Капитали$т. Часть 8. 1994 (СИ) - Росси Деметрио - Страница 26

— Найдется, — сказал запыхавшийся Олег. — Сейчас я скажу…

А Сергей с любопытством посмотрел на меня.

— Тогда ему в натуре нужно было голову отстрелить. Фотки красивее вышли бы.

— Мне и такие сойдут, — заверил я запыхавшегося качка.

Через несколько минут у меня в кармане несколько фоток человека, валяющегося без чувств на полу. Будет что показать господину губернатору, чтобы интриги не плел… Окровавленного Артура унесли, гангстеры, слегка вспотевшие и запыхавшиеся, расселись по местам. Что ни говори, бить человека — тоже нелегкая работа. Саша мрачно молчал, настроение его окончательно испортилось.

— Короче, этот придурок больше у вас в городе не покажется, — подвел итог Дима. — Найдем нормального кого-нибудь. Да, Саня?

Саша меланхолично кивнул.

Дима улыбнулся.

— Ну чего? Все вопросы порешали? А, Алексей? Или еще чего-то осталось?

А вот сейчас мне нужно очень осторожно…

— Есть еще один момент, — сказал я.

— Да ты чё⁈ — развеселился Дима. — Ну ты даешь! Еще чего-то случилось⁈ Ну, рассказывай тогда, не держи в себе…

— Я когда в Москву приехал, — начал я новый рассказ, — хотел в автопроизводство вложиться. Есть такой Березовский, вы все о нем слышали…

— Да ну нахрен, — разочарованно сказал Сергей. — Мы ж с тобой общались на эту тему, я тебе весь расклад дал. Человек непорядочный. Проблемный.

— Производство автомобилей у нас — тема опасная, — усмехнулся Дима. — Даже мы туда не лезем. Бабки, конечно, там реальные крутятся, но я так скажу… нахрена покойнику бабки? Забудь, не заморачивайся.

— Все верно, — подтвердил я. — Сергей мне все рассказал, но я решил, может получится мимо этого Березовского как-то в эту тему влезть?.. Ну и приставил людей — послушать его разговоры. Есть у нас специалисты…

Дима покачал головой.

— Ну ты даешь! И чего? Послушал?

Я достал из кармана кассету и положил на стол перед гангстерами.

— Послушал. Так-то ничего особенного, но попался один разговор… Думаю, что вас может заинтересовать.

— Чего там? — спросил заинтригованный Дима.

— Информация, которая касается вашего шефа, — сказал я. — Не знаю… ее можно слушать всем присутствующим?

— Если шефа касается, касается и нас, — мрачно заявил Олег. — Сейчас послушаем, че это у тебя за хит.

Принесли здоровенный музыкальный центр, включили, вставили кассету… Дима нажал «PLAY» и из колонок зазвучала скороговорка Бориса Абрамовича:

«Слушай, я знаю, что у него связи. Я знаю. Мне эти справки не нужны. Мне нужно, чтобы проблема исчезла. Ты меня понимаешь? Проблему решить нужно. Она возникла один раз и не факт, что не возникнет снова. Нужно дело делать. Это уже не вопрос финансов, векселей и прочего».

Гангстеры слушали. Сначала с недоумением, потом с возмущением, после которого поперли бурные эмоции. Весь красный от едва сдерживаемой злости Сергей вскочил с кресла, расплескав налитый коньяк.

— Сейчас поеду и лично его кончу! Давно пора было его вальнуть, я не пойму, какого…

— Остынь, — негромко сказал Дима.

— Да чего «остынь»⁈ — взревел Сергей. — Хрен ли…

— Остынь, говорю, — Дима повысил голос.

А Олег задал мне довольно каверзный вопрос:

— От какого числа запись?

— Запись сделана восемь дней назад, — сказал я.

На несколько секунд повисло мрачное молчание.

— Так что же, ты восемь дней назад знал об этом разговоре, а нас не курсанул? — ледяным тоном спросил Дима.

— А смысл мне ее в секрете хранить? — развел руками я. — Мне приносят материалы раз в несколько дней, я их просматриваю. А в этот раз так получилось, что меня выдернули в родной город, и посмотреть смог только когда вернулся. То есть, вчера. А сегодня уже информация у вас.

Голос Димы слегка потеплел.

— А… Ну да, ты же уезжал… Мы тебя неправильно поняли. Ну, Алексей, удивил ты нас сегодня. Пойдем, провожу тебя…

Мы вышли из кабинета, и я слегка расслабился. Кажется, проглотили они наживку.

— Вот что, — сказал мне Дима, когда мы шли к выходу. — Вот тебе моя визитка. По всем вопросам, которые возникнут, связь держи только со мной. Понял? Чьи у тебя еще контакты есть?

— Сашины, — начал перечислять я. — Сергея, Степана…

— Забудь. Только ко мне.

— А если они звонить будут? — удивился я.

— Не будут, — успокоил меня Дима. — Теперь дальше. Встречу, о которой просит твой друг, как я и говорил, постараемся организовать. По бабкам решим позже, но скажи ему, пусть ориентируется минимум на «лимон». В месяц.

— Передам, — кивнул я.

А Дима шустрый парень. На ходу подметки рвет. Миллион долларов в месяц… навряд ли кто-то приносит им такую сумму.

— Ну и если понадобятся конфиденциальные услуги, — продолжил Дима, — это оговаривается отдельно и оплачивается отдельно. За нами сейчас сила, — самодовольно добавил он, — мы сейчас кого угодно можем подвинуть.

— Передам, — повторил я.

— Я надеюсь, ты сам понимаешь, что о разговоре, который на кассете, никому рассказывать не нужно? — спросил он.

— Не вчера родился, — подтвердил я.

— Ну, тогда расход. Будем прощаться, — сказал Дима и, широко улыбаясь, крепко пожал мне руку.

Глава 14

Поздней весной 94-го Москва — грязновата и неухоженна, но зато по-весеннему свежа и даже романтична. Мы с Жанной — моей теперешней пассией, гуляем, дышим воздухом и разговариваем о пустяках. Жанна завязала с модельным бизнесом, окончательно и бесповоротно. Ее подруга по модельному агентству пропала без вести, уже месяц как. Жанна подозревает самое плохое. И это стало последней каплей…

— Жалко Светку… — сказала она, глядя в землю. — Девчонка хорошая была, жалко… Молодая совсем.

— Может загуляла с кавалером? — попытался утешить я, понимая, что это, конечно, маловероятно.

Она покачала головой.

— Нет, Светка не такая… с головой дружила. Я с ее матерью созванивалась, мать говорит — сны плохие снились. Нет её.

— Парень-то у нее был?

— Был, — вздохнула она. — Такой весь из себя мачо. Видела их пару раз вместе… Может быть, он ее и… ну, ты понимаешь. А может их двоих. Кто-то…

— Что за парень? Кто, откуда? — спросил я. — Может попробовать поискать?

— Да не рассказывала она подробно. Вообще, не любила трепаться на личные темы. Короче, это для меня как знак — пора завязывать. Всё. Нахлебалась этого говна, теперь и смотреть в ту сторону не хочу.

— Похвально! — одобрил я. — Сосредоточишься на рекламе? Или на туризме?

Она посмотрела на меня со снисходительной улыбкой.

— Агентство недвижимости открывать буду!

Я с удивлением посмотрел на нее.

— Думаешь, это безопаснее, чем быть моделью?

— Давай уедем! — вдруг сказала она. — Вот завтра возьмем и уедем, все бросим. Вдвоем уедем, далеко. В Бразилию, например.

— Понятно. Сериалов насмотрелась…

— Нет, не насмотрелась, — безразлично ответила она. — Пару серий посмотрела и бросила, потому что не могу смотреть, зло берет. Там люди улыбаются.

— Это в каком смысле?

— В том самом. Даже бедняки, рыбаки всякие, крестьяне… Улыбаются. И не потому что так полагается, а просто, от радости. Им там жить легче! У нас ты часто видишь, чтобы люди улыбались?

— Молодежь, — не думая ответил я. — Молодые всегда улыбаются от избытка здоровья и энергии.

— Я в своей турфирме девочкам доплачиваю, чтобы клиентам улыбались, — сказала она с каким-то ожесточением. — И все равно не помогает. А там без всяких денег…

— Климат такой, — улыбнулся я.

— Климат… — повторила она. — Не хочешь, значит, уехать отсюда?

— Не могу. Но ты, если хочешь, уезжай. Может так действительно лучше…

Она немного помолчала, а потом решительно тряхнула головой.

— Забудь, проехали.

А на меня вдруг нахлынула волна жалости. Стало жаль всех. Жанну с ее наивной мечтой о земле обетованной с молочными реками и кисельными берегами. Бандитов, с которыми я недавно встречался и которые будут убиты в ближайшие год-два. Обычных людей, от которых, как всегда, ничего не зависит, попавших в жернова истории — кого-то перемололо, кто-то проскочил. Сильвера, который сгорит вместе со своим «Мерседесом». Бориса Абрамовича, который потеряет влияние, деньги и повесится в ванной…