокоиться по этому поводу. Лучше скажите, если предложить им те же условия, что были у вас — сорок процентов с сеанса — что будет?

— Думаю, согласятся, — ответила женщина, а затем замолчала. — Стоп, почему «были»?

Я улыбнулся.

— Потому что у вас они изменятся. Точнее, хочу предложить вам, а принимать или нет, уже ваше решение.

— Я что-то не так сделала? — в её голосе послышались нотки тревоги.

— Дослушайте меня до конца. Я хочу, чтобы вы стали старшей. Новые сотрудники будут напрямую отчитываться перед вами. Расписание, расходники, качество работы, порядок в кабинетах и прочее. Обычные случаи решаете сами, но если что-то сложное, послеоперационное, спортивное — отправляете мне. Мне нужен человек, который не просто подменит меня, а тот, кому могу оставить всю студию на несколько дней или даже неделю, если мне понадобится уехать. Забирать будете уже по пятьдесят процентов от стоимости каждого пациента, которого ведёте лично, плюс фиксированная доплата в двадцать тысяч в месяц.

В трубке повисла тишина, и мне даже пришлось посмотреть на экран, дабы убедиться, не сбросился ли звонок.

— Вы это сейчас серьёзно? — наконец спросила она.

— Как системная краниосакрально-висцерально-соматическая дисрегуляция, — ответил я.

— И нанимать и увольнять людей тоже?

— Да, особенно это. У вас опыт в этой индустрии больше, а значит, больше и знакомств. Я доверяю вашему решению.

Её голос резко изменился.

— Тогда я согласна, — ответила она куда радостнее. — И девочкам позвоню сегодня же. Только как мы все поместимся в одном кабинете и на одном столе? Планируете разбить график на смены?

— Нет, — уверенно ответил я. — В одном кабинете мы действительно больше не поместимся, но об этом пока не беспокойтесь. Как только будут новости, я обязательно вам расскажу, и мы всё тщательно обсудим. И да, сегодня вам придётся поработать одной, так как я буду решать вопрос с новым помещением.

— Хорошо, тогда я сейчас поеду в кабинет и по пути обзвоню новых сотрудниц. Можете не переживать и спокойно заниматься вашими вопросами, Алексей Николаевич. Студия не рухнет.

— Спасибо. Буду держать в курсе.

На этом разговор был закончен, а я положил телефон на стол и выдохнул. Значит так, у меня будет старший сотрудник, и она обещала привести ещё двоих высококлассных спецов с собой. Значит, с рабочей силой всё понятно. Осталось только выяснить, куда их поместить, найти помещение, закупиться дополнительным инвентарём и главное — где взять на всё это деньги.

К счастью, существовали такие заведения, где человечество веками складировало всё золото и иногда выдавало гражданам на развитие частного бизнеса под абсолютно ужасный и нечеловеческий процент. Вот только другого выбора у меня нет. Мне придётся с двух ног врываться в новый бизнес, как это сделала Соколова с моей жизнью, или упускать момент и жалеть об этом весь оставшийся век.

Я открыл экселевскую таблицу, куда записывал все расходы, и начал считать.

Первым делом помещение. Требуется три рабочих места, а лучше четыре. Если уж навешивать на себя финансовую кабалу, то делать это на полную. Дальше необходима небольшая зона ожидания, нормальный туалет, а не общий на весь этаж, стойка администратора. Метро желательно в шаговой доступности, потому что человек после операции или с больным коленом, особенно зимой, вряд ли оценит двадцатиминутный пеший марш-бросок.

После этого перешёл к разделу инвентаря. Мебель, ремонт под знаком вопроса, вывеска, расходники — цифра буквально росла на глазах, и всё выглядело так, будто собрался купить чуть ли не личный самолёт.

Я поскрёб ручкой висок.

Придётся выплачивать кредит ещё лет пять, ежемесячно вспоминая о принятом решении, но эффект слишком сильный, чтобы его упускать. Обновил ещё раз страничку студии и увидел новых семьдесят три подписчика.

Значит, мне понадобится хороший риэлтор и качественный бизнес-план, с которым идти уже в банк. Обычная бумажка с набросками и что-то вроде: «Дайте мне пол-миллиона на расширение студии», — не пойдёт.

Список знакомых в Москве у меня постепенно расширялся, и сначала подумывал о том, чтобы обратиться с этим вопросом к Бугаеву, но решил, что бизнес и мутные типы, очень похожие на бандитов, вещи несовместимые. Пускай лучше и дальше пригоняет своих пацанов и сам заходит. Палец инстинктивно отыскал в списках Илью, и я нажал на вызов. Вот у кого-кого, а у него точно есть целая куча знакомых.

После третьего гудка раздался хриплый голос.

— Лёх, ты на часы смотрел?

— Почти восемь, — спокойно ответил я. — Ты чего ещё спишь?

— Потому что у меня выходной, — сказал он, и на фоне что-то зашуршало.

— Считай, он у тебя только что закончился. Слушай, есть знакомые риэлторы?

— Жильё собрался брать? — спросил он, шлёпая босыми пятками по полу. — Только не говори, что вы с Аней разъезжаетесь.

— Да, то есть нет. Пока не готов ответить тебе на этот вопрос, но помещение нужно для студии. Три-четыре кабинета, метро рядом, желательно не за МКАДом. Есть люди на примете?

Повисла пауза.

— А с чего это ты решил так агрессивно расширяться? В лотерею выиграл? Слушай, если это из-за Ани, я бы не стал принимать решения на эмоциях. Бабы — это такое дело, сам знаешь…

— Блин, Мельников. Зайди на страничку студии.

Повисла тишина, прерываемая лишь стуком пальцев о клавиатуру.

— Ни хрена себе, — заговорил Илья. — Это за ночь накапало? Погоди, это всё из-за того репортажа и фотки этой Соколовой?

— Других вариантов у меня нет, — ответил я, добавляя в список оплату коммунальных услуг. — Ну так что, есть у тебя нормальный риэлтор на примете?

Мельников задумался.

— Слушай, ну, есть одна женщина, она мне помогала квартиру брать, но я с ней как-то опосредованно общался. Вроде по отзывам хвалят. А чего ты Ленку не спросишь?

— Ленку? — удивлённо повторил я. — Соболеву? А причём тут Соболева?

Илья хмыкнул и затем уже рассмеялся.

— Ты сейчас надо мной прикалываешься?

— Что? — спросил я. — Она-то тут причём?

— Господи, Смирнов, ты знаешь её дольше, чем я, и даже не представляешь, чем её семья занимается?

— Ну, она говорила, что у неё отец в бизнесе каком-то, но я не вдавался в подробности, какая разница?

— «Каком-то», — передразнил меня он. — У них коммерческой недвижимости по Москве столько, что Ленка, наверное, в детстве училась считать не на яблоках, как все нормальные дети, а в квадратных метрах.

Я медленно отложил ручку.

— Да ладно… Так не бывает.

— Я тебе говорю, у неё оба родителя недвижкой занимаются. Я уже подумывал через них прикупить себе дачу, годика так через три. Ну, знаешь, чтобы было где семьей собираться.

— Сем… — вдруг осёкся я. — Ты там обрюхатить её ещё не успел?

Илья рассмеялся.

— Не, не. Она чётко дала понять, что пока у неё на уме только спорт. А вот жениться, наверное, придётся.

— Что ты сейчас сказал? — послышался на фоне женский голос.

— Ничего! — тут же выпалил Мельников.

— Нет-нет, повтори!

Послышался шорох белья и какой-то удар.

— Лен, отдай телефон.

— Не отдам! Отвали!

Ещё один грохот. Я терпеливо ждал, постукивая ручкой по столу, и уже планировал сбросить звонок, как вдруг раздался голос Соболевой: