Канцлер-дракон. Её тёмный защитник (СИ) - Мадьяр Рина - Страница 52

— Дэйнар, — начинаю я, и голос дрожит. — Я должна тебе кое-что сказать.

Он садится рядом, берёт мои руки в свои.

— Что случилось? Ты меня пугаешь.

— Не пугайся, — я улыбаюсь сквозь слёзы. — Я… кажется, я беременна.

Он замирает и я не понимаю, рад он или испуган.

— Ты… — он осекается на полуслове, пристально глядя на меня.

— Кажется, да, — киваю. — Я ещё не уверена, но все признаки… и Хаггар отменил занятия, потому что мне было плохо утром.

Он притягивает меня к себе, прижимает так сильно, что мне становится трудно дышать.

— Я сделаю всё, чтобы ты была в безопасности, — говорит он глухо. — И наш ребёнок.

Я глажу его по спине, чувствуя, как дрожат его руки.

— Я знаю, — шепчу едва слышно, а у самой внутри становится так тепло и уютно, словно дом обрёл свой очаг.

— Ты оправдан? — спрашиваю тихо, хотя уже знаю ответ, но хочу услышать это от него, хочу, чтобы он сказал это сам.

— Оправдан, — он чуть кивает. — Суд признал обвинения несостоятельными. Варрад остался в камере, и теперь его очередь отвечать за свои преступления.

— А Элис? — я вспоминаю ту девушку, которая травила меня, которая мечтала занять моё место, и чувствую, как внутри поднимается странное, смешанное чувство.

— Элис пришла ко мне сама, — он говорит это так спокойно. — Она предложила помощь. Сказала, что поняла, как всё сложно, когда Варрада арестовали. Выглядела она измождённой. Напуганной.

— И ты поверил ей?

— Я дал ей шанс, — он пожимает плечами. — Она указала на человека, который служил связным между Варрадом и его покровителем. Этого оказалось достаточно, чтобы начать расследование.

Я молчу, переваривая. Элис, которая ненавидела меня, которая хотела уничтожить, теперь помогает Дэйнару. Мир действительно перевернулся.

— Кто стоял за Варрадом? — спрашиваю, хотя боюсь услышать ответ.

— Один из советников императора, — Дэйнар вздыхает, и его пальцы сжимают мои чуть крепче. — Старый, опытный интриган, которому не нравилось, что пост канцлера занимает слишком молодой мужчина. Он считал, что я недостоин этого места, что моё родство с императором не даёт мне права на такую власть.

Мне становится не по себе от таких слов, но я понимаю, что моё появление было для них слишком на руку, чтобы не воспользоваться этим.

— Он хотел ослабить императора, убрав его правую руку. А заодно избавиться от тебя, потому что твой дар усиливал мои позиции.

Я чувствую, как холодок пробегает по спине. Мы были пешками в чужой игре, и только сейчас, когда Дэйнар держит меня за руки, я понимаю, как близки были к гибели.

— Что теперь будет с ним? — спрашиваю.

— Император уже начал расследование, — отвечает Дэйнар. — Думаю, советник не удержится на своём месте. Варрад, возможно, даст показания против него в обмен на смягчение приговора. А если нет, мы найдём другие способы.

— Ты останешься? — я смотрю на него, и в моём голосе, наверное, слишком много надежды, но мне всё равно.

— Останусь, — он улыбается, и эта улыбка такая тёплая, что у меня перехватывает дыхание. — Теперь я никуда не уеду, пока наш малыш не появится на свет.

Я прижимаюсь к его плечу, чувствуя, как его рука обнимает меня, как тепло его тела согревает, несмотря на прохладный вечер за окном.

— Я боялась писать тебе, — признаюсь. — Думала, ты бросишь всё и прилетишь, а расследование останется незаконченным.

— Ты правильно думала, — он целует меня в макушку. — Я бы бросил.

Эпилог

Пять лет спустя

Солнце поднимается над горами, и я стою на балконе, глядя, как первые лучи золотят заснеженные вершины. Внизу, в саду, слышен детский смех, и я улыбаюсь, узнаю этот звонкий голос. Наш старший, Дэриан, гоняется за младшей, Элиной, а их нянька, молодая девушка из местных, едва поспевает за ними.

Конечно, всё это условно, ведь они двойняшки, просто девочка появилась на свет на несколько часов позже своего брата.

Позади слышатся шаги, и я чувствую знакомое тепло его рук, обнимающих меня за талию.

— Снова не спишь? — рядом слышится низкий, сонный голос Дэйнара, а я прижимаюсь к нему, прикрывая глаза. — В твоём состоянии нужно больше отдыхать. Вдруг ты носишь дракона?

— Любуюсь видом, — отвечаю, поворачиваясь к нему лицом. — И детьми.

— Дэриан опять дразнит сестру, — его губы растягиваются в улыбке, когда он смотрит вниз.

— Она сама его провоцирует, — смеюсь я. — Вся в тебя.

— Я не провоцирую, — возражает он. — Я действую.

— Вот именно.

Мы стоим так, обнявшись, и я чувствую, как его рука гладит мой живот, и внутри шевелится третий. Мы не знаем пока, кто это будет, мальчик или девочка, но это не важно. Этот ребёнок будет рождён в любви и мире, в отличие от первых двух, которые появились на свет вскоре после возвращения Дэйнара на север.

Хаггар всё ещё живёт в поместье, его лаборатория теперь занимает целое крыло, и он обучает Дэриана основам геомантии, хотя мальчику всего четыре. Дар крови Анрих проявился рано, и я вижу, как камни откликаются на его зов, послушные, тёплые. Элина пока только наблюдает, но её глаза уже светятся тем же огнём, что и у отца, и я знаю, что драконья сила не обойдёт её стороной.

Варрад умер в тюрьме через год после ареста, не назвав имени покровителя, так и не узнав, что его уже поймали. Старый советник, тот, кто стоял за ним, был сослан на южные рудники, и его имя забыто. Империя процветает, император правит твёрдой рукой, а Дэйнар остаётся его верным канцлером. Правда, теперь он редко покидает север, ведь наконец настало мирное время.

Я всё ещё занимаюсь с Хаггаром и мой дар растёт, как и прежде. Теперь я чувствую магические потоки на расстоянии, которое даже вообразить сложно. Кажется, своим магическим восприятием я могу накрыть пол империи и отчасти это даже пугает. Камни слушаются меня всё лучше, я могу поднимать в воздух целые глыбы, заставляя их танцевать под мою музыку. А при желании и горы сдвинуть, но такой необходимости пока не возникало.

Лира вышла замуж за капитана стражи, и у них родилась дочь. Она приезжает к нам каждое лето, а я счастлива, что девушка теперь не вынуждена служить, а занимается своей семьёй. Мы пьём чай в саду, вспоминая старые времена.

Леди Ашита умерла два года назад, не оставив наследников. Я скорблю о ней до сих пор. Она была для меня больше, чем наставницей, она была другом. Мы переписывались до последнего, и её письма хранятся в шкатулке у моей кровати.

— Мама, папа, идите завтракать! — кричит Дэриан снизу, и мы спускаемся в столовую, где уже накрыт стол.

Пахнет свежим хлебом, мёдом, чаем. Элина сидит на своём месте, болтая ногами, и требует варенья, наша маленькая сладкоежка. Дэйнар садится во главе стола, я занимаю место рядом, оглядывая наших детей и я чувствую невероятное тепло, переполняющее меня.

Потому что сейчас мы здесь все вместе в этом доме. И это счастье.

— Я люблю вас, — говорю я, не сдержав нахлынувших чувств.

— Мы тоже, — отвечает Дэйнар, накрывая своей горячей ладонью мою руку.

Дэриан что-то рассказывает, Элина хохочет, а я смотрю на это и до сих пор иногда не могу поверить, что пять лет назад я была служанкой в этом доме, боявшейся поднять глаза.

А теперь я его хозяйка, жена могучего дракона и мать его детей.

И это только начало.

Конец!